НОВОСТИ

06.11. Одиннадцать месяцев игры! Новости и цитаты!
01.11. Сюжетные внезапности и флешмоб!

Рейтинг: 18+


Вниз

Dragon Age: We are one

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dragon Age: We are one » Тайные знаки » Здесь вам не тут


Здесь вам не тут

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

Кладезь драгоценностей

0

2

Моя Лавелланка

https://i.imgur.com/Ic9FNo2.pnghttps://i.imgur.com/bg3B5M3.png

https://i.imgur.com/5PF7yMt.jpg

***

Моя вторая Лавелланка

https://i.imgur.com/K8FPA4t.pnghttps://i.imgur.com/7KGdD9c.png

Отредактировано Изабела (2018-03-16 08:44:26)

+1

3

Хуманизация Лавелланки

https://i.imgur.com/gNU4mD3.png

Отредактировано Изабела (2018-03-16 08:47:15)

+1

4

Трев и Лавелланка

https://i.imgur.com/3WYpOLy.png
https://i.imgur.com/ovYG8EQ.png

Отредактировано Изабела (2018-03-16 08:47:41)

0

5

Сборная соляночка

https://i.imgur.com/Ky4sST6.png
https://i.imgur.com/jX8kbVh.jpg
https://i.imgur.com/UpvQjmG.png
https://i.imgur.com/HWL3Ptj.png
https://i.imgur.com/PxhITDP.png

Отредактировано Изабела (2018-03-16 08:48:08)

+3

6

любимое

http://i.playground.ru/i/73/91/64/00/pix/image.jpg

+3

7

Антива. Сатиналья. Ночь. Карнавал. Вино и маски. Церковь не осудит, если в такую ночь трое старых знакомых позволят себе немного больше.

Temptation
Isabella, Darrian Tabris, Zevran Arainai


тута все

Zevran Arainai:
Сладкий медовый аромат плывет по узким улочкам города, пробирается в распахнутые настежь окна и смешивается с соблазнительным запахом вин. На каждой площади, на каждом мосту через многочисленные каналы стоят маленькие лавочки со сладостями, а рядом – деревянные бочонки с клеймом монахов-андрстианцев. Целую неделю угощение и вино раздают бесплатно. Целую неделю никто не работает, кроме лавочников, музыкантов и артистов. Целую неделю повседневные заботы, девичьи слезы и старческие морщины спрятаны под разноцветные маски, а на показ выставляются только прелестные ножки и соблазнительные улыбки. Это Сатиналья. Настоящая, антиванская Сатиналья, с карнавалом, танцами и шествием городского дурачка в платье мэра, а не то траурно-церковное безобразие, которое справляют во всем остальном Тедасе. Сатиналья – визитная карточка Антивы.
  Заканчивается первый праздничный день. Или, вернее, предпраздничный, потому что песнопения в Церквях начнутся только завтра, но по традиции горожанепринялись гулять уже за день до святого дня. Грядет первая ночь, и на площадях уже начинают разводить костры. Будут жарить мясо, будут прыжки через огонь, будут фейерверки…
  Вороны, разумеется, тоже появились на этом празднике жизни. Если бы не появились, жители бы, пожалуй, просто обиделись. Они разбрелись по городу: большинству было, с кем отметить праздник. А Гильдмастер и несколько его приятелей расположились на центральной площади, скромно заняв пару наскоро сколоченных лавок в самом темном закутке. Их было всего пятеро, трое мужчин и две женщины, одетые в одинаковые черные костюмы, в одинаковых же серебристых масках с черными перьями. Они не пытались прятаться: им это порядком опротивело за год работы. Теперь они хотели пользоваться заслуженным вниманием и уважением. Шестой с ними сидела женщина не в черном. Но одним своим видом она привлекала больше внимания, чем все остальные вместе взятые. Вороны периодически косились на нее, но скорее с восхищением: мало кто не слышал о легендарной Королеве Пиратов, а теперь, когда они могли вживую и в подробностях рассмотреть все ее многочисленные достоинства, популярность Изабеллы среди Воронов резко возросла.
- Эй, Мастер! – вдруг голос подал молодой парень. Он непринужденно жонглировал фруктами, явно выделываясь перед подружкой, которая сидела рядом. – Ты еще помнишь, что обещал мне показать?
   «Мастер» неопределенно хмыкнул. Он сидел вполоборота к остальным и по привычке пытался контролировать взглядом всю площадь, но это было непросто: люди ходили, суетились, кричали, смеялись, постоянно что-то роняли… В такой толкотне можно было бы разложить по площади десяток зарядов алхимических бомб и незаметно подпалить: никто бы ничего не заметил, пока не начало бы громыхать.
- Он вообще нас слышит? – поинтересовался кто-то и попытался толкнуть его рукой. «Мастер» перехватил пальцы, даже не оглянувшись.
- Эй, полегче, - примирительно заметила одна из женщин. У нее на поясе висели склянки с лириумными зельями.
  «Мастер» медленно выдохнул и отпустил чужую руку. Это была его первая Сатиналья за почти восемь лет. Он вернулся в Дом меньше года назад. До этого за ним несколько лет охотились, так что он жил, постоянно опасаясь стрелы из соседнего окна, а теперь он, как и всякий Гильдмастер Дома Воронов, каждую минуту ждал ножа в спину. Это ничуть не испортило его характер, нет. Просто…
- Я и забыл, как на Сатиналью пахнет медом.
  Кажется, Вороны у него за спиной переглянулись. Но он сделал над собой усилие и не обернулся. На Сатиналью никто ни на кого не нападает. Это неписаный закон Антивы. Горожане оставляют настежь распахнутые двери, не боясь воров; знатные дворяне напиваются на улицах вместе с простыми крестьянами, не задумываясь, что могут получить нож под ребро; замок Антиванских Воронов закрывает ворота, извещая, что целую неделю заказы не принимаются.
  Зевран Араннай, Гильмастер Дома Воронов, глубоко вздохнул.
– Что ж, пока наш гость немножко опаздывает...
- Он уже в городе, - вставил кто-то.
- ...Обещал, да? Ну ладно. Что ты там говорил про чудо-смеси?
  Парень явно растерялся и чуть не выронил яблоко. Зевран усмехнулся в ответ, достал из-за пояса свои кинжалы и кинул Ворону на колени.
– Ааа… – понимающе протянул парень и начал что-то колдовать с кинжалами.
  На площади заиграла музыка. Зевран дернул ухом, пару мгновений прислушиваясь к мелодии, потом одобрительно кивнул и резко подскочил на месте. Без предупреждения и объявления войны он подхватил Изабеллу под руки и выдернул с насиженного места на быстро расчищаются площадку для танцев.
- Только не порежься, - успел он шепнуть ей, а потом сделал на пробу пару движений. Прежде чем, кажется, женщина поняла, чего от нее хотят, со своего места свистнул Ворон-жонглер. Он красиво метнул в их сторону клинки Аранная. Где-то на полпути они загорелись прямо в воздухе. Зевран отступил, чтобы поймать их, развернулся и сделал не очень профессиональный, но артистичный выпад сверху вниз, целясь приблизительно в горло пиратке. Сталь лязгнула о сталь.

