НОВОСТИ

06.11. Одиннадцать месяцев игры! Новости и цитаты!
01.11. Сюжетные внезапности и флешмоб!

Рейтинг: 18+


Вниз

Dragon Age: We are one

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dragon Age: We are one » Недавнее прошлое » Bonum initium est dimidium facti [16 Драккониса, 9:42 ВД]


Bonum initium est dimidium facti [16 Драккониса, 9:42 ВД]

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Bonum initium est dimidium facti [16 Драккониса, 9:42 ВД]

Время суток и погода: типичный вечер ранней весны, сопровождаемый прохладным ветром - погода, однако, не беспокоит венатори за стенами крепости
Место: временный штаб Старшего на границе Орлея и Ферелдена
Участники:  Оливия Никс, Корифей
Аннотация:  хороший полководец должен если и не знать каждого солдата по имени, то хотя бы иметь представление о том, какие люди служат в отряде его лучшей ученицы. Хорошие солдаты не должны бояться узнать полководца получше — здесь, впрочем, свои тонкости.

Отредактировано Корифей (2018-09-18 01:35:35)

0

2

...Итак, Халамширал. – Корифей подхватывает с тактического стола еще один кинжальчик, не годящийся для эффективного использования в бою, подбрасывает в воздухе и играючи кидает в точку на карте. – Бал светлейшей императрицы - кривая ухмылка, - Селины Первой состоится менее чем через две недели. Безопасность леди Флорианны уже обеспечивается подготовленной командой, но перед тем, как Орлей узрит истинную правительницу, следует ожидать беспорядки на улицах и гражданские волнения. В зависимости от интенсивности ситуации — мне может потребоваться присутствие этого отряда в стране для выполнения функций урегулирования конфликтов и наставления масс. Разумеется, в вашем распоряжении будут еще люди. – Он разворачивается, прохаживаясь туда-сюда, возвращается к столу и бросает беглый взгляд на стоящую рядом Кальпернию. За секунду подмечает и прямую, как стрела, осанку, и приподнятую голову, и твердый взгляд ученицы вперед. Впору благодарить судьбу за таких приближенных — когда она уверена в своих людях, он тоже может быть уверен — хоть и не без обязательной осторожности. Устремленные на них пары глаз горят верностью делу, оправдывая возложенные на них надежды.

Корифею уже довелось узнать многих из избранных своей ученицей венатори. На удивление разные личности, которых объединили под командованием Кальпернии мастерство и пробивной характер. Пара магистров-альтусов Империи, чье богатство и влияние — не повод им смотреть свысока на сослуживцев, и пара гордых бывших магистров, потерявших власть рода в результате политических интриг архонта. Ученые-воины, которые предпочли служение идее нового мира служению военной машине Тевинтера. Бывшая обитательница Круга магов, уничтожившая филактерию со своей кровью и бежавшая аж до армии Старшего в поисках защиты от храмовников. Отмеченная скверной эльфийка, дезертировавшая из Серых Стражей много лет назад и рассказывающая много ценного о внутреннем устройстве Ордена. И другие верные, всего — два десятка венатори, включая недавнее пополнение.

Оливию Никс из лаэтан Империи Кальперния представила ему пару недель назад, на одной из встреч. Обводя пытливым (и потусторонне мерцающим от сегодняшней дозы лириума) взглядом членов отряда, Корифей задерживается на сиреневых глазах последней чуть дольше, чем на остальных, с едва читаемым оттенком сдержанного любопытства, и объявляет:

– На этом все. До следующего сбора за распоряжениями и известиями обращайтесь к своей командующей. И… – он немного задумывается, и решает быть благосклонным, – сегодня у вас свободный вечер. Если у кого-то есть вопросы ко мне — можете остаться.

