НОВОСТИ

06.07. 19 месяцев игры: жжем дальше!
19.06. Правило для неканонов!


Рейтинг: 18+


Вниз

Dragon Age: We are one

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dragon Age: We are one » Недавнее прошлое » На странных берегах [9 Утешника, 9:44 ВД]


На странных берегах [9 Утешника, 9:44 ВД]

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

https://s8.hostingkartinok.com/uploads/images/2019/07/bc16e182b1bdcd742544e2b092c4530f.jpg

На странных берегах [9 Утешника, 9:44 ВД]

Время суток и погода: жаркое лето, влажно, солнечно, с океана задувает северный бриз.
Место: остров Аламар — тайное пиратское убежище, далее — небольшой необитаемый островок в океане Амартайн.
Участники: Каарас Адаар, Оливия Никс.
Аннотация:
неудачи очень давно и с завидной регулярностью навещает Оливию, которая, на свой риск, решила заняться одним старым, но очень уж интересным делом, памятуя о приличной награде за него. А для достижения цели ей придется сдаться в плен пиратам и притвориться рабыней. Действительно, что же могло пойти не так. Однако такой же удачливый коссит оказывается в одной клетке с чародейкой, и оба они понимают, что для побега придется работать в команде, хотят они того, или нет.

+1

2

В своё оправдание Каарас мог сказать лишь одно – такое могло случиться с каждым. Неважно коссит ли это или гном - на болтающейся по тяжёлым волнам посудине все находятся в одинаковом положении, просто потому что деваться-то особо и некуда. При условии, конечно, что ни у кого нет тайного желания захлебнуться солёной водой и пойти на корм рыбам да чайкам, сиганув за борт непокорной ласточкой.
У Адаара, понятное дело, такого желания отродясь не водилось, поэтому, когда уже через день после отплытия из порта Герцинии команда вдруг согнала пассажиров в трюм и объявила их своей собственностью, васгот предпочёл не дёргаться. Мелкий бунт, что последовал далее, морские волки очень быстро подавили - кому-то сломали челюсть, кого-то истыкали железкой, заставив харкать кровью. А в качестве наказание за сопротивление оставшихся оставили на двое суток без еды и воды, запертыми в душном, тесном трюме.
Остаток пути все невольные товарищи по несчастью буравили рыжего васгота осуждающими и неприязненными взглядами, наивно уверенные, что если бы тот - гора же мышц этакая! – вмешался в их борьбу, бунт закончился успехом. Можно представить, что в этом они не ошиблись, Адаару под силу было устроить мясорубку ещё до того, как его обшмонали, отобрав всё оружие, и заковали в кандалы. Вот только что они все стали бы делать дальше, после того, как вырежут команду?.. Разве кто-то из пассажиров умел читать звёздную карту? Разбирался в навигации и картографии? Знал, как устроен корабль, и за какие паруса надо дёргать, чтоб словить попутный ветер?..
Вот в том-то и дело, что никто из испуганных пленников не был похож на знающего человека, который сможет предпринять правильные действия после заварушки. К своим попутчикам на судне наёмник с самого начала приглядывался, просто на всякий случай выискивая подозрительных типов. Но в результате благополучно проглядел опасность в другом месте, пока не стало слишком поздно.
Угораздило же их нарваться именно на пиратов, а не простых мошенников или хитрых, но в большинстве своём трусливых работорговцев. От последних существовал шанс откупиться золотом или нужными связями. Однако пираты – народ, слепленный совершенно из другого теста. Разбоем они могут заниматься просто ради разбоя, и против таких не подействуют ни подкуп, ни шантаж, ни угрозы. Они и сдохнуть могут просто так, назло, поэтому брать их в плен живыми – тоже сомнительная польза.
- Вот же сссуки, - только и успел прошипеть васгот, прежде чем словил рукояткой меча по зубам.
Носу тоже неприятно досталось, но больше Кас не выступал, позволив ублюдкам снять с себя всю амуницию с оружием и походную сумку с ядами и эликсирами. Только на этом пираты не остановились. Недружелюбно тыкая клинками в печень и почки, они заставили также снять сапоги, жилет, рубашку и даже штаны. Затем раздели до белья и других пленных, особенно опасных на свой взгляд наградив железными кандалами. А потом неустанно следили даже за тем, чтоб пленники между собой не разговаривали. Не первый раз, похоже, устраивают подобные захваты. Опытные, заразы.   
Чтоб не маяться от скуки и безделья, Каарас старался как можно больше спать, а если не получалось, то развлекался тем, что прикидывал свои дальнейшие действия или продумывал планы мести. Уж в том, что он обязательно отомстит, как только корабль к земле причалит, Адаар нисколько не сомневался, целенаправленно выжидая подходящего момента для побега.       
Однако вопреки его прогнозам плавание вдруг завершилось уже спустя двое суток, что навело на нехорошие такие мысли, когда их выгнали на палубу, готовясь перегнать с корабля на сушу. Впереди виднелись не берега проклятого Тевинтера и даже не порт Лломерин, который васготу на своём веку тоже доводилось посещать. Больше всего остров походил на растущий прямо из воды огромный горб, густо облепленный зеленью и мхом, но на вид совершенно не пригодный для житья любого, кто не горный козёл, чтоб скакать по отвесным скалам. И от этой новости план с освобождением значительно усложнился.
Тем временем даже здесь кипела бурная жизнь в своём размеренном ритме, не отвлекались от своих привычных дел местные жители. С которыми, впрочем, познакомиться поближе всё равно не получилось, потому как после хитрого прохода через скалистые бухты вглубь острова, пленников сразу же разместили по баракам, оснащённым жутко неудобным клетками даже для обычных людей, не то, что для крупных косситов. Каарасу пришлось сложиться пополам, чтобы втиснуться внутрь. О том, чтоб выпрямиться или вытянуться горизонтально во весь рост – не было и речи.
Одно успело порадовать – ему хоть штаны родные вернули. И хотя погодка в это время года стояла жаркая, что хотелось снять с себя заодно и всю кожу, Адаар оделся и сразу же почувствовал себя лучше.   
Одной проблемой меньше стало. Хотя бы на некоторое время.
С его места обзор открывался дерьмовый на то, что творилось в остальной части бараков, поэтому васгот превратился в слух, отсеивая стенания, вой и плач пленников, как ненужный шум. Так ему даже удалось разобрать парочку имён («будущих трупов» – кровожадно усмехнулся Каарас) и узнать, что у пиратов внезапно возникли какие-то трудности. Отчего васгот тоже от души позлорадствовал.
- Забито уже всё, говорю тебе, Трой, - раздражённо повысил голос один из охранников. – Сам погляди, итак как рыбы в бочке, еле шевелятся.
- Да мне плевать, пусть потеснятся, - отмахнулся его собеседник. – Мечами их потыкай, чтоб животы втянули – делов-то! У нас большой улов нынче, Гриб, а впереди ещё маячит нажива, когда барахольщики древнего мусора подтянутся, так что давай, не мешай.   
Соратники Троя потеснили охранника, и несколько минут всхлипы, вскрики и скрип железных дверц заглушал собой разговоры пиратов. Потом очередь дошла и до Адааровой клетки, приютившейся в самом дальнем углу.
- Ээ, да тут и так рогатый. Сюда никого не посадишь, - заметил один из мерзавцев.
Каарас с ним был полностью согласен – и так передвигаться внутри он мог только на карачках, поэтому украдкой постарался занять как можно больше пространства, чтоб его клетку оставили в покое. Однако номер, увы, не сработал.
- Ничего, ребёнка ещё втиснуть можно.
- Да обгадится же, рядом с такой страхолюдиной, ты чего! Или этот раздавит ненароком.
- Ладно, - нехотя согласился Трой. Поскрёб небритую рожу и осклабился. - Тащи тогда бабу. Кто там ещё остался? А. Вон ту бешеную давай сюда. Её не раздавит. Ставлю сотню серебряников, что она сама ему голову откусит.
Мужики довольно загыгыкали и долбанули мечами по клетке, заставляя васгота переместиться в дальний угол и злобно зыркать на уродов уже оттуда. В воображении Каараса страдать подонки точно будут мучительно и долго, кровушкой своей захлёбываясь. А их криками он будет наслаждаться, как музыкой.
Тем временем пираты рассовали оставшихся пленников по клеткам и довольные собой донельзя покинули барак, где снова воцарился лёгкий полумрак из-за отсутствия в помещении окон.
День ещё был только в самом разгаре.