Isabella:

Недурной была идея заскочить в Антиву накануне праздника.  Самой Изабелле, да и ее ребяткам, просто необходимо было отдохнуть после плодотворного года работ, который они провели, наверстывая упущенное за время, проведенное без дела в Киркволле.  Веселье, алкоголь, разврат, анархия. Все это Изабелле было по нраву. Она даже нашла среди своих вещей новую тунику. Она даже сняла комнату в таверне и помылась ради такого дела! Точнее, только заказав ванну, потому как ночевать (или дневать) в какой-то обыкновенной таверне она сегодня не намеревалась. Да и типичная для этого места публика ей порядком надоела, пока она сидела без дела в Вольной Марке. Приведя себя в более-менее порядочно-праздничный вид, Изабелла направилась навстречу бурному ночному празднеству.
Солнце уже клонилось к закату, когда капитан уже в компании старого доброго Аранная и его Воронов прибыли на площадь. То тут, то там мельтешили жители города, занимаясь организационной ерундой, чтобы эта ночь удалась на славу и задала темп всей следующей неделе. Извернувшись, Изабелла прошмыгнула между горожанами и незаметно умыкнула бутылочку вина и бокальчик заодно.  То тут, то там мелькали детишки, которых матери загоняли домой. Юноши и девы, шушукающиеся и обнимающие на глазах у всего честного народа. Некоторые получали от своих дам, стоило им лишь бросить в сторону ривейни взгляд, едва она проходила мимо. Все как обычно. И Изабелле это нравилось.
Расположившись рядом с Воронами, выбравшими самый темный угол, пиратка распивала вино, посматривая на открытую ее взору площадь. Солнце уходило, и повсюду загорались факелы, чей свет погружал всё и вся в интимную атмосферу. Народ повалил на площадь, смеясь, выкрикивая пошлости и шутки, в масках и без, богатые и не очень. Смешались в одну кучу, горя одним желанием  предаться веселью и, возможно, разврату.
Изабелла смаковала вино и наблюдала за массовкой, периодически поглядывая на Ворон, что обсуждали приезд кого-то. Собрались в кучку и сидят в уголке. Неужели им не скучно? – задавалась вопросом ривейни, намереваясь допить очередную порцию антиванского и отправиться в самую гущу событий на поиски приключений.  Но Зевран опередил ее, вытащив ее на полупустой участок площади, едва она отставила бокал.
- Только не порежься, - услышала она около своего уха и, едва она успела вопросительно нахмурить брови, что были спрятаны за маской, скрывавшей половину ее лица, она отвлеклась на свист. Ворон что-то бросил Араннаю. Заметив отблеск огня, отраженного от стали клинков, Изабелла достала свои. Вовремя, чтобы отбить  выпад эльфа одним кинжалом, поддев подбродок Ворона плоской стороной другого.
- В моде нынче танцы с клинками наперевес?, - улыбнулась пиратка, наблюдая за довольным лицом Зеврана, что тоже было скрыто за серебристой маской.  – О каком таком госте вы говорили, ммм? – Женщина приблизилась к мужчине, теперь уж острым концом  клинка ласково заставив оппонента чуть приподнять голову. – Не поделишься новостями?

