НОВОСТИ

06.06. Тридцать месяцев с вами! Летим!

Рейтинг: 18+


Вниз

Dragon Age: We are one

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dragon Age: We are one » Недавнее прошлое » Бизнес в Нижнем Городе [8 Дракониса, 9:45]


Бизнес в Нижнем Городе [8 Дракониса, 9:45]

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

http://forumuploads.ru/uploads/0019/4f/84/227/44969.gif

Бизнес в Нижнем Городе [8 Дракониса, 9:45]

Время суток и погода: вечер, зябко, без осадков и в нижнем городе постоянно хмуро
Место: Киркволл, Нижний Город
Участники: Луиджиа ди Лапа, Каллиан Табрис
Аннотация: из Луи так себе предприниматель. Но иногда пьяная чуйка, подкрепленная отчаяньем и жаждой отложить на новую бутылку творят чудеса. Чудеса для одной остроухой особой.

0

2

Все было вполне логично и обижаться не на кого. Когда ты пытаешься продать чудотворное болеутоляющее зелье, а покупатели смотрят на тебя с недоверием и скептически спрашивают «а вы сами-то им пользуетесь?». В ответ на активное кивание, словно убеждаясь в своих догадках, проходят дальше к соседнему прилавку... Ну да, не коммерчески успешное лицо продавало чудо-склянки. Это как если бы зелье для роста волос продавал лысый. И тем не менее Луи решила предпринять последнюю отчаянную попытку заработать в этот безрыбный, безутешный день. Очередной безрыбный, безутешный день.
- Amigos! Не спешите. Я еще провожу похороны, если вам нужен человек на церемонию, то знаете где меня найти.
Крик, брошенный в спину несостоявшимся покупателям будто ускорил их шаг дальше от горе-бизнесмена.
- Если что, спрашивайте Луиджиа ди Лапа, я в Нижнем Городе каждый день до 5 вечера. Зелья, снадобья, обряды, отпевания - все по высшему разряду. Делаю скидки для покупателей.
Но тех уже и след простыл.

Луи шла по злачным, неопрятным улочкам, переступая лужи, стараясь не намочить подол плаща. В такт ее движениям слабо звенело стекло склянок в многочисленных внутренних карманах.
Выручка за сегодняшний день была неутешительной. С каких это пор даже в Нижнем Городе такая огромная конкуренция?! Чтоб бедняки и выбирали у кого покупать?! Возмутительно! Ох уж этот прогнивший капитализм, что пустил свои корни даже в низшие слои общества. Надо что-то придумать. Может быть стучаться в двери и предлагать товар?
Ди Лапа остановилась у одной из дверей недалеко от «Висельника». Грязная и ободранная. Задумчиво приласкала губами горлышко бутылки, словно набираясь храбрости чтоб запустить свою схему сетевого маркетинга, но крик и ор «ЧТО ТЫ СКАЗАЛ, РИВЕЙНСКИЙ УБЛЮДОК, Я ТЕБЕ СЕЙЧАС ГЛАЗ НАТЯНУ НА ЖО-» сразу порушили планы на возможную сделку. Нет, такая бизнес-схема не будет работать в Нижнем Городе. Максимум, что можно заработать: сломанный нос.
Антивийка шла по городу медленным шагом, все так же сопровождаемая аккомпанементом из звона склянок, периодически делая глотки из горла. Андрасте, я же не бездельничаю, я же умею и могу зарабатывать, я даже не прошу мешок золотых с неба, лишь бы один преданный покупатель, лишь бы...
Из-за угла появилась стройная фигура, опрятная и женственная. Надо же, аки цаца пожаловала, что забыла среди плебеев. Присмотревшись, Луи увидела пару заостренных ушек и сразу все поняла. Уже собиралась пройти дальше, но неожиданно новый бизнес-план был рожден поддатым сознанием. Да, конечно, в неизвестную дверь, может, и опасно ломиться, но перетянуть к себе клиента до того, как он успеет взглянуть на конкурентов? Гениально! Ну или так, по крайней мере, казалось Луи на тот момент.
Решительным движением отбросила в сторону пустую бутылку, утерла рукавом влажные губы и решительным шагом засеменила к жертве.
- Пссст, mi belleza,- Табрис почувствовала, как кто-то прижимает ее локоть ближе к себе, обернувшись, она могла увидеть пару опухших глаз на бледном полотне лица, под тенью от капюшона. Обычно такие лица снятся детям в страшным кошмарах. Обычно у таких лиц нет ярко-выраженного южного акцента, запаха крепленного и столько добродушия в голосе.- Идешь за покупками? У меня есть все, что тебе нужно и лучшего качества за лучшую цену. Мой товар - La mejor oferta! Эксклюзивное качество в нижнем городе.
Луиджиа раскрыла плащ, словно летучая (и очень больная) мышь распахнула крылья. Перед глазами эльфийки предстало нескончаемое множество внутренних карманов, через натянутую ткань которых можно было увидеть склянки и колбы разных форм и размеров.
- Седативные, болеутоляющие, бодрящее, даже зелья для возбуждения либидо... или возможно настойки из эльфийского корня? Bella, не стесняйся, присмотрись!

