НОВОСТИ


Маются гномы эльфы
Кунари и люди
Не пора ли взрывать?

Рейтинг: 18+


Вниз

Dragon Age: We are one

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dragon Age: We are one » Пыльная быль » Завтра была война [19 Августа, 9:31 год]


Завтра была война [19 Августа, 9:31 год]

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

https://funkyimg.com/i/2TBAR.jpg

Тёмная сделка [19 Августа, 9:31 год]

Время суток и погода: Ночь перед маршем объединённой армии Ферелдена на Денерим. Начинается гроза.
Место: Замок Редклиф.
Участники: Морриган, Алистер.
Аннотация: всего три Серых Стража, и кто-то из них должен выжить в битве против моровой орды, чтобы добраться до Архидемона и нанести ему последний удар, принеся себя в жертву - об этом узнают Айдан и Алистер в ночь перед выходом на войну. Однако надежду на спасение приносит та, от кого этого ожидали менее всего. Морриган раскрывает истинную причину своего присоединения к отряду и предлагает альтернативное решение этой проблемы: Тёмный Ритуал.
  Оказывается, что последняя жертва не обязательна.
  Оказывается, во мраке войны может быть не только смерть, но и зарождение новой жизни.

[icon]https://funkyimg.com/i/2TBC4.png[/icon]

Отредактировано Морриган (2019-05-09 00:14:01)

+2

2

"Весело и звучно потрескивал огонёк в нутре глиняной печки, и на нём тихо булькала ароматная заячья похлёбка в толстостенном котелке. Травяной дымок рассыпчатого благовония из сушёной хвои болотной секвойи, олибановой смолы и "волчьего хвоста" тонкой белой струйкой вился под самый потолок, окуривая хижину лёгким успокаивающим дурманом. В его плывущих волнах стены, увешанные пучками трав, казались зыбкими и шаткими, словно видение из Тени. Впрочем, даже без дыма их с Флемет дом всегда производил ложное впечатление неустойчивости: завалившаяся на кусок полуразрушенной стены хижина, попирающая топкие земли долговязыми сваями. Покатая крыша застелена толстым напластованием зеленовато-бурого мха, из-под которого зорко смотрят маленькие оконца, которые Морриган с детства раз в несколько дней отчищала от настырных зарослей чёрного плюща и "бороды вурдалака", разросшихся по стенам её дома. О нет, юная дочь Ведьмы Диких Земель не питала особенных привязанностей к этому кособоко-сколоченому домику, но сейчас, когда Флемет внезапно огорошила её казалось бы тысячи раз прошеной свободой, Морриган обнаружила, что медлит с прощанием. Как так вышло? Столько лет требуя у матери свободы, юная колдунья так привыкла к резко-отрицательному настрою родительницы, что оказалась совершенно не готова когда Флемет вдруг решила отправить её в путешествие с двумя недобитками из Остагара. Будто старуха внезапно отпустила своей конец верёвки после многолетнего перетягивания канатов, а Морриган, естественно, упала под лукавым взглядом матери: получившая, что хотела, но обескураженная и подозревающая подвох.
  Впрочем, с Флемет так было всегда.

  Два недобитка в данный момент ныли о проигранной битве и предательстве за стенами хижины, и Морриган стояла у кровати и слушала их приглушённые голоса, складывая в разинутую пасть пустой торбы свои пожитки: склянки и мешочки с ингридиентами для зелий и ядов, амулеты, несколько книг, сменную одежду, гребень. Руки девушки работали медленно и с неохотой, а взгляд был направлен куда-то вдаль - далеко-далеко от покосившейся избушки посреди болот. Туда, где построенные людьми здания были так высоки, что их было видно за долгие мили; где океаны и моря ворочали могучими течениями в толщах солёной - будто полосенной - воды; где вечно лежал снег или наоброт - выжженная солнцем земля горяча и бесплотна, и совсем неизвестные ей растения цепляются в её недра свои корнями. Там, за горизонтом ждала её свобода и независимость. Молодая ведьма села на свою застеленную волчьей шкурой кровать и задумчиво посмотрела в костёр. Да, она всегда хотела посмотреть на этот мир, который, судя по рассказам Флемет был безграничным. Но у неё не было ни малейшего желания отправляться в путь с двумя совершенно посредственными и неинтересными субъектами, которые и о магии-то наверняка ничего толком не знают. Айдан - мрачный и серьёзный брюнет - вонял псиной, а Алистер - светловолосый воин, который всё ещё горячился из-за предательства короля - за короткое время их знакомства успел произвести на свет такое количество глупостей, что было просто невозможно оставлять их незамеченными. Чудесная компания, ничего не скажешь.