+2

3

Голос Старшего лёгким рокотом наполнял помещение, завладев вниманием собравшихся в комнате венатори. Оливия стояла у стены, чуть поодаль от основной массы людей, видимо, уже машинально отстраняясь от толпы. Там, за дверьми, по длинным коридорам крепости гуляли сквозняки, ветер завывал в каменных щелях, ни на минуту не давая забыть о том, как далеко тевинтерка оказалась от дома. Впрочем, это ведь уже не в первый раз, верно? После нападения на Убежище, когда Оливия воочию увидела Морозные Горы и такое колличество снега, казалось, ее уже не напугать холодом. С тех пор так много пришлось сделать, столько увидеть, что, казалось, будто с момента ее первой атаки на Инквизицию прошли уже годы. Благо, в этом помещении холодно не было, так что девушка позволила себе сегодня одеться не так тепло, но в укреплённом корсете так и осталась, как обычно, ожидая нападения в любой момент.
Взгляд фиалковых глаз внимательно следит за каждым движением Корифея, перебегает с лириумных кристаллов, что отражаются алым в глазах, цепляет отблески на металлических пластинах, задерживается на мелком ножичке, отметившим на карте будущее падение Халамширала. При упоминании императрицы многие собравшиеся венатори усмехаются, ловят эмоции своего Бога, впитывают их, отвечают взаимностью. Во взглядах можно уловить какие-то хищные нотки, будто последователи Старшего уже готовы лично растерзать его врагов. По крайней мере, так кажется самой чародейке, мимолётно бросающей взгляды на людей по соседству, пытаясь прочитать их настроения.
Никс умеет сдерживаться, она всегда была спокойной, хоть и несколько вспыльчивой, однако главным ее пороком оставалась гордыня. С людьми было легко выпускать свой характер, откровенно говоря, Оливии было на всех плевать, и она знала, что они это чувствуют. Все равно. Девушка внимательно слушает, прекрасно представляя, что потребуется от отряда Кальпернии, на миг уйдя в свои мысли, что-то обдумывая и прикидывая, вощвращается Никс, когда Корифей встречается с ней взглядом. Девушка мгновенно приосанилась, в ее движениях все ещё сквозила военная выправка, от которой, скорее всего, придется избавляться еше долгие годы, однако уже через мгновение, чуть одернув себя, она переводит взгляд обратно на карту, будто ножичек, поразивший дворец, казался ей чем-то безумно важным. Чародейка, всего две недели назад лично представленная Корифею, сразу же научилась подавлять гордыню и свое явно завышенное самомнение рядом с ним. Пусть, она считала себя лучше многих людей, но не ей тягаться с Богом. Девушка вела себя непривычно тихо и послушно рядом со Старшим, иначе она просто не могла. Ее Бог был высоким, покрытым пятнами скверны, пугающим красным лириумом, с торчащими прямо из плоти металлическими осколками. Жестокий к своим врагам. Жестокий Бог для жестокого мира. Пусть Андрастеане подавятся своим Создателем и Песнью Света, вскоре им придется признать Старшего, хотят они того, или нет.
Эти мысли занимали сознание Оливии довольно долго, с тех пор, как она вступила в ряды венатори и посвятила себя служению, однако  последние несколько дней некоторая тревога поселилась в груди. Первые месяцы чародейкой двигала лишь вера, стремление к былому величию Империи, о котором она была так наслышана и начитана, но лишь недавно Никс решила обернуться назад. Она оставила позади зелень джунглей и трупный смрад Сегерона, а там и единственного за всю жизнь друга, которому либо не захотела, либо не решилась сказать о своем дезертирстве. Новости о потере ещё нескольких крепостей, которые доходили даже сюда, через каналы связи определенных людей, особой радости не приносили. А заодно и тихонько глодали чародейку изнутри, принося нехорошие мысли и сомнения в собственных действиях.
Голос магистра затих, и венатори медленной вереницей подтянусь из помещения, проходя мимо недвижимой Оливии, бросая на нее мимолётные взгляды. Последней вышла Кальперния, дверь захлопнулась, и Никс осталась один на один с Корифеем, кажется, они ещё никогда не общались тет-а-тет. В комнате на некоторое время повисла тишина, пока Оливия собиралась с мыслями, убивала ростки сомнений.
- Разрешите вопрос на отвлеченную от Халамширала тему? - наконец, Никс вновь поднимает взгляд на Старшего, в этот раз уже сама ловя его глаза. - А, если точнее, на тему Сегерона.
В момент сомнений, в поиске совета и укрепления собственной уверенности, люди, и не только, часто взывают к своим божествам. Тевинтерка обрела веру всего лишь несколько месяцев назад, и сейчас решила последовать их примеру. Особенно это было удобно тем, что ее Бог был рядом, и, даже, при желании, мог ответить.