+3

3

Неудача с артефактом была... болезненной. Нет, не в плане того, что Ужасный Волк откусил какую-то существенную часть тела Табрис: уязвлена была профессиональная гордость мастера-вора.
И проклятия мысленные, что сыпались на Стархэвен, были обильны, изощренны и прочувствованы.
Но на проклятиях далеко не уедешь, а порвать в лоскуты город фанатиков у эльфийки точно не получится.
Так что, вернувшись в Киркволл, она решила порвать в лоскуты реальность. Для этого, при должном опыте и сноровке, нужно совсем немного забористого корня, нора, где можно после отлежаться, корзинка сладостей и кувшин с водой.
Не то, чтобы в Нижнем Городе когда-то продавали вкусные сладости или чистую воду (тут скорее есть все шансы найти разбавленную морскую воду с ссаниной и чей-то зуб в пирожке), а вот за всякими отлично убивающими разум и тело вещами сюда можно и нужно было наведываться.

Чем Табрис и занялась.
И, хотя воровка и услышала шаги не очень-то таящейся женщины, до последнего была уверенна, что та пройдет мимо или не полезет к ней.
Обернувшись от прикосновения, выхватив короткий, но острый ножик, готовая отбиваться, если это кто-то из "коллег" решил расщедриться ей на убийцу, Каллиан удивленно замерла: выглядела её "убийца" как жертва всех малефикаров сразу. И смердела как "Висельник" после спасения города.
Только жертвы малефикаров редко говорят с таким антиванским акцентом.
- Чё? - Не сразу сообразила рыжая, но когда перед ней, точно драколинг крыльями, торгашка распахнула плащ, всё стало на свои места. И нож скрылся за спиной воровки.
- А... ну и методы у тебя. Ты так больше не делай. А то тут ходят всякие. Одно такое похлопывание по плечу и это... того... твой пепел ссыпят где-то в Клоаке. Городская стража. Через месяц. Потому что тот, кто тебя ножом пырнет с перепугу, такой фигней как погребение заниматься не будет. - Табрис покосилась на ассортимент. Богатый, кстати. Потом ещё раз провела взглядом по лицу и телу человечки. По всему получалось, та сама если не пила половину склянок, то точно надышалась ими.

"И как такое горечко вообще на ногах держится?"
- А кто крышует тебя, бессмертная? - выцепив пальцами флакончик с характерной меткой всех алхимиков "разьедает", Табрис хмыкнула.
- Кислоту возьму. Это всегда полезная штука. И мне бы вытяжку эльфийского и... чего-то эдакого. - Побарабанив пальцами по воздуху, воровка пожала плечами. - Не хочу думать, хочу радостно пускать слюни... но чтоб потом мозги вернулись. Такое есть?