  Скатав в трубочку спальный мешок и скрепив его с походной сумкой, Морриган взвалила её на спину, взяла в руки кривенький простой посох-корягу и вышла туда, где два Серых Стража уже обсуждали свои эфемерные шансы на выживание и совершенно неубедительные планы на будущее. С первых слов стало ясно, что с Алистером у них не заладится точно, но то было пол беды. Пока светловолосый скептик спорил с Айданом, стоит ли им брать с собой отступницу, Морриган подошла к Флемет:

- Ты знаешь, я могла бы попросту вывести их из Коркари...
- Ты не узнаёшь знаков судьбы, дитя, - перебила старуха, разглядывая дочь  и хитрые искорки в её глазах выдавали какое-то знание. Что-то было известно ей, о чём ещё не подозревала Морриган. - А ведь эту историю я рассказывала тебе не раз. Историю о молодом и неопытном короле и его мрачном друге, которые забрели в Дикие Земли Коркари...
  Жёлтые глаза Морриган широко раскрылись, и она вновь посмотрела на тихонько спорящих в стороне друзей - теперь совсем иначе. Король Мэрик и его друг, что раз за разом должен был предать его. Неужели это...
- ... потомок Каленхада?
Флемет хрипло рассмеялась:
- Судьба имеет дурную привычку повторяться, разве нет? Мальчик похож на отца - так же простоват, но не спеши делать выводов, Морриган. В нём гораздо больше сюрпризов, чем кажется на первый взгляд. Хорошенько изучи ритуал, расчитывай свои действия на два шага вперёд, девочка. Ну а если судьба сыграет с ним злую шутку... ну ведь не зря я спасла для тебя двух Серых Стражей!..
  Старая ведьма вновь закаркала, но Моррриган не успела уколоть её в ответ ядовитой шпилькой - Айдан и Алистер вернулись к ним. А, значит, пришла пора прощаться. Сжав покрепче посох в белой ладони, молодая ведьма вновь повернулась к старой, глядя в морщинистое обрамлённое грязными седыми волосами лицо.

- Всего доброго, матушка. Не забудь про похлёбке на огну; не хотелось бы вернуться в сожённую дотла хижину.
- Ба, скорее к тому времени вся эта местность вместе с моей хижиной будет сожрана Мором.
- Я... всё, что я хотела сказать...
- ...я понимаю. И постарайся развлечься. "

  "Постарайся развлечься". Легко сказать!
  Сегодня обитателям и гостям замка было не до развлечений. Большинство из тех, кому было суждено выступать с первыми лучами солнца на Денерим, ворочались в своих постелях, предвкушая путь навстречу собственной смерти и безуспешно пытаясь уснуть. Никто из них не принадлежал к легендарному ордену Серых Стражей, заточенных на войну с порождениями тьмы, от одного вида которых слабели руки и холодило кровь. Обыкновенные люди, эльфы и гномы готовились пойти на войну, на которой смерть - не самая страшная из возможных бед, и все их надежды были направлены на трёх - всего лишь трёх! - Серых Стражей. Если ни Риордан, ни Айдан, ни Алистер не смогут сразить Архидемона, то Мор сожрёт страну и потянет свои поганые щупальца в Орлей, в Марку, в Неварру. И тогда - напитанный тысячами новообращённых солдат, породивший сотни новых беспрестанно размножающихся маток, - он будет ещё более непреодолим, а это значит, что именно сейчас у Ферелдена есть возможность положить конец этой войне до того, как она растянется в десятилетия.
  Морриган не разделяла общего страха, потому что знала - если всё пойдёт не по плану, она сбежит с поля боя птицей, полетит в Орлей и попробует провернуть свой план заново. Ведь есть же ещё Серые Стражи, которые захотят убить Архидемона за пределами Ферелдена. Но, естественно, оставался риск быть зарубленной кривым клинком порождений и подстреленной зазубренной стрелой, потому что живой в грязные руки порождений тьмы она не дастся - это ведьма Диких Земель знала точно, и мысли об этом заставляли прохладные пальцы девушки мелко дрожать. Лучше всего будет как обычно прятаться за спинами своих соратников, зорким жёлтым глазом следя, чтобы никакая тварь не убила Алистера, не потому что Морриган беспокоилась за его жизнь, а потому что он был необходим для осуществления её плана. Молодая ведьма была преисполнена решимости исполнить своё назначение именно в этот раз, потому что ей представлялась возможность не просто заполучить чистую эссенцию неимоверной силы и редкости, но и дитя, в чьих венах струилась бы кровь вымерших ныне великих драконов с помощью которой можно творить умопомрачительную древную магию. О да, игра стоила свеч и риск был полностью оправдан. Дело осталось за малым - провести давно заготовленный ритуал, для исполнения которого не хватало последнего ингридиента. Алистера.   
  Помимо практической стороны вопроса, Морриган была не против того, чтобы развлечься перед броском и не вариться в мучительном ожидании утра, но, похоже, подобным настроем в замке Редклиф могли похвастаться не многие. Алистер, например, точно был не из их числа. Судя по тому, с каким лицом он покинул покои Кусланда, можно было понять, что даже несмотря на калёными щипцами вытянутое согласие, битва ещё далеко не выиграна и к концу ночи Морриган может остаться ни с чем. Она думала, что зажав двух Стражей между отчаянием и обречённостью, правильно подгадала момент, но если уговорить Айдана оказалось относительно просто, то с Алистером всё было совсем иначе.