+2

4

Несмотря на сказанное, Корифей почти не ждет, что кто-то задержится. С ним редко решаются разговаривать один на один: почти все вопросы официального, реже — личного характера ему передают с обеих частей армии Кальперния или Ралей. Во время групповых собраний последователи объяснимо чувствуют себя немного смелее в окружении единомышленников, будто бы ответственность разделяется на нескольких и заработать что гнев, что милость бога не так пугающе. Его не воспринимают, как часть человеческой иерархии, не ждут решений ни доброго дядюшки, ни жестокого командира, ждут решений бога, и оттого — по своей природе непредсказуемых. Или так им кажется. Корифей улыбается себе под нос, рассеянно рассматривая карту. Он не видит нужды разубеждать их в выгодном для него видении.

Когда он в последний раз принимал лириум?

Течение времени принимает непостоянную форму, когда типичные для смертных занятия — сон, обед, прогулки — не разбивают линию дня на привычные отрезки. Последние недели для него стали сплошной чередой работы, проверок, исследований и тренировок. Возможно, оставшееся черным пятном в памяти заточение у Серых Стражей пробудило в нем деятельные настроения после стольких-то веков бездействия. К тому же, в праздности не отпускают мысли о том, как бы рассчитать дозу эффективнее.

Кажется, пять часов назад. Или пятнадцать?

Корифей раздраженно постукивает когтями по карте, недовольный настойчивыми мыслями. Он ведь не зависимый. Его самоконтроль помог вынести испытания, не вообразимые простому человеку, он до совершенства довел в себе способность контролировать мирские желания, при этом не подавляя их, в противоположность пуританским служителям современной религии. Нет, он определенно не зависимый. А тот, кто готов в своей цели идти до конца.

И сегодня он примет лириум, только чтобы повысить свою продуктивность. Армии нужны его сила и интеллект на самой высоком пределе возможностей. Те, кто следует за ним, идут на риски и жертвы, и он, как истинный бог, а не праздный тиран, должен делать то же самое. Не зависимость, а нравственный долг.

И все-таки несмотря на убедительные потоки самоубеждения Корифей оказывается готов чуть ли не обнять задержавшуюся новенькую из венатори за предоставление ему шанса отвлечься. Отлично, разговоры о чем угодно сейчас помогут ему выкинуть из головы демонов лириум. Разумеется, не демонстрируя несолидного ликования, он спокойно встречается взглядом с Оливией, отвечая чуть более мягким и спокойным, чем во время инструктажа, голосом: 

– Разрешаю. Что тебя беспокоит?