Отредактировано Каллиан Табрис (2020-02-01 18:41:12)

+2

4

Эльфийка говорила, а лицо напротив все так же добродушно улыбалось. Выглядело ужасающе. Вино окрасило морщинки и складочки сухих губ и от того создавалось впечатление, что растянутый в улыбке рот был в крови. А в болезненных глазах читалось не то безумие, не то радость от улова. По факту второе, а по ощущением первое.
Ох, конечно, страдающие эльфы, эльфийский корень все такое, тяжелые времена для остроухих и логическая цепочка предельно понятна.  Какая радость, что в Киркволле, что эльфы, что эльфийский корень - это не редкость; идеальна комбинация спроса и предложения нашла друг друга в этом гадюшнике. Луи внутренне обманывала себя, что не продает дурманящие средства для моральной деградации, а распространяет «средства альтернативной терапии». Не всем могут помочь традиционные зелья, кому-то нужна доза покрепче, индивидуальный подход и забота о клиенте, понимание персональных нужд. Милая (хотя по говору не скажешь), рыжая пташка хочет залечить душевные раны, да как я посмею ей отказать? Да и в конце-то концов, я не барыга, я просто клиентоориентирована.
Кажется антивцы, вне зависимости от профессии, рождаются торгашами, а все остальные жизненные навыки просто комплиментарны.
- КрышуЕт?- переспросила с неправильным ударением и характерным акцентом. Что-то от слова крыша, слышала часто такое выражение, но все никак не соприкоснулась с его употреблением на прямую... какой-то орлеанский неологизм, может быть? Эта эльфийка плотник что ли?- Да, крыша у меня не очень. Muchas gracias за заботу.
Лапа так и стояла с раскинутыми в сторону руками, эксгибиционируя свой ассортимент, пока очаровательная рыжуля всматривалась в предложенное. Нет, ни блеск ножа, ни то, как Табрис чуть было не подарила одним легким движением сей ножик в пузо, не были замечены.
- Кислоты, их есть у меня. Природного происхождения или химического? Все для вас. Что же касается слюнепускания.
Тут Луи опустила руки и огромный силуэт а-ля летучая мышь снова превратился в худощавую палку девичьей фигуры. Оглянулась восторженно по сторонам и перешла на заговорщический шёпот.
- Cariño, как же тебе повезло, дурман-шарман, любые средства, что помогут забыть о боли душевной и телесной - мой конек. О, я не осуждаю, Андрасте видит, я понимаю, что не всем помогает обычная настойка, я знаю, что есть боль, которую не притупит припарка. Только под твои нужды и физиологические особенности я подберу и смешаю нужную medicina. Все, что нужно - пара минут и укромное место вдали от посторонних глаз... и 10 серебрянников наперед.
Луи попыталась очаровательно подмигнуть, но вышла какая-то лицевая судорога.

Клоака воняла чуть хуже, чем последствия неудачного алхемического эксперимента. Луиджиа бывала в этом районе Киркволла, иногда, в основном чтоб доставить какие-то зелья в хоспис или отпеть почивших, за что, увы, не платили. Это была обязанность ее сана как «матушки» - верующим нельзя отказывать в ритуальном погребении. Клоака всегда ассоциировалась с болью и безнадегой и никогда с платежеспособными клиентами. Да, долг долгом, но ведь сейчас Луи здесь не как матушка, а как торгаш, так что какого...
- Cariño, мы точно на правильном пути? Может быть мы пропустили нужный поворот?
Пара зеленых глаз напряженно смотрела на свою остроухую клиентку из-под навеса капюшона.
Андрасте, 10 серебрянников за мою жизнь - это будет очень злая шутка! Но отступать поздно.

+1

5

Торговка, и правда, попалась блаженная на всю голову, но чутье молчало: неприятненький холодок был, куда ж без этого, но веры в то, что эта трясущаяся и качающаяся на ветру поддавшая деваха может навредить? Нет, такой веры не было.
"Главное", - мысленно хмыкнула Табрис: - "не спорить с мышкой о Создателе, кажется, она из этих... из верунов. Но флакончики славные."
Каллиан, конечно, была скотиной. О том, что Табрис - скотина, рыжая даже старалась создать репутацию, чтобы посторонние к ней не лезли, коллеги опасались и вообще, с волками живи - изволь быть сереньким и кусаться, но, поманив за собой торгашку, мастер-вор даже не подумала её ограбить или же обворовать.
А это было проще, чем отнять пирожок у ребенка.
Наверное, потому и не интересно.
- Держи свои монеты. Не потеряй, а то ты... хм... не важно.
И крыша, сказала же блаженная, у неё какая-то была.
- Не припомню я, чтобы антиванцы у нас борзели. Кто-то из воронья? Мастер Игнасио? - Пока спускались по узким, прорубленным в скале проходам, рыжая не могла не любопытничать. И, пока озиралась, успевала придержать шатающуюся, точно парусник в океане, чужачку.