  Меряя отведённую ей комнату шагами, Морриган прятала за спокойствием волнение и даже некоторое раздражение. Почему он так долго? Может, передумал? Множество мужчин без раздумий согласились бы на её предложение, так почему же он ломается, будто юный девственник из монастыря?.. Ах да, ну естественно. Но, может, дело в другом? Может, она плохо выглядит сегодня? Скептически поджав губы, ведьма медленно подошла к огромному зеркалу в древесной резной рамке и окинула своё отражение придирчивым взглядом. Она оправила лиловые одежды так, чтобы лучше подчёркивали грудь, парой прикосновений привела в порядок обрамляющие лицо пряди волос и чуть подправила тёмную помаду в уголке губ. Разве не каждый мужчина пожелал бы забыться с такой девушкой в ночь перед смертельной битвой? Конечно, на самом деле Морриган попросту не знала о вкусах Алистера, вдруг, он вообще любитель гномок? Или ему нравятся мужчины? Нет, врядли. Зато однажды он сказал, что её нос похож на нос Флемет, а это сложно назвать комплиментом. Девушка склонилась к поверхности зеркала и чуть поморщила нос, разглядывая его в отражении. Прекрасный, аккуратный нос, сказала она себе. И вообще, она хорошо выглядит, это же очевидно. С какой это стати нежелание Алистера разделить с ней ложе так задело её самолюбие? Ведь всё дело в его забитой церковным нонсенсом голове: он сейчас наверняка в самом разгаре торгов с совестью, усложняет себе, думает о несуществующем ещё ребёнке (вот надо же было Айдану рассказать об этом!), которому суждено стать ещё одним бастардом... Встретившись взглядом с собственным отражением, девушка замерла. Глаза её смотрели недобро и с упрёком, и наверняка Алистер только больше струхнет, увидев её такой.

  Вдохнув глубоко и длинно выдохнув, Морриган примерила свой обычный невозмутимый вид в этот раз с привкусом чувственности и гостеприимства. Что бы не творилось в дубовой голове светловолосого бастарда, ведьма точно сумеет соблазнить его как только они окажутся наедине, и не имеет значения то, что он Серый Страж, витязь, король, потомок Каленхада. Главное, Алистер - просто мужчина, и Морриган готова показать ему, что он зря так долго ломался, но отчего-то сердце её тревожно ёкнуло, когда тяжёлый засов лязгнул, а дубовая дверь открылась, впуская в освещённые только одной свечой и маленьким очагом покои Алистера. Или короля Алистера?

- Ты заставляешь девушку ждать, - глубоко и надёжно спрятав недовольство в голосе, низко промурлыкала Морриган и развернулась к новоиспечённому монарху лицом. На лице её явно проступал хищнический интерес и плотоядная ласка, как если бы эта девушка видела в своём ночном госте сочную отбивную. Чтож, в каком-то смысле так оно и было. - Ты ведь всё равно не собирался спать, верно? Гораздо лучше провести свою последнюю ночь с кем-то, чем безрезультатно волноваться о том, чего не изменить. Особенно, если ты ни разу в жизни так и не отведал удовольствий плоти. Разве было бы не жаль умереть, так и не узнав, что это такое?