+2

5

Оливия ещё ни разу не видела, чтобы кто-то оставался после таких собраний с Корифеем, кроме его непосредственных приближенных, разумеется. Особенно в свободные вечера. Люди не хотели упускать долгожданные минуты отдыха, которые, порой, в долгих переходах и на заданиях, приходится ждать как настоящий подарок судьбы. У Оливии, как всегда, на этот счёт имелось собственное мнение, абсолютно не связанное с праздным времяпровождением. 
После того, как прочие венатори покинули помещение, девушка ещё некоторое время блуждала взглядом по спине Старшего, оставаясь незамеченной, всего лишь хрупким женским силуэтом по сравнению с богом, склонившимся над картой. Тема, которую подняла чародейка, возможно, могла не понравится ее собеседнику, разгневать, или, проще,  показаться неуместной для обсуждения с Никс. Все таки, по собственным ощущениям, она поднялась ещё не достаточно высоко для откровенных диалогов с предводителем венатори, продолжая смотреть на Старшего из-за спины Кальпернии, хоть с каждым месяцем и подходила все ближе, ведомая собственными убеждениями и безумным упрямством. Однако сейчас, встречаясь взглядом с магистром, отступать было уже поздно. Да чародейка и не стала бы.
Вопреки опасениям, что успели мельком пронестись в мыслях за то время, что собеседник оборачивался, он не выглядел хоть сколько-то недовольным. Приятный тембр голоса, что чуть смягчился после выступления перед публикой, даже немного удивил Оливию, хоть та и не подала вида, храня на лице привычную печать холода.
Пожалуй, магистр выглядел очень даже благосклонным к беседе и ее собственной компании, но девушка все равно почувствовала некую неуверенность, что была для нее так непривычна, на миг теряясь в собственных мыслях, не зная, как начать диалог. Очень странно было стоять так близко, без чужих голосов и взглядов со всех сторон, но, опять же, чародейка старалась не подать вида лёгкого замешательства, беря себя в руки.
- Меня беспокоят дезертиры. - Ещё одна привычка, принесенная с собой из армии - переходить сразу к делу, говорить коротко, и по существу. - Их появляется все больше в наших рядах. Вы не опасаетесь, что это повлияет на развитие Сегеронского конфликта не в пользу Империи?
Оливия и сама чуть ли не из окопа влилась в ряды венатори. Тогда ещё не очень многие решались на подобный серьезный шаг, заклеймить себя предателем родины ради нового бога. Хотя, разумеется, Никс прекрасно понимала, что все здесь ранее собравшиеся, венатори, вставшие под знамя Старшего, так или иначе, банально ищут личную  выгоду. Как и сама чародейка, однако ее мотивы были кристально чистый и понятны, без второго дна и хитросплетений лжи.
- Мы два месяца отстаивали крепость Талидд, вытеснили от туда кунари, выдержали несколько волн наступления. А три дня назад информатор Меликса написал, что крепость потеряна. - это уже было произнесено карте Орлея, что раскинулась совсем рядом, за спиной Старшего. Изначально чародейка не хотела конкретизировать, внушила себе, что, если Корифей и сочтет нужным ответить на изначальный вопрос, то ей этого будет достаточно, она развернется и покинет помещение, давая богу покой и больше не мешаясь, но именно известие про Талидд и выбило ее из колеи. Впрочем, следующую фразу она так и не решилась произнести.  Закусив щеку с внутренней стороны, успела одернуть себя прежде, чем проявила какое-то неуважение к Старшему, в очередной раз смеряя характер, бесцельно скользя взглядом по Орлею, лишь бы не поднять глаза на фигуру, что возвышалась рядом. Впасть в немилость, вызвать неудовольствие, или даже злость Корифея, лишаясь при этом своего положения, путь к которому так старательно прокладывала собственными руками, без власти и денег. Слишком большая плата за какую-то неуверенность в себе и неумение вовремя придержать язык.

Отредактировано Оливия Никс (2018-09-23 14:22:50)

+1

6

Корифей внимательно выслушивает замечания о дезертирах и крепости, поворачивает голову к окну и выдерживает паузу, вглядываясь в сгущающиеся сумерки. Не видит ничего зазорного в том, чтобы явственно задумываться над вопросом, в конце концов, какое успокоение принесет заранее заготовленный ответ. Меланхоличный рычащий вздох сам собой вырывается из груди. Тяжелые вопросы, тяжелые темы. У Кальпернии всегда получалось лучше. Вот так-то пятнадцать часов без лириума… А он слишком часто смотрит на войну, как на числа. В самом деле, не сказать же, что после достижения конечной цели все предшествовавшие поражения перестанут иметь значение, или что в сравнении с плодами победы любые расходы приемлемы, или прочий холодный абсурд из разряда «отряд не заметил потери бойца».