- А? Не, не бойся. Идем мы правильно. Ты ж понимаешь - Клоака - место чудес: зашел с зубами, вышел без. Поэтому надо изобретать собственные маршруты, чтоб поменьше дергали. Но ты не бойся - я и обратно тебя отведу, а то ещё заблудишься здесь, а на кой мне терять хорошего торговца, верно?
Разглагольствовала обычно хмурая и молчаливая с людьми эльфийка много. Но настроение у неё, и правда, было поганым, а перспектива его поправить зижделась на хрупких плечах чужачки-алкоголички.
Это было так иронично в духе безумной жизни Табрис, что воровка даже не сильно удивлялась.

Становилось темнее, но потом воровка завернула на очередном повороте: в нос ударил теплый смрад выгребных ям. Ухватив торговку за руку, эльфийка быстро перевела её по шаткому мостку дальше, ещё поворот и проход по небольшому карнизу прямо над отвалом древней шахты, по стенкам которого струилась вода с ледника и вот начинался вполне тихий и чистый участок.
- Сюда редко кто доходит. Обычно все срезаются на выгребняке. Ну и над обрывом без веревок многим ссыкотно. Обратно я тебя иначе проведу. В общем, тут хорошо. Лучше, чем много где. - Ещё два поворота меж каменных отбоев, подсвеченных глубинными грибами и показалась узкая дверь.
- Подожди. Стой на месте. - Сначала следовало заблокировать нажимную плиту, потом переставить в нише склянку с ядом, что могла упасть на голову тому, что начал бы дергать дверь. Только потом Табрис открыла замок на любимой двери.
- Заходи.

"А чего я её с собой в дом поперла? Совсем сбрендила, да?" - Рыжая закрыла дверь сразу же за торговкой.
Они оказались в небольшом помещении, освещенном глубинными грибами, растущими меж наполированных металлических пластин, что давали больше света. В передней комнате было пару ящиков, бочка с водой, набегающей через трещины в стенах, небольшой стол и всякая хозяйственная утварь и барахло, которое воровка цепляла из природной вредности. В глубине помещения была видна зашторенная ниша.
Но туда Табрис не планировала вести торгашку. в Самую свою Нору.
Подложив старый плащ на ящик, эльфийка с видом хозяйки указала на него.
- В ногах мозгов нет. Падай. Отдохни, сейчас переберем твои склянки, чтоб два раза не ходить. Заодно тебе легче будет обратно меньше груза тащить. - Эльфийка задумчиво покосилась на страшную, но чем-то приятную человечку.
- Ты больно дохлая. Может, воды тебе или пожрать чего?

+2

6

Для тоненькой эльфиечки уж слишком много самоуверенности и невозмутимости в клоаке. Это было даже забавно. В родной Антиве даже высокие жены и мужи ступают по роскошнейшему городу осторожно, ожидая клинка в спину от крамольных Воронов в любую секунду. А тут… гадюшник, но кому-то такой родной и спокойный. Но Луи бы побоялась привыкать к такой атмосфере. Для монахини Клоака полна страданий и боли и очень грустных обрядов.

Стоило в ноздри ударить смраду, как тонкая ладонь накрыла нижнюю половину лица. Не то чтоб заглушить запах, не то чтоб предотвратить рвотные позывы. Поэтому когда эльфийка приказала остановиться на месте монахиня только подняла большой палец вверх, пытаясь показать что с удовольствием согласна не идти на этот прекрасный шлейф перегноя, плесени и человеческих отходов. Говорят Ферелденцы в своих сыроварнях еще и не такое нюхают.

- Сразу говорю: мои органы не стоят ничего не черном рынке, я насквозь ядовитая и… оу, не так уж и плохо. Даже уютно.