[icon]https://funkyimg.com/i/2TBC4.png[/icon]

Отредактировано Морриган (2019-05-09 13:25:43)

+2

3

[nick]Алистер Тейрин[/nick][icon]http://sd.uploads.ru/t/Dv0wM.jpg[/icon][LZ]Серый Страж, бастард короля Мэрика[/LZ]

Айдан уже второй раз так его подставлял.

Первым было решение о коронации Алистера и женитьбе на Аноре, как гром среди ясного неба прозвучавшее под занавес Совета Земель. Тогда Кусланд просто бросил его на растерзание собравшимся баннам, под ледяным взглядом дочери Логейна Мак-Тира, кровь которого еще растекалась неровной лужей по главной зале. И будь бывший тейрн хоть трижды предателем, которого Алистер мечтал (или думал, что мечтает) казнить собственноручно – именно ему придется делить власть, будущее и само королевское ложе с особой, которая не имеет ни одной, самой ничтожной причины питать к нему хоть какие-то теплые чувства.

Впрочем, и на этот раз бастарда Мэрика, волею судьбы или богов обреченного возвыситься на недостижимые ранее высоты, ожидало схожее испытание. Он должен был возлечь с Морриган. С Морриган! Создатель милосердный, интересно, Айдан намеренно издевается, подсовывая другу самых злобных и опасных женщин по эту сторону Недремлющего моря?

Добрую половину всего разговора Тейрин провел в странном оцепенении, будто кто-то подкрался сзади и вероломно врезал по светловолосой голове пыльным мешком. Достаточно одного взгляда на брата-Стража, чтобы понять – Кусланд уже согласился с предложением, для этого даже не требовалось легкой торжествующей улыбки на лице державшейся поодаль отступницы, гипнотизирующей Алистера своими бездонными ядовито-желтыми глазищами.  Будущий король, верховный правитель Ферелдена, не слишком боялся смерти, однако, знал, что не сможет отказаться, позволит уговорить себя, убедить и… использовать в том качестве, что предполагал ритуал. Ведь рядом с Айданом его собственные заслуги были ничтожно малы, вроде тех, что он ни разу не отбился от отряда и не потерялся в лесу, не проиграл меч с доспехом в кости, всегда надежно натягивал штаны, справив нужду, а еще не дал себя убить… по крайней мере, до сих пор. И если теперь ему выпала возможность не только помочь Ферелдену оправиться после Мора, сделать жизнь в нем лучше (или хотя бы прежней), но и спасти жизнь кому-то из Стражей - Алистер согласится.  В конце концов, пройдет совсем немного времени, и сотни людей, гномов и эльфов отправятся на смерть; что по сравнению с этим несколько часов наедине со спесивой,  самовлюбленной ведьмой?

Конечно, идущий по коридорам замка мужчина далеко не в первый раз обращался мыслями к некоему… таинству, которым представляется первый опыт плотской любви.  Алистер думал, что неплохо понимает сам процесс, и не считал себя слишком наивным – вряд ли все произойдет на смятых белоснежных простынях в роскошном особняке, чтобы полная луна освещала полное неги стройное тело и прекрасное лицо красивейшей из девушек, шепчущей в порыве страсти его имя. Его бы вполне устроила «благодарность» какой-нибудь вызволенной из беды дамы, быть может, затянувшаяся гораздо дольше одной ночи из-за взаимной симпатии и привязанности. Что говорить, в последнее время он вполне допускал, что после победы все они дружно завалятся в «Жемчужину», гремя доспехами, сыпля вокруг золотыми монетами и каплями крови порождений тьмы; переломают всю мебель, выпьют все вино, что найдется в погребах столичного борделя, а потом, когда вконец охрипнут от песен, Тейрин забудется в объятиях умелой, но чуткой красотки, которая отдаленно будет кого-то напоминать потомку Каленхада… хотя тот так и не вспомнит, кого именно. Но то, что предлагала Морриган…

Взбежав по узкой винтовой лестнице, Серый Страж на мгновение задержался, глядя в распахнутое окно. Внизу горели десятки костров, стояли сотни палаток, шатров и наскоро собранных хижин для всего сборного войска. Рано утром их ждал стремительный переход к Денериму в тщетной попытке, если не опередить орду порождений тьмы, то хотя бы спасти столицу от полного уничтожения.