– Опасаюсь ли я? Я знаю, что повлияет. И я разделяю твои беспокойства. И твоих товарищей, если это коллективная жалоба. – Корифей беззлобно скалится, допуская, что подобные настроения в армии не единичны и единомышленники могли послать Оливию, как самую смелую их них. Понимая, что разговор все же предстоит существенный, резким магическим рывком подтягивает к себе кресло от одной из стен комнаты, чтобы опуститься в него, сцепить пальцы и продолжить в прежней мягкой менторской манере.

– Мы объявлены вне закона на территории собственной страны. Формально, конечно. Давно минули времена, когда Тевинтер мог диктовать условия всему миру, и нынешнему правительству приходится играть в политические игры по общим для всех правилам. Разумеется, официальная позиция архонта – дистанцирование. И я мог бы предложить ему военную помощь на Сегероне, вернуть «дезертиров» хоть на те же места, откуда их забрал. Если бы он мог принять эту помощь тайно. Знаешь, почему я этого не сделаю? – Корифей прищуривается, наклоняясь чуть ближе. – Потому что он примет. С перечнем условий, исключений, всех этих отвратительных мелких нюансов, которые не нужны ни силам на Сегероне, ни моей армии в разгар войны. Если бы Радонис публично отказался от предложения помощи с патовой военной ситуацией — это могло бы значительно укрепить наши позиции в Тевинтере и предоставить шанс действительно повлиять на конфликт. Но он не откажется, потому что понимает, что наша цель общая, и лишь страх перед Югом и их Церковью мешает ему признать это в открытую. И в таких обстоятельствах своих людей под его суверенитет я не отдам. И поэтому сейчас наши операции в первую очередь сосредоточены на Юге.

Он вздыхает, откидывается назад и почти не задумываясь, как бы между делом похлопывает рукой по столу с картой, имеющем вполне подходящую высоту для исполнения роли сидения, чтобы Оливия не стояла, вытянувшись перед ним по струнке. Насмотрелся уже за день, сил нет.

– Я не против вмешаться в сегеронский конфликт, более того — я бы хотел. Но сейчас это бы означало потратить ресурсы и ценных бойцов впустую, и в долгосрочной перспективе бы отрицательно сказалось на ходе основной кампании. Между потерянными боевыми товарищами и обещанием нового мира — пропасть перспективы. Я понимаю, что это тяжело. – Корифей пристально смотрит на собеседницу, где-то на краю сознания гадая, насколько уставшими и воспаленными кажутся его глаза сейчас. – Но наша цель гораздо выше, Оливия.