+1

3

Чаще всего работа Оливии сводилась к таким вещам, как банальная доставка товара заказчикам, связь с курьерами, или же просто поиск необходимого на просторах Тедаса, с помощью собственной небольшой сети контрабандистов. Подобные задачи стали довольно привычными, так что девушка иногда выполняла сразу несколько за раз, и все это во время сопровождения караванов с валостумом, которые она еще и охраняла. Что сказать – рутина. Однако среди многих «мелких» заказчиков Никс затесались и несколько птиц более высокого полета, готовые отваливать сумасшедшие суммы за редкие и необычные находки. Чаще всего для их поиска и добычи тевинтерке приходилось делать действительно странные и опасные вещи. Чаще, конечно, опасные, но именно они приносят в холодную и размеренную жизнь чародейки новые краски и впечатления.
В этот раз пришлось даже идти на жертвы, всю дорогу затыкая собственную гордыню, пряча поглубже самолюбие и высокомерие. И сумма, обещанная мессиром Флавио за работу, которую девушка уже мысленно тратила на экспедицию в Морозные Горы, очень помогала игнорировать вопящие от возмущения чувства.
Путешествие до Аламара выдалось достаточно долгим и выматывающим, однако тевинтерке было не привыкать, и, стоя там, на покачивающейся палубе небольшого торгового судна, смотря на остров, будто изнутри подсвеченный заходящими лучами солнца, она надеялась, что все пройдет более-менее гладко. Видимо, уставший разум чародейки успешно игнорировал и тот факт, что последний год у нее вообще мало что проходило по плану. Позитивное мышление – это вообще не про Оливию, здесь уже явно сказывался недосып. Впрочем, выбора у нее уже не было, контрабандистка просто не простила бы себе, упусти она  этот товар.
- Ты б сняла свои цацки да железки, отнимут ведь.
Сбоку послышался сиплый голос сопровождающего Никс, невысокого мужчины, у которого отсутствовала половина зубов, так что понять его речь можно было далеко не с первого раза. На Енги она вышла, опять же, через собственную сеть, в задачу пирата входила доставка тевинтерки на остров, а так же, уже через его знакомых, передача ее в «рабство». Разумеется, все это было одной большой театральной постановкой, девушка не собиралась действительно становится заложницей работорговцев, всего лишь посидеть в камере до аукциона, где она окажется в непосредственной близости от артефакта, а, затем, при помощи тех самых знакомых, оказаться на свободе. И, конечно же, никто из них не был посвящен в настоящие планы Оливии, она не стала бы рисковать так сильно. Только полуправда, у контрабандистов и мошенников иначе и не бывает. Сомнительный, конечно, билет на подпольный аукцион, но, увы, иной она просто не смогла достать. Приходилось, сжав зубы, терпеть все превратности судьбы, и повторять себе, что все происходящее – спектакль.
«Цацки и железки» чародейка действительно сняла, ощущая непривычную легкость на шее от отсутствия на ней кулона, с сожалением обматывая его вокруг серебряной рукояти духовного клинка. Спрятав свое добро между камнями на берегу Аламара, на всякий случай, поставив магическую защиту самых важных в ее жизни вещиц, брюнетка молча шла за Енги, готовясь к ожидающему ее плену. Не настоящему, разумеется.
Хотя уже через несколько минут спектакль стал чуть реалистичнее, когда провожатый пропал, а Никс продолжила путь с тремя незнакомцами, двигаясь в их подозрительном окружении. С каждым шагом по неровной каменистой поверхности паранойя чародейки просто вопила о том, что здесь что-то не чисто, но мысли о легкой прибыли продолжали говорить громче, и Оливия шла вперед.
Увы, этот спектакль не завершился на счастливой ноте обретения тевинтеркой заветного артефакта, он закончился вместе с щелчком ошейника, чуть сдавившего бледную женскую кожу. Рефлексы Никс не успели сработать, она только начала формировать заклинание, искрившее молнией на кончике пальцев, как тут же поняла, что оказалась отрезана от Тени. Все произошло слишком быстро.
Один из мужчин, стоя сзади, сильной хваткой скрутил запястья Оливии, второй, в этот момент, достал ошейник, третий же находился рядом, придерживая рукоять меча, видимо, подстраховывая товарищей. Пускать в ход оружие не понадобилось, пленение Никс прошло просто превосходно. Довольная собой троица посмеивалась, смотря на чародейку оценивающими взглядами, видимо, работорговцы планировали получить с девушки хороший навар. Оливия, пытаясь не поддаваться нарастающей панике, резко дернулась в сторону, будто зверь, попавший в капкан, отчего хватка на ее запястьях лишь усилилась, вырываясь из женского горла тихим стоном боли. Она чувствовала себя потерянной, без возможности применить магию, без амулета, поддерживающего силы, без возможности даже добраться до кинжала, все еще висящего на поясе. Слишком глупо и наивно для Оливии, ей просто не верилось в происходящее.