Эти лагерные огни напомнили ему их собственный, совсем скромный костерок, которым довольствовался небольшой отряд Кусланда в своих путешествиях; места хватало всем – одна только Морриган предпочитала держаться в стороне, так и сидела на фоне пламени, либо читая, либо бросая в котелок что-то подозрительно походившее на сушеные лягушачьи лапки и змеиные головы. Такую как она можно было назвать красивой. Ухоженная, белоснежная кожа, остававшаяся свежей и чистой, несмотря на все перипетии пути; ладная фигурка, бедра, туго обтянутые неказистой с виду тяжелой кожаной юбкой, аккуратная грудь, едва прикрытая полосами ткани, с тяжелыми, спускающимися вниз грубыми дикарскими украшениями из золота. Она умела двигаться так, что притягивала к себе взгляды, а встретившись с ними своими колдовскими золотистыми глазами – вовсе заставляла забыть обо всем другом, кривя очерченные темным губы в усмешке. Окажись этой ночью в замке такая женщина, Алистер не стал бы колебаться, даже разговор с Кусландом старался бы окончить поскорее, чувствуя, как утекает драгоценное время… но другой такой не было. Его ждала Морриган, дочь Флемет, дитя Диких земель, болотная ведьма и богопротивная отступница, коварная и эгоистичная лицемерка, которая, вот неожиданность, все это время преследовала свои собственные цели, вовсе не стремясь одолеть Мор в первую очередь.

Это отрезвляло. Лучше, чем ушат ледяной воды за шиворот, сильнее, чем обнаруженная под одеялом ядовитая гадина. Алистер просто попробовал представить темноволосую магессу в какой-нибудь пикантной сцене, но куда проще было думать о ночи с паучихой. А ведь, если все получится, у нее будет дитя… Его ребенок. Бастард от бастарда, выросший в чреве колдуньи-матери.

Все это время, с самого первого мига, как они увидели друг друга накануне побоища под Остагаром, между этими двумя вспыхнула вражда; она то тлела, то, наоборот, разгоралась всепожирающим пламенем. Ни одно действие Тейрина, ни одно его решение, ни одно слово не оставалось без ответа или какой-либо реакции со стороны Морриган, она была просто обязана выказать собственное неодобрение либо открыто высмеять светловолосого Стража, оставаясь донельзя довольной, даже когда ее никто не поддерживал. Казалось, желтые глаза колдовскими огоньками следуют за мужчиной по пятам, не оставляя незамеченным ни один его промах, ни единое сомнение или сделанный выбор, а когда и этого не было – ведьма просто-напросто сама выдумывала какую-нибудь гадость и принималась ее смаковать, упражняясь в остроумии и верткости языка с насупленным бастардом. Алистер старался не обращать на нее внимания, но Морриган была всюду; когда он решал не думать о ней, темный силуэт маячил перед глазами как нарочно, блестя ровными белыми зубками в ехидной усмешке; когда убеждал себя, что дикарка мелет вздор – когтистая ладонь безошибочно отыскивала уязвимое место, болезненную или просто важную для него тему. Светловолосый Страж срывался, раз за разом, вступая в заведомо проигранную словесную перепалку, даже когда ему удавалось «отбиться», вместо извинений или признания поражения слышалось лишь раздраженно-презрительное фырканье, и все начиналось по-новой.  И уж, конечно, каждый его успех возвращался сторицей, небрежно брошенным в схватке заклинанием или подкинутой в выстраданную Алистером похлебку лягушкой.

Он не ненавидел Морриган. Возможно, она его – тоже, не всем своим черным и чёрствым сердцем; но это не отменяло того факта, что примкнувшая к ним ведьма – очень плохой человек. И все же, Тейрин собирался войти сейчас в ее покои и сделать то, чего так долго ждал с затаенным восторгом и каким-то мистическим любопытством.  Ждал, но уж точно не с ней.

***

Он вошел в небольшую комнату с камином, неказистой мебелью и традиционными шкурами на стенах, чередующихся с оружием и гербами Редклиффа. Томный, приторный голос заставил напряжённого Тейрина посмотреть на Морриган, и в этот момент он едва не бросился наутек, забыв обо всем, что, готовясь, надумал себе там, за дверью. Столько зловещего торжества было в этом взгляде, столько хищнического плотоядного удовлетворения, что в голове Стража сами собой вспомнились все рассказы и байки о ведьмах Диких земель, которые заманивают в свои болота мужчин, используют их, а после пожирают… а то и сразу пожирают, видимо, не удержав у узде своей природной злобы и кровожадности.