+1

7

Знакомый взгляд, что смотрел на Оливию изнутри лезвия поразившего Халамширал, казался холоднее, чем обычно, но ей сейчас проще было зацепиться за собственный образ, отражение, чтобы как-то вытерпеть затопившую помещение тишину. Чародейка сцепила руки за спиной перехватывая пальцами собственное запястье, пожалуй, сжимая кожу чуть сильнее, чем требовалось для расслабленной и непринужденной позы. Она ожидала реакции на собственные слова со скребущим изнутри опасением, не имея абсолютно никакого понятия о том, как отреагирует Старший, но с непреклонным упрямством ожидая ответа на свои, возможно, неуместные замечания. От внезапного рычащего вздоха пальцы сцепляются чуть сильнее, оставляя тонкие следы собственных ногтей под тканью рубашки, однако отражение в лезвии не дрогнуло. Следить за собственной реакцией полезно, показывать слабость перед богом не входило в сегодняшние планы Никс. Пусть рядом с ним она слаба и беззащитна, простая чародейка пред высшим существом, Оливия прекрасно осознает свою беспомощность в данной ситуации, но именно это подстегивает идти дальше, приблизиться к опасности, поразить собственную неуверенность.
- Я не тот человек, к кому слабые бегут за утешением и советом. – Взгляд отлипает от собственного отражения, встречаясь с легким оскалом мужчины, всего на миг задерживая внимание на нечеловеческих клыках, отвечая еле заметной усмешкой на "коллективную жалобу".
Она вновь встречается с красноватыми глазами напротив, уставшими и воспалёнными, впрочем, другими она их и не видела. Постоянно в делах, на переговорах, и даже если чародейка замечала Корифея в минуты покоя, он все равно казался слишком напряжённым. Интересно, как отдыхает Старший? Нужен ли вообще богу отдых или сон? Сколько всего хочется узнать, столько всего спросить. Но Оливия все ещё не решается приблизиться, пока сосредотачиваясь лишь на той теме, которая занимает ее мысли последние несколько дней. Остаётся надеяться, что Корифей позволит ей и впредь подходить так близко, настолько, чтобы девушка, со временем, смогла утолить нестерпимое любопытство, в присутствии древнего магистра зудившее где-то под кожей.
Старший опустился в кресло, и чародейка поняла, что сегодняшнее наказание за дерзость откладывается. Это не могло не радовать. Она оборачивается лицом к собеседнику, оставаясь на некотором расстоянии, следя за реакцией Старшего, внимательно выслушивая речь. Уловив движение, девушка разрешает себе сделать несколько шагов ближе, упираясь руками в стол, чуть подпрыгивает, удобнее устраиваясь на деревянной поверхности, висящими в воздухе пальцами ног касаясь пола, и вновь оборачиваясь к Корифею.
- Я не хотела бы возвращаться на Сегерон. Если позволите, я хочу быть здесь. В смысле не в Орлее, а ближе к вам. Фронт и битвы меня не пугают, а отсиживаться в стороне, пока вокруг творится история и возвращение величия Империи, кажется абсолютно бесперспективным.
Для человека, который привык чаще наблюдать за говорившими, нежели самой участвовать в беседах, Никс не сложно было заметить, что вел речь Корифей очень складно, логические подводки, оспорить которые было бы сложно, готовились явно заранее, формировались в процессе раздумий, построения планов. И сам этот факт уже мог, в какой-то степени, успокоить прагматичную чародейку. У бога давно все продумано, так кто она такая, чтобы лезть со своими сомнениями. Все казалось достаточно логично и понятно, однако Никс все равно потребовалось время, чтобы найти слова в ответ, а виной всему оказалась реакция на последнее слово - произнесённое богом ее  собственное имя. По телу, формируясь где-то у шеи, пробежала волна мурашек, стекая вниз, по хребту и рукам, заставляя пальцы непроизвольно чуть сильнее сжимать край деревянной поверхности стола. Жаль, что сейчас не было возможности посмотреть на свое отражение, девушке стало вдруг любопытно, увеличились ли у нее зрачки.
Впрочем, на данный момент ей нужно было беспокоиться о другом, так что, отгоняя мысли о подобной странной реакции на собственное имя, чародейка глубоко вздохнула, садясь ещё прямее.
- Я это понимаю, и прошу простить за то, что отнимаю у вас время своими наивными и неуместными вопросами.
Взгляд всего на миг опускается в пол, видимо, в поисках остатков прежней самоуверенности, но довольно быстро поднимается вновь.
- Сегерон и армия стали для меня всем за последние несколько лет, и решение дезертировать я приняла не за один день, это был взвешенный обдуманный шаг, с полным осознанием, что вернуться будет нельзя. У Никс нет богатства, славы, или связей, так что я предлагаю вам лишь свою верность.

Отредактировано Оливия Никс (2018-10-20 07:13:35)

+2


Вы здесь » Dragon Age: We are one » Недавнее прошлое » Bonum initium est dimidium facti [16 Драккониса, 9:42 ВД]