Мужчина, застегнувший проклятый ошейник, убедившись, что тевинтерка осталась без магических сил, осмелел настолько, что, схватив своими пальцами ее подбородок, поднял голову Никс выше, подставляя лицо под свет фонаря. Оливия глубоко дышала в попытках успокоиться, лихорадочно перебирая в уме все возможные варианты побега, с отвращением пытаясь отстраниться от незнакомца, стоящего так близко.
- А на лицо ничего такая. Постельные рабыни нынче в ходу… браска!
Работорговец резко отдернул руку, делая шаг назад. Никто из его спутников не успел понять, что произошло, но тот, кто стоял сзади, на всякий случай, перехватил девушку за предплечья, оставляя на женской коже синяки от железной хватки. Тевинтерка сплюнула на землю чужую кровь, злобно скалясь на ругающегося мужчину, зажимающего прокушенный палец. Внутри Никс начал вскипать гнев, она не собиралась сдаваться, не предприняв хоть каких-то попыток к бегству. Однако дернуться второй раз она не успела, так как мужчина, на эмоциях, вновь резко приблизился, отвешивая тевинтерке такую сильную пощечину, что у нее зазвенело в ушах. Тот, кто стоял поодаль с мечом, звонко рассмеялся, перехватывая руку товарища, готового нанести еще один удар девушке.
- Так, спокойно, это личико еще предстоит продать. – он несколько грубо оттолкнул собеседника, с едкой усмешкой смотря на Оливию. – Но даму стоит научить хорошим манерам.
У девушки перехватило дыхание от сильного удара в солнечное сплетение, глаза защипало от слез, черная прядь прилипла к ранке на губе. Тевинтерка отчаянно пыталась сделать хоть один вздох, но из горла вырывались лишь хрипы, а глаза начала застилать пелена. Державший мужчина чуть встряхнул чародейку, и, не давая той окончательно прийти в себя, потащил за собой дальше по дороге, каждый раз грубо дергая ее, когда женские ноги спотыкались о камни.
Еще одну попытку к бегству Никс предприняла уже ближе к рассвету, когда работорговцы начали подходить к каким-то баракам, видневшимся из-за скалистых утесов. Мужчина, не ожидавший такой прыти от присмиревшей чародейки, ослабил хватку. Оливия, дернувшись, уже сама перехватывая работорговца за руку, привычным движением перенесла вес, и, перекинув здоровяка через бедро, оказалась на свободе. Ненадолго, правда. Здоровяк, резво крутанувшись, схватил пленницу за ногу, повалив на землю и ее. Тевинтерка, недолго думая, позволила ему подтянуть себя ближе, в следующий момент полоснув по уродливому лицу ногтями, силясь добраться до глаз. Работорговец, вскрикнув, отшвырнул брюнетку, и та, перекатившись, собиралась уже скрыться, но приставленное к горлу острие меча усмирило девушку.
- Это последнее предупреждение.
Толчок сапогом по ребрам не был очень сильным, скорее, нес более показательный характер, но Оливия еле сдержалась, чтобы не броситься на вооруженного мужчину. Благо, крохи здравого смысла еще могли пробиться сквозь панику. Даже когда он решили связать руки чародейки.
Другие мужчины встретили троицу ироничными усмешками, обращая внимание на яркие царапины и глубокий укус, который пришлось заматывать какой-то тряпкой. Девушка оказалась в толпе других пленников, каких-то жалких людей, грязных и напуганных, и именно это зрелище привело ее в чувство. Она не такая, она не будет скулить и просить пощады. Расправив плечи, Оливия сделала глубокий вздох, призванный прочистить спутанные паникой мысли.
- …А. Вон ту бешеную давай сюда. Её не раздавит. Ставлю сотню серебряников, что она сама ему голову откусит.
Толпа быстро редела, но чародейка стояла спокойно, мельком изучая работорговцев, осматривая местность и расположение бараков, однако из мыслей ее выдернула очередная мужская рука, грубо протащившая Никс мимо клеток, наполненных людьми. Машинально уже дернувшись в хватке, тевинтерка почувствовала новый толчок по ребрам, а затем ее втолкнули в клетку, где девушка чуть не налетела на коссита, занимающего большую ее часть. Превосходно, просто, демоны подери, блеск!
Никс, на эмоциях от вновь поднимающегося гнева, пнула ногой металлические прутья закрывшейся двери, однако в ответ услышала лишь очередной смешок.
- Смейся, пока можешь, ублюдок. – прошипела себе под нос брюнетка, провожая взглядом удаляющуюся фигуру.
Сделав глубокий вздох, в очередной попытке прочистить мысли, брюнетка облокотилась спиной о клетку, стараясь держаться подальше от внезапного соседа, напряженно буравя его неприязненным взглядом. И вновь она оказалась в ограниченном пространстве с косситом. Дублет и все оружие, как назло, забрали. Даже метательный ножичек из сапога вытащили, твари.
Поняв, что рыжий пока что не представляет опасности, тевинтерка позволила себе съехать спиной по металлическим прутьям, садясь прямо на грязный пол, вытягивая ноги вперед, но продолжая жаться ближе к клетке. Пальцы машинально начали крутить треклятый ошейник, в тщетных попытках как-то его если не снять, то хотя бы слабить. Оливия не представляла, что делать дальше. Тем временем работороговцы, распихав всех по клеткам, захлопнули дверь барака, а их голоса становились все тише, пока совсем не пропали.
[ava]https://s8.hostingkartinok.com/uploads/images/2019/02/eed826f08186436b328d2cfd1bcb11d2.jpg[/ava]