Darrian Tabris:

Вообще-то, путь Дарриана в Антиву не лежал - и, если и лежал, то значительно позднее задуманного - у него просто-напросто не было там никаких дел, требующих вмешательства, а стремительно утекающее сквозь пальцы время не давало ему шансов. Нет, не сама смерть или Зов пугали Табриса - за столько лет он уже успел понять, что бессмысленно бояться того, что, так или иначе, произойдет, ибо мы не пишем свою историю жизнь - мы просто ее проживаем, и финальным аккордом, лебединой песней каждого, будет смерть. Такая же неизбежная, как дыхание. Путь Стража лежал дальше Антивы... До тех пор, пока он не получил красноречивое приглашение. Догадаться от кого, было не слишком сложно - у него не так много знакомых-антиванцев, чтобы гадать, от кого получена сия весточка. Впрочем, отказывать он не стал - во-первых, он действительно утомился гоняться за призраками, а во-вторых, если говорить откровенно, по своим друзьям он скучал - как выразился Алистер, ныне король Ферелдена, у Мора есть потрясающая черта - он сближает людей. И тут он оказался прав. Ему не хватало этого.
Но каждый проходит свою собственную дорогу к смерти одиночестве.
Когда он прибывает в город, его встречает суета и непривычный шум - обилие людей, звуков и запахов заставляет эльфа чувствовать себя определенно не в своей тарелке, стремясь стать визуально меньше, исчезнуть и не появляться на глазах окружающих. Просто потому, что он слишком давно был один. Инстинкт заставляет его тянуться к кинжалу на поясе, но он себя сдерживает - в конце концов, никто напрямую ему не угрожает. Табрис плотнее закутывается в потрепанный плащ, и, заправив приметные рыжие волосы за уши так, чтобы их полностью скрывал капюшон, растворяется в пестрой толпе лиц, украшений и масок. Никто не заметит Серого Стража, если он не позволит. Никто, кроме тех, кто должен.
Все же, в Антиве он не потому, что ему здесь быть нужно.
А потому, что его позвали. А зовущий... Зовущий сам его найдет, если захочет. Да и место встречи было уже назначено.
Дарриан не знал, что его ждет. Но обещало это быть занятным.

Сейчас Табрису было неуютно - слишком много масок. За это он не любил Орлей, куда частенько приходилось наведываться в Монссимар, за это он не любил маскарады. Он никогда не мог понять идеи о том, что необходимо придуриваться. Он понимал, когда это делают убийцы - и это еще понятно, - но постоянно скрывать лицо, просто потому, что кто-то выдумал Игру и требует от вас следования правилам? Он не мог этого понимать. И не принимал. А потому и маскарады он воспринимал с... опаской, пожалуй, спасибо за это орлесианцам и их порядками. Но, надо признать, атмосфера всеобщего веселья быстро приводит его в норму - он расслабляется и не чувствует себя в опасности - он чувствует себя... спокойно. Пожалуй, это даже немного напоминает о давних временах Денерима, когда он был еще маленьким эльфенком - шумные праздники эльфинажа.
Правда, здесь размах определенно куда больший. Табрис хмыкает и снимает капюшон, осматриваясь - густой сумрак, рассеянный, неверный свет факелов и запах - непередаваемый, совершенно чудесный запах. Город жил своей атмосферой. Вся Антива жила своей атмосферой. Табрис тихо усмехается.  Кажется, он успел совершенно одичать - ну, Лине определенно это понравилось бы.
Эльф ловко и без особого напряжения проскальзывает между столпившимися людьми, и краем глаза отмечает, за чем они наблюдают - за странной парочкой.
И эту парочку он не может не узнать.
Подавив смешок, страж, сделав короткий крюк и держась тени, позволяет себе понаблюдать за ними, так сказать, чуть ближе.
Изабела. Гроза морей, пиратка - и весьма неплохой боец, хитрая, словно лисица, с грацией дикой кошки и коварством змеи, она запомнилась ему еще со времен первой встречи - его учитель, можно сказать. А Араннайя не узнать было стыдно - столько всего вместе было пройдено, столько воспоминаний было... Да уж.
Он поводит ухом, сквозь гомон толпы слыша лязг стали. Опасные игры - то, чем так любят увлекаться его старые знакомые - причем относилось это ко всем, кроме, разве что Алистера и Винн.
До уха долетают обрывки разговора, а краем глаза он замечает то, что, по собственной глупости, не заметил сразу - Воронов, сидящих в тени.
Значит, он замечен - тут долго гадать не приходилось.
Вздохнув, Табрис покидает укрытие.
-Боюсь, я не самая приятная компания для танцев, господа, - эльф чуть склоняет голову, с раздражением отмечая, что даже сейчас, когда он обладал более покладистой и короткой прической, шторка из чкелки оставалась, - Как проводите вечер, м?~
Первый визит в Антиву обещал быть запоминающимся.