При звуке механизма и нажатия плит, воображение ди Лапы рисовало картину где открывается вид либо очень изощренной пыточной либо хирургического стола и прилавком со ста видами разделочных ножей, но… Нет. Открылся вид на весьма обжитую и по своему даже «домашнюю» берлогу. Интересно только, комфортно ли эльфийке жить в такой каморке под землей, гномам наверняка не привыкать, но остроухие, они же... про листочки-цветочки-мы-не-рабы.
Прозвучал приказ «падать», которому монахиня повиновалась, не переставая оглядываться по сторонам, взгляд цеплялся за все предметы интерьера, за люминисцирующие грибы, которые придавали этой каморке какой-то налет мистицизма и таинственности. Белое лицо ди Лапы приобрело даже какой-то пришельчески-голубоватый оттенок.

«Живет одна. Скромно. Вдали от эльфийской общины. Ренегат? Освобожденная рабыня? Беглая рабыня? Странница? Не заносчивая долийка, даже ни разу не обозвола шемленом. Что же ее гложит?»

Сидя на ящике, сухая ладонь пролезла внутрь плаща и начала там что-то искать, задумчиво все так же перебирая глазами окружение.
- Запыхалась, право дело, меня бы привел в тонус глоток чего-нибудь… погуще воды, но я всего лишь скромный лекарь и не могу заставить клиента утруждать себя. Ах да, и ступа. Мне понадобится ступа.

Обходительность. Клиентоориентированность. И того смотри хороший сервис до высокого города доведет.

- А ты бы поведала мне пока о себе. Аллергии? Непереносимости? Кошмары или расстройства сна? Рост и вес – информация на твое усмотрение, но имя тоже было бы недурно услышать. Меня зовут матушка Луиджиа.
Осунувшееся лицо снова улыбнулось, показывая розовые десна.
- Может быть мои уши не такие выразительные как твои, cariño, но они слышали немало тайн, а мой рот умеет их хранить, поэтому не бойся рассказать о себе. Чем больше мне поведаешь от чего бежишь, тем быстрее я найду те края, в которые ты можешь убежать и забыться.

+1

7

К Клоаке можно привыкнуть. К чему-угодно можно привыкнуть: уж Табрис-то знала. Но делиться своими откровениями с человечкой, совсем уж сбледнувшей с лица, куда там колеру глубинных грибов... нет, не до откровений было.
- Ага. Поняла. Сейчас посмотрю. - Вино и бренди у Каллиан, конечно же, водились в заначке. Только за душой у неё не водилось излишней щедрости. С другой же стороны, алкоголь можно было использовать как аргумент при торге. А торг точно будет и, насколько рыжая знала об антиванцах, лучше было сначала расплатиться, а не после того, как распробует чудо-зелье, иначе останется ещё и должна.
Эльфийка развернулась и ушла за ширму, оставив Луи отходить от впечатляющего путешествия и шарудеть по складкам странного одеяния.
Ступку и пестик было не найти: воровка заменила их на деревянную кружку и шило с широкой рукояткой. И взяла бутылку вина (конец восьмого века, красное полусухое, стащила из поместья де Копьи) и ещё одну кружку. С такой нехитрой добычей и вернулась, скептически поглядывая на "диллершу".
Дилерша всё ещё больше походила на чудом убежавшего от морталитаси мертвяка. И продавать её на органы, и правда, было смешно.

- Держи. - Сгрузив все на стол, воровка метнулась ещё раз - за штопором.
- Матушка? На Сестер Церкви ты не очень похожа. Или это погоняло такое? - Табрис завозилась с бутылкой, поглядывая на Луи. Хэкнула, вытаскивая пробку со звучным "чпоньк!".
- Ничем не болею. Срамное мне маг один подлечил. Не-пе-ре-но-си-мостей ведать не знаю. Алер... что-то там, нет, тоже не было. Кошмары редко. Бессонница чаще. Рост - сама видишь, вес - ну, тебя побольше будет. Табрис меня зовут. - Имя, данное матерью, а не выданое от рода отца, воровка, по-прежнему, считала более интимным и им не разбрасывалась.