+1

4

Что в соседи ему попалась непростая штучка, рыжий успел оценить с первых же секунд. По ушам неприятно резанул звон металла, когда девица в порыве ярости от души пнула дверцу их клетки. Клетка, конечно, же выдержала чужое недовольство, но вот васгот откровенно поморщился, отстраняясь от прутьев, на случай, если дамочке захочется повторить свое бессмысленное действие снова.
Некоторые очень плохо смиряются с безвыходными ситуациями, уж это рогатый по себе хорошо знал. А не буянил сам, как раз потому, что выход-то он прекрасно видел – вон через него больше всего дневного света в амбар поступает, так хреново дверцы друг к другу подогнаны. И добраться туда – тоже дело пустяковое, на его счастье местные пираты не имели раньше дел с косситами, чтоб сообразить, что такая хлипкая клетка его не удержит. Трудности для васгота начнутся аккурат, когда он за пределами амбара окажется. Расположение здания было просто ужасным – посреди оживлённого квартала, где с одной стороны раскинулись торговые ларьки и палатки, а с другой высились домишки, в которых отводила душу вернувшаяся из плавания команда. И тут посреди этого не утихающего даже ночью праздника пиратской жизни появится он, весь такой большой, красивый и приметный... Увы, но действовать напролом - совершенно невыигрышная стратегия.     
Почувствовав, что его буравят взглядом, Адаар ухмыльнулся, в ответ разглядывая незнакомку.
- Я не кусаюсь, - сообщил он тихим проникновенным голосом. - И тебе не советую. Уже несколько дней не мылся – отравишься. Знаешь же, как о нас говорят. У нас даже кровь ядовитая, не скверна, конечно, но прожигает, как кислота.
Сосед в плетке через прутья поспешил отпрянуть от того угла, где примостился васгот, и ухмылка рыжего стала просто чрезвычайно довольной. Ещё немного и рожа треснет.
Это была не единственная дурь о его расе, стойко гуляющая среди простого народа, но одна из самых живучих. Своим появлением она, очевидно, обязана витаару, соприкосновение с которым имело плохие последствия для всех кроме рогатых гигантов, но люд предпочёл не разбираться в нюансах, приписав подобное действие любым телесным жидкостям проклятых серокожих верзил.
Так Адаар, например, любил иногда плеваться под ноги кучке малоприятных личностей, чтоб потом с откровенным удовольствием наблюдать, как они шарахаются в сторону, как пугливые курицы. Других тал-васготов частенько раздражали подобные предрассудки, а вот Каарас любил топтаться на помидорах чужих трепетных душ, и кое-какие небылицы сам сочинил и пустил в народ. О том, какие люди балаболы и сплетники, пришлось узнать наглядно, когда уже в следующей по пути деревушке их встречали жители, держа в руках можжевеловые веники, услыхав от соседей, что рогатых верзил его запах до панических атак доводит и что жутко чесаться сразу начинают. В общем отлупили потом наёмники Вало-Кас селян их же собственными вениками, отвели душу и даже сэкономили на плате за ночёвку на постоялом дворе. В качестве моральной компенсации. Одним словом польза от людской тупости бывает порой не малая.       
Взгляд Адаара, что с интересом рассматривал темноволосую соседку по несчастью, упал на несуразный ошейник, что охватывал тонкую женскую шею. Брюнетка то и дело прикасалась к нему, теребила. Тот явно доставлял серьёзное неудобство, о котором невозможно забыть даже в их печальном положении. Адаар это легко мог понять. Его вот дико напрягало отсутствие возможности вытянуться во весь свой немалый рост, расправить плечи, голову вскинуть. Острый край проклятого деревянного ящика, воткнувшегося в прутья у задней стенки клетки – напрягал тоже. Из-за него угол, в котором находился васгот, стал решительно неудобен для сидения. Но прежде чем предложить поменяться местами или не предлагать, а просто заставить человечку переместиться на другую сторону, Каарас решил попробовать наладить контакт с сокамерницей. Рано или поздно ему всё равно придётся это сделать, так зачем изначально заваливать миссию, если к ней всё равно придётся потом вернуться. 
- Хочешь, сниму? – васгот тыкнул пальцем в сторону сомнительного женского украшения.
Ему не трудно разделаться с цацкой, но да глядишь, брюнетка перестанет смотреть на него волком, не то ожидая нападения, не то планируя его сама. Хотя глазищи у нее, конечно, были ух какие. Сверкают как аметисты. - Ты-то как здесь оказалась?
Любопытно было узнать, по каким схемам пираты работают, где охотятся, как жертв выбирают. Чтоб потом, когда он выберется отсюда, вместе с Вало-Кас они могли бы отловить этих подонков и вздёрнуть на дереве их за собственные кишки.

+1

5

Что самое важное в первых секундах общения с косситом? Выяснить, следует ли он кун. Об этом Оливия узнала ещё на службе, и делалось это совершенно точно не для того, чтобы ненароком никого не обидеть неудачной темой разговора. Там было слишком много деталей и нюансов, призванных помочь выбрать стратегию, тактику, и даже более эффективное заклинание в бою с рогатыми. Однако сейчас, встречаясь взглядом с изумрудными глазами, в которых искрились смешинки, и этой широкой ухмылкой, женщина сразу поняла, что перед ней не один из представителей давних врагов империи. Конечно, она не забыла и про Бен-Хазрат, но как-то ей не верилось, что члены этой серьёзной организации попадают в такие дурацкие ситуации. Ладно, с этим моментом пока что определились.
Бросив очередной изучающий взгляд на сокамерника, тевинтерка поняла, что ведь совсем недавно уже видела похожую улыбку. Гадство какое, неужели ей в компаньоны снова попался какой-то весёлый и болтливый рогач? На секунду чародейка подумала, что лучше бы оказалась в компании кунари, они хоть не способны заговорить ее до смерти. За последние полгода было бы приятным разнообразием.
На шутливое замечание про ядовитую кровь Оливия, в немом вопросе, вскинула бровь, и, наконец, оставив в покое ошейник, сложила руки на груди, потратив ещё несколько мгновений на изучение собеседника и изображение одного из своих уничижительные взглядов. Ладно, хоть не агрессивный, может, это и к лучшему.
- Блеск. Тогда и тебе не советую меня трогать, тевитерцы, говорят, насквозь пропитаны скверной.
По всему Тедасу боятся северян, а именно магов из Тевинтера и злобных кунари. И пусть она не магистр, у которого под боком сотня рабов, а этот здоровяк, скорее всего, не следует Кун, но сам факт, что эти двое умудрились оказаться в одной клетке, был каким-то уж слишком маловероятным. Очередной подарок судьбы с сюрпризом из тонкой иронии. И, судя по словам рыжего, он откровенно пользовался этим страхом среди ограниченных людей. Прямо как и сама Оливия. Собственными стараниями сам ее вид внушает опасение, и девушку это более чем устраивает. Далее контрабандистке пришлось себя резко одернуть, так как она вновь невольно сравнила поведение незнакомца с одним слишком хорошо знакомым косситом, и постаралась увести мысли в иное русло, отстраняясь от соседа по клетке.
Оливия, подавляя кипящее раздражение и досаду от сложившейся ситуации, мельком оглядела барак, мысленно сравнивая его положение с тем, что успела рассмотреть снаружи: местность, дороги, расположение других зданий. Она бы даже проигнорировала слова коссита, но зацепив краем уха смысл произнесенного, перевела на того удивленный взгляд, желая узнать, что он там собрался снимать, и, главное, с кого. Поняв о чем идет речь, Никс чуть успокоилась, а пальцы сами собой вновь поднялись к треклятому ошейнику и прокрутили его, но в этот раз останавливаясь на том положении, чтобы продемонстрировать собеседнику отверстие для ключа.
- Представь, что я вежливо отказалась от идеи сломать мне шею. Это - подавитель магии, а не просто симпатичное украшение. Мне нужен ключ.
На самом деле, для подобной ситуации, Никс раздражалась не так уж сильно. Знающие чародейку личности могли бы только дивиться. Хотя, возможно, сказывалась как раз неуверенность в собственных силах без магии и даже какого-либо оружия. Однако уровень яда в собственном голосе все еще сложно было контролировать. Фыркнув от досады на бессмысленное колебание воздуха, чародейка вернулась к изучению барака, в поисках любых возможных способов побега, составляя какие-то схемы и планы, прокручивая возможные варианты в голове. Этот процесс успокаивал бывшую венатори. И в этот раз она действительно собиралась проигнорировать вопрос коссита, не видя смысла в общении с ним, но, в итоге, вынуждена была признать, что без помощи вряд ли сможет выбраться. Ей бы заполучить ключ от ошейника, и жить сразу станет легче.
Брюнетка перевела взгляд обратно на собеседника, оценивая его размеры и телосложение. Ладно, она вынуждена признать, что васгот действительно может ей пригодится. Тяжело вздохнув и возведя уставший взгляд к дырявому потолку, девушка помассировала переносицу, после чего, все-таки, решила заговорить.
- По дурости доверилась не тому человеку. Не важно. – Будто отмахнувшись от назойливой мухи, чародейка решила не акцентировать внимание на данной теме, и уже более спокойно продолжила. – Надеюсь, тебя уже посетили мысли об объединении усилий ради побега. И становится друзьями нам для этого не обязательно, так что можешь не пытаться сблизиться. Мое имя Оливия Никс, чародейка, способна сражаться коротким холодным оружием. Этой информации должно быть пока достаточно.
Девушка поднялась на ноги, одергивая некогда белую рубашку, по привычке желая поправить рукоять клинка, но, вместо этого, досадливо хватая пальцами воздух на месте, где обычно висело оружие. Внимательно присматриваясь к выходу, дыркам в потолке, зазорам в стенах – тевинтерка пыталась прикинуть, где у них больше шансов выбраться и найти того урода с ключом от ошейника.
- Ты здесь провел больше времени, есть умные мысли?
[ava]https://s8.hostingkartinok.com/uploads/images/2019/02/eed826f08186436b328d2cfd1bcb11d2.jpg[/ava]