Zevran Arainai:

Помимо всех очевидных достоинств у Изабеллы было еще одно, за которое Зевран и ценил ее больше всего: она любила и умела играть с опасными игрушками. Эльф приподнял голову, чтобы не запачкать кровью новую рубашку, и как раз в этот момент заметил вороненка, который был послан следить за Стражем в предместьях. Зная феноменальную способность Табриса находить приключения на свою рыжую голову, Араннай решил подстраховаться, так что командора «вели» с тех пор, как он пересек Недремлющее море.
  То, что вороненок объявился на площади, означало, что Дарриан вот-вот появится. Зевран довольно улыбнулся:
- Твой бывший ученик. Стеснительный такой…
  Араннай рассмеялся и отклонился в сторону, снова взмахивая горящим кинжалом.
- Слушай музыку, дорогая!
   Они успели сделать еще несколько пируэтов, заработать восхищенные взгляды толпы и несколько одобрительных посвистов со стороны Воронов прежде, чем из-за спин зевак показался эльф в дорожном плаще. Не сговариваясь, Зевран и Изабела остановились, дожидаясь, пока командор решится выйти на свет. Он, похоже, еще совсем не проникся духом праздника и вел себя немного неуклюже. Совсем немного.
  Араннай, замер, опустив в землю горящие клинки (масло капало с них на землю, подсвечивая мостовую крохотными горящими лужицами), и несколько мгновений внимательно рассматривал Табриса. Командора Табриса. Тот заметно изменился: молодой мальчишка, который когда-то победил Мор только благодаря феноменальному упрямству, превратился в стройного молодого мужчину. Или уже не такого молодого? Табрису было сложно дать тридцать. Он выглядел… не старым, нет, просто очень уставшим.
  Может быть, и сам Зевран выглядел не лучше, но его сегодня спасала маска. И, разумеется, неизменная улыбка.
- Вечер только начался, -  промурлыкал Ворон. Он перехватил кинжалы одной рукой, а другой взял Стража под локоть. – Ты, как всегда, успел в последний момент. Добрая женщина! – он без всякого перехода обернулся к немолодой жрице, которая стояла неподалеку. – Ты не нальешь моему старому другу вина? Он пришел издалека, и…
  Жрица даже не дослушала. Она добродушно улыбнулась и повела их к бочонкам с клеймом своего монастыря. В эту ночь кубки наполняли без всякой платы и от души. Зевран попробовал бархатистое красное вино из Тревизо и счастливо улыбнулся: за восемь лет оно ничуть не стало хуже.  Подмигнув женщине, он стащил у нее пару бутылок, вытер о траву почти погасшие кинжалы, а потом подхватил обоих гостей под руки и потащил прочь с площади.
– Слишком шумно, - коротко прокомментировал он.
  Далеко идти не пришлось. Антива – город, который построили на прибрежных холмах в дельте реки. Между этими холмами причудливо текли многочисленные рукава-каналы. Кое-где они собирались в небольшие, но поразительно глубокие озера. Прямо за площадью начинался короткий переулок, который пугающе резко уходил под откос и уже через несколько сотен шагов обрывался на берегу такого озерца. Зевран, не долго думая, толкнул друзей вперед, придавая им нужное ускорение, а потом и сам побежал вниз.
  У берега он не затормозил, только чуть погасил скорость, чтобы извернуться и уберечь бутылки, и врезался в Табриса. Вместе они рухнули в пришвартованную тут же лодочку.
- Изабелла, дорогая, прихвати там чего-нибудь, – Араннай приподнялся на локтях и, не отрывая взгляда от Дарриана, указал на одиноко стоящий столик с фруктами. В этот час на берегу еще никого не было: горожане пока еще не напились, не наплясались и не устали друг от друга. Поэтому фрукты и лодочка (судя по ленточкам на носу, она предназначалась для влюбленных парочек) ждали своего часа, всеми забытые и покинутые.
  «Интересно, а трое ее не слишком раскачают?» - мельком подумалось Араннаю.

Isabella:

Ученик? – Изабелла прищурила глаза, в этот момент, ища среди своих мыслей и воспоминаний его имя, кого Араннай охарактеризовал как стеснительного. Ей на ум пришла было Мерриль, но ее Котеночек не был знаком с этим живым воплощением хладнокровной страсти, если так можно было охарактеризовать самого Зеврана.  Но ей не дали и мгновения, чтобы вспомнить, как ассасин продолжил специфичный танец.  Ритмичная музыка, удары клинков друг о друга, привлекающие к себе внимание зевак эльф и пиратка кружили, словно исполняли какой-то ритуал. К слову, закончилось это зрелище довольно быстро, потому как со стороны до ушей Изабеллы донесся голос, оказавшийся до невозможности знакомый. Женщина остановилась синхронно с Вороном и посмотрела в сторону источника звука. Табрис! Герой Ферелдена!
Едва лишь Изабелла захотела поприветствовать рыжего эльфа, как Зевран опередил ее, взяв ныне Командора под руки и отведя его к запасам вина на грядущую ночь. Капитан тем временем освободилась от маски, что успела немного натереть женщине переносицу и допила вино из своего бокала, как тут же Аранная вернулся к ней, подхватив уже и ее, и повел прочь от шумной площади, куда уже массово стекались горожане.
Пробежавшись по прохладным безлюдным переулкам, которыми вел их Араннай, ривейни, завидев приближающуюся финишную черту в своем марафоне,  замедлила свой шаг.  На пристань вступила уже неспешным шагом, в то время как промчавшийся мимо эльф-наемник сбил их рыжего знакомого и вместе с ним повалился в одну из нескольких украшенных гондол, стоявших у причала.
- Изабелла, дорогая, прихвати там чего-нибудь, - Зевран, насколько это было доступно взгляду Изабеллы, потому как половину его лица по-прежнему скрывала маска, словом, он напоминал чрезвычайно довольного кота, что наелся хозяйской сметаны, не получив при этом нагоняя. Также довольно улыбаясь и атмосфере праздника, и наличию знакомых лиц рядом с собой, и от вина, что уже бродило по нутру пиратки, она подхватила один из одиноко стоявших  подносов, покидала туда пригоршню фруктов с других и ступила на борт лодки. Расположив фрукты в уголке, ривейни профессиональным, пусть и немного уже замутненным, взглядом проверила наличие весел и, улыбаясь как-то уже по-хищному, изволила проявить свою волю и отшвартовала их гондолу. 
Когда они уже отошли от берега, Изабелла плюхнулась на колени на подушки, что заботливо положили организаторы, взяла с подноса с фруктами пару виноградин и наклонилась к удивленному и лежащему под Араннаем Табрису.
- Дарриан, мальчик мой! – Пропела Изабелла, со всей нежностью поцеловав почти впавшего в ступор рыжего. -
Того скромного эльфенка, что просил научить его драться в «Жемчужине», кажется, давно уж след простыл. – заботливо потрепав его щеке, Изабелла скормила Дарриану одну виноградину. – Впрочем, об этом потом, - Изабелла откинула на подушки, освободив волосы, что до этого момента были собраны в пучок. – Зевран. Может быть.  ты дашь гостю прийти в себя и выпить вина в честь встречи и праздника? – Женщина посмотрела на своего старого товарища, периодически поглядывая на Табриса и обратно.

Darrian Tabris:

Надо признать, что годы людей меняют - и этого не отнять. Сам он уже давно не был тем юношей, что сражался с Мором - увы, - но сейчас он понимал, что иногда годы - это к лучшему. Изабелла выглядела иначе, и ей это шло куда больше, чем тот простой наряд бойца, что был при их первой встрече - роковой женщиной, способной с равной степенью завлечь мужчину в постель и пронзить клинком его сердце, ей шло быть куда больше. Отражало ее вольную натуру - слухи о том, что было в Киркволле, дошли и до его острых ушей. А вот Зевран... Зевран, кажется, совершенно не изменился - но сейчас это сказать было трудно, потому что большая часть лица ворона была сокрыта под маской. Табрис усмехается, понимая, что сейчас они встретились - все трое они были, по сути, друг другу незнакомцами. Время меняет все.
Но почему-то он этого не чувствовал. Возможно, потому, что где-то внутри его просто-напросто отпустило это чувство собственного одиночества.
Да уж, одинокие дороги проходить тяжело. Дарриану, увы, пришлось этому выучиться.
Эльф моментально берет ситуацию в свои руки - и сам Табрис совершенно этому не удивляется, потому, что Араннай чувствует себя в своей среде, - это первое, а второе - ну, он всегда был таким. Некоторые вещи определенно не меняются никогда. Неизменны солнце, луна, правда - и точно так же неизменным будет факт, что эти двое - определенно самая странная компания в его жизни Стража, а так же неизменен тот факт, что Зевран берет и убеждает на любые авантюры харизмой - иначе, собственно, командора в Антиве и не было.
И он определенно не имел ничего против.
Мужчина ведет их переулками, темными тенями, блуждающими меж камней, дальше от суеты и шума площади, и рыжий просто следует за ним, задумчиво изучая особенности местной архитектуры, которую с трудом можно разглядеть в темноте. Он усмехается. Возможно, днем ему удастся проникнуться этим больше. А пока - лишь темнота, отголоски шума и странное ощущение собственной свободы. Миссия совершенно отпускает.
А потом его просто толкают вперед - и Табрис совершенно не элегантно и в большей степени неуклюже летит вниз - не летит, но бежит, и в итоге едва успевает затормозить перед тем, как в него врезается кто-то - судя по ощущениям, это был все-таки Араннай, - и падает. В лодку. Табрис морщится и позволяет себе повернуться.
-Ауч, - абсолютно спокойно замечает он, встречается взглядом с эльфом и совершенно неожиданно для себя, громко смеется, закрывая лицо руками и чуть поводя ушами, - Это было неожиданно.
Пока он пытался более-менее прийти в себя и успокоить собственный смех, почему-то кажущийся крайне неуместным и глупым в этой ситуации, Дарриан делает глубокий вдох.
Это помогает.
- И тебе здравствуй, Изабелла, - он чуть поворачивает голову к женщине, - Разумеется. Я уже не тот мальчик, но по какой-то причине, все еще обладаю поразительным даром находить приключения на свою голову. Но мне не сравниться с переполохом в Вольной Марке.
Впрочем, о Киркволле сейчас говорить не было желания ни у него самого, ни у королевы восточных морей - это очевидно. Да и в тому же... К тому же, ему сейчас было интересно не это, а кое-что совершенно другое.
Дарриан приподнимается на локтях, и чуть потянувшись, позволяет себе вольность - снимает с нависшего над ним Ворона маску. Потому, что он терпеть не мог, когда люди прячут лица.
-Не против? - замечает он крайне не вовремя - когда уже сделал все сам, без разрешения, - Спасибо.
После чего опять падает на спину и закрывает глаза. Вкус винограда, что любезно ему успела впихнуть Изабелла, ему, на удивление, понравился.
-Приятно встретить старых друзей.