Конечно, специалистка по дурману, пыталась говорить убедительно и разговорить: все они душевные, когда в карман поглубже хотят залезть. Но сейчас Фенёк не слишком этому сопротивлялась.
Налив в кружку гостье, кивнула своим мыслям.
- Мне погано. Всячески и всюду. Давно. Тошно так, что на мир смотреть не хочется. Вот и надо что-то, чтобы было лучше снов. Потому что сны глупые. И не даруют... - Эльфийка растерянно повела взглядом, пытаясь объяснить. Объяснить как это - не чувствовать удовлетворения жизнью и забвением от нее тоже. Да чаще шлюха в порту экстаз от старого хряка чувствует, чем Табрис чувствовала настоящую радость в жизни.
- В общем, мне надо, чтоб хреново не было. Сказочка такая. Понимаешь, матушка?

+1

8

Стоило эльфийке повернуться спиной, как Луи провела еще раз доскональное сканирование местности. На этот раз даже прошлась по углам комнаты и с прищуром осмотрела каждую поверхность и выемку. Наверное, самое страшное, что боялась найти матушка – это магический посох. Нет, не то чтобы бизнес не котируется к магам, но Андрасте сохрани, только выбравшись из оков краснолириумных храмовников, которые завербовали в свою секту и тут же попасть в руки ренегатов-магов? Нет, этот тощий зад не модифицирован под такое количество приключений. Даже если Вало-Кас теперь – порядок и столп Кёркволла, это не значит что город стал терпимей к магам.

Ди Лапа дрогнула плечами в конвульсии неожиданности, когда остроухая вернулась с… о, да, с прекрасным окончанием рабочего дня.

Но перед тем, как смочить горло густым бордовым, Луиджиа, взяв импровизированную ступу, присела перед одним из люминесцентных грибов (с точки зрения Антиванского дизайна – крайняя безвкусица, когда рынок ломится от витиеватых и хитроумных подсвечников, которыми спокойно можно прихлопнуть собственного мужа в горячем и не менее витиеватом Антиванском споре об изменах). Разложила перед собой свой плащ, словно карту Тедаса, и начала рассматривать содержимое карманов. Ее крайне сосредоточенное лицо приобрело какие-то более нечеловеческие нотки. Еще более нечеловеческие чем раньше. Кожа приобрела налет холодно-сероватого цвета, седина в волосах вкупе с иссиня-черными прядями начала смотрется стальным-голубым. Белок глаз тоже стал отливать неестественным оттенком, а губы стали все что обескровлено-фиолетовыми. Святая матушка смотрелась больше как болотная ведьма, не хватало разве что коры морщин по коже и леденящего кровь в жилах хохота. Или что там плетут про ведьму Диких Земель?

Слушала внимательно. И с каждой фразой Табрис кивала и бормотала под нос что-то неразборчивое на своем родном-макаронном. Бессонница? Пузатый флакон появляется из кармана, на его дне шебуршит сухая смесь из грибов и трав. Значит, тугие нервы. Ничего стимулирующего, только седативное и расслабляющее. Здоровая? Тонкая колба с домашней кислотой делает тихое «буль-буль» при легком покачивании. Синдром отмены будет не сильный, по крайней мере судорогой не должно схватить. Беспокойная душа… а вот от этого не одно лекарство не поможет.

- Что?... Я… Да, я и вправду преподобная мать, niño. Что, не похожа?,- Луи лукаво улыбнулась перед тем, как потянуться к импровизированной ступе и высыпать в нее часть сухой смеси.- Андрасте открывает свои объятья перед всеми: больными и здоровыми, красивыми и убогими, потерянными и воинственными. Однако пути ее неисповедимы, начав прекрасной невинной девой можно прийти к… чему-то другому.

Звуки шебуршения, постукивание шила о донышко чаши, покачивания монахини. Все вокруг создавало какую-то шаманическую атмосферу, словно ведьма проводила ритуал, а не химик мешал свою смесь.