+1

6

Адаар одобрительно хмыкнул себе под нос, оценив язвительное парирование, которым брюнетка ответила на его открытую издёвку над человеческими предрассудками. Тут они, пожалуй, были в равных условиях - баек о кровожадном Тевинтере ходило ничуть не меньше, чем о рогатых гигантах с островов, так что обе стороны явно друг друга стоили.
Каарасу же повезло оказаться в клетке не с напуганным и сломанным насилием человеком, а с тем, в ком жажда действий, упёртость и зловредность бурлила и пенилась так же, как и в нём самом. Тевинтерка хоть и попала в затруднительную ситуацию, но отнюдь не сдалась и активно искала из неё выход. Осматривалась, ощупывала взглядом барак, что-то стремительно прикидывала в уме, хмуря красивые брови и потеряв интерес к рогатому сокамернику. Оттого вырвать её из этого сосредоточенного состояния внезапным предложением помощи оказалось до жути приятно. Почти как отвлечь скрупулезно пересчитывающего медяки жадину-гнома, когда тот добрался уже до третьей сотни. И теперь вынужден был начать счёт сначала.         
«Тевинтерка, да ещё маг до кучи... Магистр? Малефекар? Да я пиздец везучий просто», - Кас снова хмыкнул, примирительно подняв обе ладони вверх и обозначая, что насильно помощь навязывать не станет. Как и проверять опытным путём, способен ли подавитель магии противостоять простой грубой силе. В его представлении ошейник из несуразной вещицы мигом превратился в очень полезную и важную штуку, поэтому мысленно Каарас пожелал заветному ключику провалиться в глубокую трещину и никогда не найтись. Только рожу васгот состроил попроще, чтоб магесса не догадалась о посетившей его мысли.
Когда Адаар уже не ожидал получить ответ на последний вопрос, человечка вдруг всё-таки обратила на него внимание и снова заговорила, хотя о своём попадании к пиратам отозвалась весьма скупо. Видимо, это и правда была просто индивидуальная ловушка, а не обкатанная схема, так что копать в этом направлении бесполезно.
Васгот с серьёзным видом выслушал соседку по несчастью, но в ответ только лишь рассеянно пожал плечами, выдав совершенно будничным тоном:
- Ну как знаешь, красотуля. Я хороший друг. Союзник, правда, – так себе. И сильно раздражаю, как враг. Последнее обычно длится недолго, не выдерживают, бедняги, - и ведь рогатый даже не соврал ни разу. Как и не потрудился представиться в ответ. - Умных мыслей у меня нет, но зато есть острая потребность выбраться из этой клетки. Кажется, у меня уже затекла шея...
Каарас наклонил голову в одну сторону, затем в другую и услышал противный щелчок, отозвавшийся неприятным грохотом в основании черепа.
- Гадство-то какое... – тут рыжий почесал щетинистую щеку и понизил голос практически до беззвучного шепота. – Предлагаю, устроить небольшой отвлекающий маневр. Внимание, я нападу слева, твоего лева... – наёмник подобрался, напрягся, и от былого насмешливого блеска в глазах не осталось ни следа. - Ах ты, дрянь тевинтерская! – громко рыкнул васгот. И подавшись вправо, как и предупреждал, замахнулся кулаком, с силой впечатывая его в прутья рядом с чародейкой. – На куски порву, за Сегерон, за товарищей! – Адаар дёрнул перекладину на себя, почти выламывая её, и ещё раз ударил кулаком по решетке. Та ощутимо прогнулась, не отвалившись окончательно лишь из-за того, что с другой стороны их подпирал край ящика. Правда Каарас тут уже отвлёкся, резко развернувшись, и цапнул женщину за лодыжку, рывком дёргая и подтягивая к себе. Кажется, его пнули в ответ. А может и нет. Адаар не слишком следил за чужими руками и ногами, примериваясь к прутьям в другой стороне. И с натугой на ходу вспоминая, рычал все кунарийские ругательства, которые только знал. Их было немало, хотя где-то он благополучно намудрил в конструкциях и напутал времена и числа.     
Но как наёмник и ожидал, их потасовка привлекла чужое внимание. Остальные пленники в клетках оживились, испуганно загудели. Ещё через какое-то время в амбар ворвались охранники (Каарас насчитал четверых), а потом им в клетку кинули какую-то мерзкую едкую бомбочку. Последнее, что Адаар запомнил – это своё нежелание ткнуться рожей в грязное дно клетки, но ничего поделать с этим уже не мог. Отключился.