Zevran Arainai:

Зевран очень удобно устроился на Дарриане и двигаться не собирался. Когда Табрис решил снять с него маску, Араннай только шире ухмыльнулся и замер, давая себя рассмотреть. Те, кто восемь лет назад знали его в Доме, говорили, что он изменился, но это можно было заметить только тогда, когда он переставал улыбаться. А улыбаться Зевран не переставал никогда.
  Когда в поле зрения появилась Изабелла, он отстранился и облокотился на одну руку:
- Верно, милая, кажется, Дарриану не помешает отдохнуть, - свободной рукой Араннай провел по лбу и щеке Табриса. – Он выглядит каким-то замученным, тебе не кажется?
  Замученный Табрис послушно проглотил виноградину и получил за это от пиратки ласковый поцелуй. Улыбка на губах Аранная стала шире. Он подумал, что действительно самое время для вина. Гибко потянулся, прогнул спину, нарочно привлекая внимание Дарриана, и легко поднялся на ноги. Лодка качнулась, чуть не зачерпнув бортом воды, эльф весело фыркнул и перешел на нос, туда, где остались бутылки с вином. Бокалов они, к несчастью, не прихватили.
  Зевран решил эту проблему по-антивански: достал из рукава чистый нож, взял с подноса апельсин, порезал на две части, выложил мякоть и налил вино в импровизированные чашечки из кожуры. Переступив через воркующих Дарриана и Изабелу, он устроился на корме. Передал одну половинку апельсина пиратке и освободившейся рукой притянул Дарриана к себе.
– Всегда хотел это сделать, – доверительно сообщил он рыжему эльфу, поднося к его губам чашечку с вином.
Было что-то щемяще сладостное в том, чтобы положить голову Табриса себе на колени и медленно, по глотку, вливать в него дорогое, нежное антиванское вино с апельсиновым ароматом.
– Скажи, Белла, - Зевран перевел взгляд на женщину, и его голос зазвучал неожиданно низко,  -  ты довольна, что приехала? Как тебе праздник?
  Он обращался к Изабелле, смотрел на Изабеллу, но было очевидно, что спрашивает он Дарриана. Пиратке не нужны были его намеки: она и так сидела на своих подушках, излучая довольство и сексуальность. И она, без сомнения, все понимала.
  Лодка снова качнулась, и последние капли вина пролились Дарриану на подбородок. Недолго думая, Зевран наклонился, чтобы сцеловать их.
– А сейчас будет фейерверк, – посмеиваясь, сообщил он через секунду и заглянул в глаза рыжему.
  И тут действительно со всех сторон в воздух влетели огни. Они били на трех площадях, и отсюда, с озера, казалось, что огромные цветы из миллионов искр расцветают точно над ними. Со всех сторон. Красные, белые, фиолетовые, сверкающие. Снова и снова. 
– Вот это, дорогие мои, называется праздник, – сообщил Зевран, откидываясь на спину на корме и счастливо глядя в небо. У него на губах таял привкус антиванского вина и сладкого рыжего апельсина.

Isabella:

Старые друзья. Изабелла улыбнулась. Какие они старые друзья? Максимум старые знакомые. Табрис попросил – Изабелла его научила возможности защититься и противостоять противнику. И все же, некоторое подобие гордости играло внутри женщины, когда она смотрела на мордашку рыжего эльфа, что на лице которого гуляла довольная улыбка. Такая же, как у Зеврана, что отпустил командора Серых Стражей, не забыв при этом выгнуться, словно тот же кот, и подняться, чем нарушил баланс и гондола едва не выпустила троицу в ледяные объятия водоема. Выронив из ладони последние пару виноградин в темную пучину озера, пиратка даже не схватилась за борт ложки, как бы то сделала любая другая девица, а спокойно отклонялась в противоположные от качки стороны, тем временем снимая с себя сапоги. Потянувшись и выгибаясь всеми частями тела, Изабелла бросила сапоги к кинжалам, что уже лежали где-то между подушек. Как раз вовремя. Зевран спустя малы доли минуты предложил ей антиванского вина из самодельного бокала. Обеими ладонями подхватив половинку апельсина, женщина припала к краешку кожуры и сделала пару глотков. В сочетании с остатками апельсиновой мякоти, вино приобрело легкий кисловатый привкус, что было только положительной чертой. Краем глаза она наблюдала за тем, что делают двое остроухих, сидящих напротив нее.
- Ты довольна, что приехала? Как тебе праздник? – Она встретилась взглядом с Араннаем.
- Думаю, надо чаще заглядывать в Антиву, – если присмотреться, то в огромных, словно кошачьих, глазах Зеврана можно было различить огоньки, бесновато плясавшие, словно в ритуальном танце. - Особенно, в преддверии праздников. – Изабелла улыбнулась одной из своих улыбок, что некоторые порой воспринимали это действие как сигнал к действиям.
Грациозно (али не) ривейни поднялась на ноги, отчего гондола вновь накренилась и Изабелла случайно вылила свое вино за борт. Гримаса огорчения на мгновение загорелась на лице ривейни, но тут же исчезла прочь, сменившись выражением лица, мол, долей меньше – долей больше. Едва капитан решила перебраться поближе к эльфам, как отвлеклась на огни, взорвавшие небо над Антивой. Фейерверки плясали в небе, освещая своим недолгим светом округу. Изабелла замерла на полпути, всматриваясь в участок неба где-то над тем местом, где несколькими минутами раньше они с Вороном устроили небольшое представление.
На душе было так легко. Не надо было куда-то торопиться, бежать. Спать задницу Хоука, свою или кого еще. Не надо было думать ни о чем. А просто быть и впитывать в себя, в свои воспоминания из категории приятных, каждую секунду, проведенную здесь и сейчас.
Женщина отвлеклась и продолжила свой путь. Опустившись на бок рядом с Даррианом и Зевраном, Изабелла скормила каждому из них по той же виноградинке, которую подхватила с подноса, пока поднималась.
- Не нальешь даме еще вина? – ривейни подставила свою половинку апельсина и кокетливо улыбнулась ассасину, съев ягодку.

Darrian Tabris:

Иногда положение "лежа" - самое выгодное. Вообще-то, как боец, Дарриан предпочитал стоять над врагом, но сейчас ситуация была немного... Иной, если честно. Но сейчас в этом определенно были преимущество - например, он мог наблюдать за по-кошачьи грациозным и гибким Зевраном, ничуть не потерявшим своего очарования, за которое в свое время и зацепился взгляд стража -  в Араннайе всегда было что-то хищное, глубинное и диковатое, даже несмотря на то, что тот старательно притворялся простоватым и слишком, слишком расслабленным. Но нет - эльф определенно таковым не был - что, в общем-то, тот и неоднократно демонстрировал. Чего только стоил стиль боя мужчины... Но сейчас речь шла не о битве, но о простой житейской грации - грации хищника на охоте. Впрочем, теми же качествами отличалась и их спутница - и сейчас Табрис, если честно, ощущал себя добычей в когтях охотников - и ему это ощущение...нравилось? Пожалуй. Было в этом какое-то... особое очарование, можно сказать. Он усмехается и прикрывает глаза, тихо посмеиваясь.
-Твое сообщение настигло меня в дороге. Не стоит удивляться тому, что я немного... утомлен.
Рыжий склонил голову и мягко улыбнулся, не открывая глаз. Кажется, даже если бы он упал в воду, он бы и не заметил - он чувствовал себя весьма спокойно. Впервые его тревоги отступили на дальний план, и проблема Зова уже не беспокоила его. Возможно, всему виной атмосфера и люди, но впервые он чувствовал себя так, как должен был чувствовать - мирно, не гоняясь за миражами.  Поэтому он позволяет Зеврану из себя веревки вить - чуть ли не буквально. Например, несмотря на то, что, в общем-то, к вину тот был более чем равнодушен, он покорно позволяет вливать в себя удивительно остро пахнущее апельсином вино - на самом деле, он мог позволить сейчас себе все, что угодно. Это было слишком... странно, и слишком отдавало прошлым.
Дарриан позволяет себе потянуться и кончиками пальцев провести про линиям татуировки на лице эльфа, словно силясь запомнить каждую деталь, будто бы собираясь повторить этот узор, выжечь на собственной памяти.
В общем-то, он недалеко ушел от правды - он действительно хотел бы запомнить этот момент.
В конце концов, хотя бы до того момента, как он погибнет, сражаясь.
Эльф чуть улыбается - ночь темна, спокойна  и полна страннейших неожиданностей - вроде того, что он чувствует себя совершенно нормально. Не измотанным чертовой жизнью.
-Я рад, что оказался здесь, - тихо замечает он, вглядываясь в темное небо, -Действительно рад.
Он знал, что выглядит странно - зачарованный взгляд в высоту, в глазах отражаются огни фейерверков, расчерчивающих небо. Табрис запрокидывает голову и тихонько хмыкает.
- Удивительно, но тут действительно красиво. Почему я не бывал тут раньше?..
Он тихо, хрипло смеется и потянувшись, легко целует антиванца в кончик носа, после чего - просто целует, совершенно не интересуясь тем, что на них смотрит Изабелла. К тому же - почему бы, в общем-то, и нет? Вкус и запах этой ночи действительно располагают к странным и безрассудным поступкам, как, например, подобные.
К тому же, они все равно все находились в одной лодке, так что, так или иначе, но что-то подобное стряслось бы. Рано или поздно.
Тут же Зевран и Изабелла. Иного ожидать не приходилось.