- Не буду настаивать, но могу сказать, что вера в Madonna дает мне куда больше сил прожить следующий день, нежели чем…- ди Лапа постучала подушечками пальцев по бокам чаши, демонстрируя сравнение. После чего криво усмехнулась и продолжила свою адскую кулинарию.
- Табрис, значит,- Луи говорила с ярко-выраженным антиванским акцентом от чего согласные «р» вертелись и крутились импозантным рыком на ее языке, придавая имени южное звучание.- hermoso nombre.

Смесь кислоты и трав превратилась в тугую пасту с резко-древесным запахом. Размазанную по самому дну чернильной ксяксой, травы в смеси окислились от чего приобрели слишком смолянистый оттенок. Ди Лапа поднесла смесь к носу и понюхала. Кивнула, словно удостоверившись, что все в порядке. Потом посмотрела на эльфийку. И ее лицо приобрело настороженное выражение. Или не в порядке.

- Тебе нужно попробовать.
Луиджиа прошлась кончиком указательного пальца по кромке чаши и на подушечке остался черный развод от пасты.

- Для начала нужно втереть в десна. И чтоб ты мне рассказала о своих ощущениях. Посмотреть на твою реакцию. Эльфы у меня не часто обслуживаются, а вы от нас можете отличаться. Открой рот… Оу.- ди Лапа уже было поднесла палец к губам Табрис, но увидев ее выражение лица остановилась.- Я просто хочу убедиться, что не наврежу тебе. Я бы могла и сама попробовать, но я… Немного другая внутри. На меня все это… действует иначе. Или не действует.
Смущать клиентку ненужной информацией не хотелось, но и жертв от экспериментов не хотелось. Поэтому Луи приблизилась к Табрис вплотную, фиксируя диаметр ее зрачков перед употреблением и все так же не отрываясь от ее глаз снова поднесла смесь к губам.

- Если все в порядке, то сначала ты почувствуешь легкость в теле и большую чувствительность. Возможно, теплая волна пойдет до пяточек. Te prometo, хуже я не сделаю.
Что-то подсказывало, что этой остроухой достаточно плохо, что даже потенциальной проба одной не самой лучшей смеси в мире не сгадит ей не то что один день, но и одного часа.

+1

9

На это стоило смотреть.
Красота поганого мира, как водилось, раскрывалась в осколках, отражениях, надщербнутом кубке на дне выгребной ямы. В кривой усмешке, узоре синих жил, пляске теней по коже.
Наверное, Табрис следовало стать художницей. Но Табрис даже не знала зачем рисуют. Не калякала-малякала с детства. Зато смотрела. Видела.
Когда тебе особенно паршиво, смотреть получается всё лучше и лучше. иногда всё, что остается - это лежать, вперившись взглядом в стену и видеть красоту узора старой кладки.
Наверное, поэтому эльфийка до сих пор не вздернулась.

А сейчас она замерла напротив шуршащей, стучащей, выглядящей загадочно и даже страшно чужачки. Чужачки. которую пустила в свой дом, потому что чужачка обещала избавление. Наверное, она была блаженной. Киркволл манил сумасшедших или цветы безумия прозревали в головах его жителей и гостей сами? Табрис точно не знала, но с сумасшедшими видеться ей доводилось. И улепетывать от них. И даже спасаться от их ножей.
Сестра Церкви, если она была Сестрой, всего лишь предлагала что-то мощнее эльфийского корня. Если это сработает, если это поможет, станет лекарством от всего... нет, Каллиан всё ещё не уверует. Потому что всё имеет свою цену. А за миг счастья обычно расплачиваться приходится годами ужаса.
Но лучше жить с просветлениями, чем гнить без них.

Да, эльфийка дернулась, когда к ней женщина поднесла странно пахнущую жижу.
Чужим пальцам позволить прикасаться к себе? В ржавых глазах промелькнули все оттенки сомнений.
- Я сама. - Забрав, стерев на свои пальцы вязкую дрянь, Табрис, не удержавшись, сначала коснулась "этой штуки" кончиком языки, а потом провела пальцем по верхней десне, под губу, быстро растирая, чувствуя как уходит слой мази.
Чувствуя.
Всё ещё чувствуя.
Губу закололо и будто пошло лёгкое онемение. Эльфийка напряженно облизалась и потрогала свое лицо. Под подушечками пальцев ощущалась кожа. Ощущалась. Да. Это было ощущение кожи. Только глубже. Точнее. Будто всё, что ощущала Табрис до этого, было полуявью из снов.