* * *

- Пссс, эй, Лютоглазка. Ты как там? Жива?.. – рыжий васгот потянулся и задел носком сапога чужое бедро. Приблизиться к чародейке и потрясти её за плечо он не мог, потому как, очнувшись, обнаружил, что его приковали кандалами к одному углу клетки, а тевинтерку к другому. Глупо даже как-то получилось. Такое развитие событий рогатый совсем не учёл. Промашечка вышла. – О да, именно так я этот момент себе и представил... Какой лютый взгляд, - васгот насмешливо ухмыльнулся, расслаблено откидываясь на прутья, но совершенно не чувствуя приятной прохлады металла. Слишком жарко и душно было в стоящем на солнцепеке амбаре. Да и количество немытых тел, тесно рассованных по клеткам, тоже вносил ощутимую лепту. – Ртом выдыхай. А то так ведь и лопнуть можно. Хотя лучше порадуй меня и скажи, что ты успела засечь, через какой промежуток времени в амбаре нарисовались охранники.

+1

7

Внезапное прикосновение к ноге вывело чародейку из липкой и неприятной дрёмы, захватившей тело так же резко, как и отпустившей его. Воспоминания и осознание ситуации быстро вернулись к женщине, наполняя ее новой порцией раздражения и недовольства, которые она и попыталась вложить в свой взгляд и тяжёлый вздох. Ну почему, почему в такие дерьмовые ситуации она попадает именно с косситами? У имперки постепенно начало складываться впечатление, что она, возможно, знает двух самых упрямых и нахальных великанов во всем Тедасе, и, видимо, каким-то чудом притягивает их к себе. Или сама тянется к ним? Не важно. Эта мысль отнюдь не радовала, а в какой-то мере начинала уже пугать. Слишком много не очень удачных совпадений.
Игнорируя первые высказывания и вопросы собеседника, Оливия чуть сдвинулась, пытаясь сесть более удобно. Мотнув головой, убирая от лица растрёпанные черные пряди, женщина вновь перевела недовольный взгляд на рыжего, замечая след от собственных ногтей у того на шее, хотя в той потасовке точно и не вспомнит куда била и где царапала. Признаться, в первые секунды его спектакля чародейка успела испугаться. Она помнила, как резко отпрянула к прутьям клетки, вжимаясь в них и понимая, что не успеет ничего сделать, хотя что она могла в таком состоянии? Без оружия и магии у нее, конечно, оставалась впечатляющая военная подготовка, однако применить свои навыки в данной ситуации было слишком проблематично. Имперка по привычке пыталась поставить щит, одновременно концентрируя магию в руках, если и не собираясь выпустить пару молний, то хотя бы просто укрепить тело, чтобы, в случае чего, оттолкнуть великана, но, разумеется, все было тщетно. Единственная мысль, которая могла сейчас порадовать Оливию – она была уверена, что не польстила самодовольству собеседнику отразившимися на лице эмоциями, упрямо скрывая все за холодной, или просто недовольной маской.
Подобрав ноги, сгибая их в коленях, имперка совершила еще несколько наивных и безрезультатных попыток достучаться до Тени, вытянуть с той стороны хоть что-то, хоть жалкий огонек, хоть маленькую искру. Ничего. Тишина. Даже вездесущего шёпота демонов не слышно, а ведь она специально сейчас открыла свой разум для их голосов. И нет, отнюдь не для того, чтобы позволить вселиться в свое тело в поисках иного способа обрести силу, скорее пытаясь дать самой себе хоть какой-то ничтожный намек на присутствие хотя бы этих тварей. Чародейка запрокинута голову, упираясь затылком в прут, и слегка прикрыв глаза посмотрела на коссита.
- Успела. – наконец подала голос Никс, мысленно отмечая, что васгот попался с мозгами, может, у них действительно есть шанс выбраться отсюда. – Кстати, не знаю, в курсе ты или нет, но завтра утром нас продадут на аукционе, так что надо до темноты успеть придумать какое-то подобие плана.
Невозможность коснуться Тени могла любого мага лишить самообладания, ввергнуть разум в хаос или впустить туда отчаяние. Оливия же скорее смогла очистить мысли от лишней и абсолютно неуместной надежды, становясь спокойнее и увереннее, принимая факты как есть. Для возвращения себе свободы и магии ей придется работать с косситом, хочет она того или нет. А еще работать придется быстро, иначе уже завтра ей предстоит воткнуть какой-нибудь острый металлический предмет в глаз своего хозяина и стать не только дезертиром, но еще и беглой рабыней. Ещё один удар по гордости отличившийся выпускницы Круга Минратоса, ее наставники явно говорили не о таких высотах.
Опираясь спиной о прутья, Никс смогла медленно встать, с неприятным лязгом проскользив кандалами вверх по металлу, чувствуя дрожь прута. Присмотревшись, женщина поняла, что он немного отходит от решетки, и из-за этого слегка покачивается. Что же, после таких ударов не удивительно, что эта ржавая решетка по швам трещит. Продемонстрировав собеседнику то, что Оливия, при приложении должной силы сможет вернуть себе подвижность, чародейка поняла, что здраво мыслить стало сложнее. Жара и духота слишком сильно давили со всех сторон, заставляя одежду и волосы липнуть к телу, заставляя мысли все чаще возвращаться в освежающим морским волнам, в которые хотелось упасть.
- Если выберемся отсюда, из проблем у нас остаются кандалы, отсутствие оружия, ключ от подавителя, путь отхода, и судно, на котором надо выбраться с острова. – облизав пересохшие губы, брюнетка говорила на тон тише, надеялась, что соседи по несчастью в других камерах не уловят этого разговора.
[ava]https://s8.hostingkartinok.com/uploads/images/2019/02/eed826f08186436b328d2cfd1bcb11d2.jpg[/ava]