Будущий король вцепился в дверную ручку изо всех сил и так стоял, изыскивая остатки духа, чтобы шагнуть навстречу своей первой женщине, которая, сама того не подозревая, произвела несколько бОльший эффект, чем следовало. Несколько мучительных мгновений продолжалась эта внутренняя, незрима борьба, которая, к сожалению, никогда не будет узнана и воспета лучшими бардами и менестрелями Тедаса, после чего Алистер буквально оттолкнулся от двери – с таким отчаянием бросает обломок мачты потерпевший кораблекрушение, в тщетной надежде добраться до суши вплавь, прежде чем околеет и пойдет ко дну.

- Ты… хорошо выглядишь, - глухо произнес он заместо приветствия, или что там должен говорить мужчина в подобных ситуациях, - мыло, щетка и теплая вода в замке делают свое дело, верно? Хорошо, давай не затягивать с этим.

Подойдя к стоявшей в углу скамье, Страж снял ножны с мечом и осторожно прислонил их к стене, затем принялся расстегивать пуговицы на камзоле. Одежда была новая и немного тесновата для плечистого воина-храмовника, проклятые застежки на горловине не желали поддаваться неслушающимся пальцам. Алистер стоял спиной к ведьме, избегая вновь встречаться с ней взглядом и вообще смотреть на нее – все не так, как он себе представлял. Все другое: сама Морриган, букет ароматов, витавший в комнате, его дурацкий наряд, подсунутый присланным Айданом слугой, даже кровать, широкая большая, с высокой резной деревянной спинкой – даже она была иной в его воображении. Некоронованный еще король решил, что отнесется ко всему сугубо по-деловому, просто сделает, что от него требуется и уйдет, а после просто забудет все, произошедшее этой ночью, и уже потом будет так, как он того хочет. Если, конечно, останется жив.

- Насколько я понял, ты ждала гораздо больше. Наверное, долго все планировала, да? – пуговицы камзола поддавались через одну, а горловина вообще оставалась застегнутой, как будто только туже сдавливая шею Алистера, - уснуть можно, разве ты не слышишь? Это Огрен. Сначала он сидел в нижней зале, жаловался на дурной сон, потом, после третьего кувшина, пошел прогуляться; говорят,  он разнес половину тренировочной площадки, приняв манекены за порождения тьмы, а повозку с кислой капустой – за архидемона. Зато теперь храпит так, что стены трясутся… И вообще, видимо, у нас с тобой разные представления об удовольствии, Морр… ах, да, проклятье!..

Плюнув на камзол, Тейрин взялся за завязки штанов, но довольно быстро выяснилось, что их не ослабить, пока не снять верхнюю часть одежды. Выругавшись себе под нос, мужчина был вынужден вернуться к застежкам, мысленно представляя, как веселится над ним ведьма.

- Да, ты, наверное, долго все это планировала, вот только в толк не возьму – почему бы не выбрать вместо меня Айдана? Или могущественная колдунья опасается мести нашей Лелианы? Тогда, может, Риордан? Или ты вообще против брюнетов?

Говорить, говорить, продолжать говорить. Главное – не останавливаться, не замолкать ни на мгновение, чтобы не дать вставить едкое словцо Морриган. Говорить о чем угодно, лишь бы не дать повиснуть тишине, которая напомнит им обоим, зачем они здесь.

- Знаешь, я должен предупредить – ничего страшного, если я… мне не будет так уж приятно. Думаю, ты понимаешь, - тени на стене перед ним двигались, будто в танце, сплетаясь и извиваясь в каком-то болезненном экстазе, трудно поверить, что это всего лишь игра пламени из камина, а не какое-то колдовство, - я здесь для того, чтобы дело было сделано.  Наверняка мы оба сейчас предпочли бы оказаться в совсем другом месте. Просто… просто сделаем это, я только разденусь.

Отредактировано Алистер Тейрин (2019-05-12 08:16:20)

+2


Вы здесь » Dragon Age: We are one » Пыльная быль » Завтра была война [19 Августа, 9:31 год]