- Оно работает! - Рыжая воровка развела плечи назад. Похрутела головой, разминаясь и чуть покачиваясь с носков на пятку. Волной шло по телу, от каждого движения, чем-то хорошим. Этому ощущению Табрис не знала имени. Потому уставилась на странную церковницу.
- Оно так как ты говоришь. Правильно. Хорошо! Но я ничего не забываю. Я тут. Мне лучше. Но не так сильно. Так надо? - Тараторила воровка. Она едва покачнулась вперед и вновь убралась на расстояние больше, чем вытянутой руки от антиванки. Мир всё ещё был ужесным. даже если в нем сверкали прекрасные осколки.

+1

10

О, заблудшие, искалеченные души. Их восторг, их возбуждение, которое появляется стоит только маленькому намеку на секундную негу и избавление появиться на горизонте. В такие моменты Луи чувствовала что-то очень противоречивое: одновременно самодовольство от того, что у нее есть силы подарить кому-то пару мгновений без боли и укол совести за то, что в конце дня это окажется просто иллюзией и не более. Но Табрис наверняка знала на что шла и осознанно хотела этого обмана.

- Лучше маленькими дозами. Намазать на губы и осторожно слизывать, прислушиваться к ощущениям,- ди Лапа последний раз провела шилом по донышку ступы и вложила чашу в руки эльфийки.- Переизбыток чувств от большого употребление за раз может вызвать... сильный экстаз. Продолжительный.
Хотя решать, как забыться было только заказчику, Луиджиа подозревала, что состояние перевозбужденной нервной системы, когда обостряются все чувства и либидо начинает бушевать на этом фоне было бы не совсем тем, что ожидала остроухая.
- Тебе стоит лечь. Мышечный тонус заметно упадет через пару минут.

Ди Лапа уже было подобрала подолы платья чтобы встать и собраться на выход, забрав вторую часть оплаты, как почувствовала вновь это свербящее чувство. Что-то было в этой церковной нарочитой благодетяли, что вбили в мозг маленькой девочке давным давно. Что-то, что не давало просто взять и отказаться от помощи. И еще что-то больное и сердобольное было в том, когда хотелось смотреть на людей в сложные минуты, в минуты катарсиса и избавления. Будь то погребальные обряды, брачные обряды или... тот, что проходил сейчас (как бы он там не назывался). Возможно Луиджиа была плохой матушкой, она не могла отстраниться от мирских чаяний, не могла смиренно и равнодушно смотреть как кто-то испытывает какой-то пик чувств, которых сама лишена. Яды и наркотики не могли действовать на Луи так, как на ее клиентов, этой неги и радости забытия ей никогда не испытать. И те жадные глотки вина никогда ни на йоту не приблизят ее к тем ощущениям, которые она подарит заблудшим душам. Было ли это любопытство ученого, зависть обычной бабы или интерес неопытной девочки? Ди Лапа не знала, но она хотела смотреть. Смотреть, что будет с Каллиан, как свобода начнет достигать кончики ее волос и как ее хмурое лицо дальше будет преобращаться, как испарина покроет шею и лицо, как дыхание станет более размеренным и шумным. Потому что это удел ядовитого тела Луиджи - только смотреть.

- Положи мне голову на колени, niño- как бы невзначай кидает, разглаживая складки юбки.- Рассказывай, что ты видишь, что чувствуешь. Позволь мне провести тебя в этот путь до конца. Признайся, тебе не хочется быть наедине со своей головой.

Табрис не должна была впасть в агрессию или удариться в слезы и уныние, но кто знает как выглядит пик освобожденного разума. Что-то было в том, чтобы смотреть как конкретно это задачка найдет свое решение. Ди Лапе нравилась идея того, что она сможет через описание ощущений в каком-то смысле и самой поучавствовать и наконец-таки испытать катарсис - удел живых и свободных.

+1


Вы здесь » Dragon Age: We are one » Недавнее прошлое » Бизнес в Нижнем Городе [8 Дракониса, 9:45]