+1

8

«Узнала, но не скажу» - хорошая позиция. Сама смекнула или тевинтерка чисто интуитивно зажала информацию, но блеф это или не блеф - васготу теперь оставалось только гадать. Ну и, конечно же, серьёзней отнестись к их сотрудничеству, которое могло посулить для наёмника выгоду в виде чего-то существенней просто обещания не шуметь и не поднимать крик, когда он выберется из клетки. Собственно, этот вот вопрос – что делать с остальными пленниками при побеге, - оставался проблемой номер один в его списке препятствий на пути к свободе. И подходящее решение всё никак не находилось.
- Я уже думаю над планом, - обронил Адаар, хотя на самом деле пытался по памяти сосчитать розовых поросят в загоне, которых увидел по дороге до амбара. В какой-то момент перед мысленным взором живые поросята заменились своими поджаренными румяными тушками, и наёмник сглотнул вязкую слюну, понимая, что у него уже больше трёх суток во рту не было ни крошки. На воду работорговцы всё-таки расщедрились, когда они ступили на остров, однако по жаре влаги всё равно потеряно было гораздо больше. Многие пленники уже страдали от обезвоживания и перегрева, но как заметил ранее урод по имени Трой, улов у пиратов был хорош, оттого пара-другая внезапных трупов на их казне сильно не скажется. Особенно если учесть, что рабы были не единственным товаром, который они собирались выставлять на аукционе.     
И выходило, что именно этот проклятый аукцион как раз должен был стать их главной отправной точкой для побега. Особенно после всего списка озвученных тевинтеркой трудностей.
- Какие пустяки остались, а? – улыбнулся васгот, упираясь затылком в прутья и закрывая глаза. – Впрочем, если ты не знаешь, у кого искать свой заветный ключик, то это уже действительно проблема. В отличие от всего перечисленного.
Главной сложностью по-прежнему оставались остальные пленники, и рыжий глухо стукнулся затылком о прутья, словно надеялся, что болью заставит работать расплавленные от жары и духоты мозги.
Само собой, это нисколько не помогло, мыслительные процессы все встали, и васгот замолчал на долгие часы. Попросту заснул, поддавшись клубившемуся в голове туману. 
День как назло тянулся столь медленно, что казалось, будто солнце решило задержаться на небосклоне и жарить своим теплом до тех пор, пока все живые в амбаре не сварятся в собственном соку или не перемрут от обезвоживания. За всё это время проведать пленников заходили лишь один раз, облить клетки несвежей водой, видимо, чтоб облегчить участь изнывающих от жары рабов. И раз расщедрились выдать по плошке воды каждому, обделив вниманием только васгота.
- А ты, нелюдь рогатая, помучайся, - заявила самодовольная покоцанная рожа, и пират, мерзко гогоча, ушёл и утащил ведро с водой с собой, заново запирая амбар.   
Каарас только хмыкнул под нос, но прежде чем снова отвалиться в дремоту, заметил напряжённый взгляд тевинтерки.
- Всё ещё думаю над планом, - заверил рогатый, хотя уверенности в голосе прозвучало куда меньше, чем раньше.
Когда на поселение опустились ранние сумерки, Адаар обнаружил, что, пожалуй, у него не осталось в теле ни одной мышцы, которая бы не затекла от неудобного сидения в клетке. И рыжий всё-таки решился – надо было что-то с этим делать. Зарывшись пальцами в свою спутанную грязную шевелюру, он ловко вытащил на свет две невидимки, из которых быстро и привычно соорудил отмычку. Сколько раз бы рогатый не попадал в плен, сколько бы раз с завидной дотошностью его не обыскивали, но длинную гриву проверить никто не догадывался, что неизменно играло васготу на руку.   
- Как стемнеет окончательно, попробуем выбраться отсюда, - Адаар как раз закончил возиться с замком на кандалах и потёр затёкшее запястье. - Времени у нас будет примерно столько же, как и в прошлый раз, что мы опытным путём выяснили. Охранников, скорее всего, будет четверо. Трое на мне, один на тебе. Не убивай, просто выруби – это важно. Ну, или двоих можешь взять – сама смотри, справишься ли... – с откровенным сомнением протянул васгот. Всё-таки  маги привыкли полагаться на своё пафосное искусство чуть менее чем полностью, и без колдовства представляли лёгкую добычу. Конечно, если удастся близко подобраться. – Выберемся наружу – пойдём искать твой ключик. А с остальным разберёмся на ходу.   
Говорил Адаар тихо, но весьма бодро и уверенно, что на самом деле полностью контрастировало с его внутренними ощущениями. Проблема, стоявшая самой первой в списке, никуда не делась. Оттого, когда пришло время для побега, эта загвоздка явила себя во всей красе, забирая у беглецов самое важное, что у них только было в наличии - внезапность и время.   
- Пожалуйста!.. Не оставляйте нас здесь!.. Помогите!.. Милостью Андрасте заклинаю!..
Хотя они очень старались не шуметь, доламывая клетку и выбираясь наружу, но звяканье металла всё равно разбудило ближайшего к ним пленника, а следом повскакивали, расталкивая друг друга, и остальные несчастные. Измученные люди спали плохо и тревожно. А увидев зыбкую надежду на освобождение, потянулись к ней, просовывая руки сквозь прутья и хватая пытающихся протиснуться мимо клеток беглецов. Кто-то судорожно вспоминал свою родню, которая щедро заплатит за помощь с побегом, кто-то сдавленно рыдал, давя на жалость и сострадание, но гомон, который производили пленники, постепенно нарастал, грозя раньше времени привлечь внимание охранников амбара.   
- Да чтоб вас... - только и шипел Каарас под нос, хотя довольно аккуратно отцеплял от себя чужие руки, опасаясь, что в один момент кто-то не выдержит и поднимет крик – просто, чтобы не мучиться, наблюдая, как шанс спастись выпадает кому-то другому.
Однако времени на то, чтоб выбраться из своего угла, они потеряли прилично. Адаар едва успел сунуть любопытный нос в один из находившихся тут ящиков, когда двери распахнулись, и в амбар зашли двое охранников, держа в руках факелы. С  этого момента действовать пришлось быстро и без колебаний.

+1

9

Время шло неумолимо долго, Оливия давно потеряла ему счет, да, впрочем, и не сильно старалась это делать. Они с косситом все равно не смогут действовать, пока на остров не опустится сумрак, скрывающий в своих тенях двух беглецов. На самом деле устроить банальный побег не составляло абсолютно никакого труда, эти ржавые хлипкие решетки и так держались на честном слове, по крайней мере для мощного рогатого, с которым Никс посчастливилось оказаться запертой. Однако все было не так уж просто. Демоны... А когда вообще было просто? Для разнообразия хоть что-то в жизни чародейки могло пойти по плану, она была бы безмерно благодарна такому варианту развития событий. Но нет же, приходилось сидеть, закованной, без возможности даже пройтись по месту заточения, в этом вонючем мелком бараке, слушать стоны и мольбы других людей, к слову, которым повезло в разы меньше, так как они были набиты в свои клетки словно мелкие рыбешки в рыболовную сеть. Если бы Никс была оптимисткой, то обязательно отметила эту деталь с мыслью, что хоть в чем-то ей повезло, тем более что к тесному соседству с представителем рогатой расы волей-неволей пришлось привыкнуть. Но брюнетка продолжала оставаться грубой реалисткой, лишь изредка садясь удобнее, отгоняя от себя вездесущих мошек, да периодически буравя собеседника тяжелым взглядом, чтобы не сильно расслаблялся. Пара глотков явно затхлой и определенно не самой свежей воды помогли чуть прочистить мысли в момент, когда они начали уплывать в мутные дали от духоты и жары. И вновь это бесконечное ожидание. Ну ладно, Оливия умеет ждать, мысленно смакуя момент, когда вновь сможет обрести силу и покажет этим уродам, на что способна тевинтерская чародейка в гневе.
В итоге сознание тевинтерки, не спрашивая дозволения и мнения своей хозяйки, поплыло, заставляя ту окунуться в тяжелую дрему. Женщина продолжала бороться с собственной слабостью, уверенная, что коссит кинет ее при первом же удачном моменте, хотя и понимала, что тихо этот здоровяк выбраться отсюда не сможет, все равно старалась не расслабляться. Разумеется, до доверия к своему вынужденному союзнику было еще очень далеко, примерно как до Минратоса пешком, и что бы тот ни надумал делать — Оливия хотела быть в курсе происходящего.
Когда со стороны васгота послышалась возня, брюнетка тут же открыла глаза и с напряженным интересом наблюдала, как легко тот высвобождается из оков. И вновь она была готова к тому, что рогатый резко передумает и оставит женщину здесь, пожелав приятных торгов на аукционе. Благо, она ошиблась, и через несколько мгновений сама, не без явного удовольствия, потирала нежную кожу запястий расцарапанных грубыми кандалами. Запоздалая мысль, что ранки затянутся уже через несколько минут, разбилась о печальный факт того, что магический амулет Никс спрятала на пляже, а шею стягивает отнюдь не самое удачное украшение, так что придется ей сегодня регенерировать как всем нормальным людям. Очередной факт который просто пришлось принять, но ничего, он был не самым тяжелым за этот день. В общем-то, легкие ранения не доставляли чародейке сильного дискомфорта, она уже в следующее мгновение забыла об этой неприятной детали, но сама мысль, что подарок бога лежит где-то там, между камней, до которого она сейчас не в состоянии добраться — слегка выводила из равновесия.
Разумеется, брюнетка была права, и выбраться тихо они так и не смогли. Прочие узники быстро проснулись и смекнули, что здесь происходит, решив, что у них тоже есть шанс, однако большая часть их внимания была отдана именно рогатому. Оливия, в силу своей комплекции в сравнении с косситом, аккуратно пробиралась бочком между клетками, оставаясь вне зоны досягаемости многих рук. Точно определись порог шума, способного привести в движение защитный механизм в виде разбуженных охранников, женщина не могла, так что обратный отсчет начала лишь примерный, но и это время начало выходить. Пока любопытный спутник чародейки решил разведать, что за груз работорговцы прячут в бочках и ящиках, Никс, убрав от лица влажные тяжелые локоны, вооружившись простым металлическим прутом, что стоял в углу и служил для запугивания в клетках особо ретивых пленников, развернулась к двери. К слову, очень вовремя, так как уже в следующий момент она открылась и в помещение вошли недовольные, но все еще не вооруженные мужчины.
Неприятно поморщившись от резкого света факелов, до этого ведомая слабыми отблесками пробивавшимися сквозь неплотные щели в стенах да потолке, женщина, не колеблясь, выбрав ближайшего к ней невысокого рыжеволосого охранника, наотмашь ударила его прутом по голове. Оружие было неудобным и длинным для привыкшей к легкому духовному клинку Оливии, удар вряд ли смог бы убить противника, но та, памятуя о единственной просьбе коссита, все равно старалась сдерживаться. Импульс от удара неприятно ударил в руку имперки, но невысокий мужчина повалился, словно мешок картошки под ноги чародейки, выронив факел прямо на пол. Однако расслабляться было некогда, внезапность атаки помогла Никс в первый раз, но вот второй противник, не тратя время, чтобы вытащить свое оружие, замахнулся факелом, метя беглянке прямо в лицо. Прут не был тяжелым, но орудовать им все равно оказалось неудобно, а из-за длины брюнетка так и не смогла вовремя поднять его для удара, вынужденная выставить перед собой, отворачиваясь от снопа искр полетевших во все стороны когда плотная деревяшка столкнулась с металлом. Напрягая затекшие от долгого сидения мышцы Оливия, быстро ориентируясь пока охранник замахивался второй раз, очевидно не замечая за спиной коссита, пнула противника в живот прямо по направлению второго беглеца, понимая, что в данной ситуации он намного больше подходит в качестве военной силы. Женщина все еще не доверяла рогатому и смотрела на него волком, но заглушив звуки умирающей гордости, позволила признать собственную слабость. Временную, разумеется.
- Держи. - когда и второй охранник присоединился к своему коллеге на полу, брюнетка перебросила прут васготу, понимая, что тому будет сподручнее, однако из-за усилившегося гомона в бараке Оливии пришлось почти что кричать.
Мимолетно обернувшись к беснующейся уже толпе, людям, что еще недавно были сломлены и напуганы, сейчас же яростно трясли прутья в своих клетках пытаясь последовать примеру двух беглецов, Никс подхватила с пола факел, который выронил рыжебородый.
- Fasta vass! Такими темпами сюда сбегутся все работорговцы острова.
Женщина не скрывала собственного беспокойства, нервно облизывая пересохшие губы. Тут и с магической силой предстояли определенные трудности, а в своем нынешнем, практически беззащитном положении, без возможности дать достойный отпор, Оливия стала и вовсе не так уверенна в себе. Вновь переведя на клетки уже более долгий и задумчивый взгляд, стараясь успокоить собственное сердцебиение и сообразить какой-то приемлемый план действий, Никс подошла к косситу на пару шагов ближе, чтобы не пришлось снова перекрикивать толпу.
- Открой одну клетку. Это даст нам немного времени. - уверенно произнесла женщина, смотря снизу вверх и встречаясь с изумрудными глазами собеседника.

[ava]https://s8.hostingkartinok.com/uploads/images/2019/02/eed826f08186436b328d2cfd1bcb11d2.jpg[/ava]

+1


Вы здесь » Dragon Age: We are one » Недавнее прошлое » На странных берегах [9 Утешника, 9:44 ВД]