Zevran Arainai:

– У нас принято говорить, что южане боятся приезжать в Антиву, потому что потом не могут найти в себе силы отсюда уехать, – эльф снова со вкусом потянулся и сел поудобнее.
  Небо взрывалось и сверкало, искры отражались в черных глазах Изабеллы и подсвечивали огненные волосы Дарриана ярким светом. Улыбаясь, Зевран любовался на эту картину, пока не получил красноречивый поцелуй от Стража.
  «Ох, Герой…»
– Вижу, ты все еще любишь играть с демонами, – громким шепотом, так, чтобы расслышала пиратка, проворковал Араннай. – Белла, ты же видишь, что у нас тут есть кое-что послаще вина…
  Таким взглядом, с которым Зевран изучал губы Табриса, можно было заставить покраснеть и статую Андрасте. С годами Араннай растерял свою напускную скромность, если так много было назвать то, что он давал жертве несколько минут перед тем, как начать ее раздевать. Теперь он был Мастером, поэтому, как только в глазах Табриса мелькнуло понимание, Зевран потянулся к застежкам его плаща. Секунда – и плащ отлетел на нос лодки.
  Перегибаться через голову Дарриана было неудобно, поэтому Зевран ужом скользнул вперед, по пути ухитрившись утащить за руки и уронить на себя Изабеллу.
  Лодка снова опасно накренилась, когда живой клубок из трех тел попытался принять удобное положение. Не слишком заботясь о том, чтобы не ухнуть в воду, Зевран извивался, попутно хватаясь за чужие руки и ноги и стараясь расстегнуть все застежки, до которых мог дотянуться.
  Их резко потянуло влево: лодка наклонилась так, что, не ухватись Зевран за нависший над ним борт и не подхвати другой рукой Изабеллу за талию, кто-то точно оказался бы в воде. Зато, когда неустойчивая импровизированная постель снова выровнялась, они лежали примерно так, как и было задумано: с одной стороны Араннай пытался избавиться от пояса одной рукой, с другой услаждала глаз Изабелла со случайно выскользнувшей из корсета грудью, а в середине они зажали Табриса.
  Вторая рука Зеврана лежала на талии Дарриана и щекотала загорелый живот Адмирала (пуговицы на ее рубашке расстегнулись сами собой). Наверное, Дарриану сейчас было жарко.
  А салют все бил и бил…
– Дорогая, - проговорил Зевран, отвлекаясь от пояса и кладя подбородок на плечо Табриса, - ты не могла бы поискать под нами такие… баночки. С маслами. Кажется, они закатились куда-то под нашего Стража. Их можно зажечь для аромата. Или еще что-нибудь придумать…
  Он подмигнул женщине и прикусил Табриса за мочку уха.

Isabella:

Покуда их качало, над потревоженной водной гладью раздавался и отдавался эхом от ближайших скал дружный смех. Чьи-то руки, чьи-то ноги, чей-то хозяйский подхват ее за талию, чтобы пиратка не свалилась в ледяную воду. Вырвавшаяся на волю грудь, звук оторвавшихся и не очень пуговиц от туники, перекатывающиеся бутылки. Кажется, фрукты не пережили незапланированный шторм, потому как позади себя, сквозь смех, капитан услышала как что-то плюхнулось в воду.
В конце концов, когда лодку перестало качать, все трое оказались плотно прижаты друг к другу, но отстраняться, разумеется, никто не хотел. Даже было смущенный Дарриан, который отказался от предложения ривейни провести приятно ночь с ней, когда давно, в Денериме. И вот теперь рыженький эльф, ныне командор Серых Стражей, лежал, зажатый меж двумя горячими телами. Изабелла крепко обняла Табриса, положив тому руку на грудь и, перебирая пальцами, задирала рубашку командора.
- Ты не могла бы поискать баночки с маслами, - довольное лицо Зеврана теперь оказалось прямо напротив Изабеллы. Улыбка до ушей, маслянистые от желания глаза. – Их можно зажечь для аромата. Или еще что-нибудь придумать…
Успев запечатлеть на губах Ворона поцелуй прежде, чем тот переключится на Дарриана, руки Изабеллы скользнули вниз, под рыжего эльфа. Обнимая своего бывшего когда-то ученика, Изабелла целовала рыжего в шею, закинув не парня ногу и прижимаясь почти оголенным телом к его спине.
"Ага. Нашла"- руки пиратки нашли баночку и, прежде чем явить ее на свет, рука женщины остановилась в районе талии Серого Стража, чтобы легким движением провести пальцем вдоль оголившейся полоски кожи на границе его брюк. Довольнейше улыбаясь, Изабелла вновь поцеловала Дарриана в шею, поднимаясь выше. Подняв голову, она запечатлела очередной поцелуй на губах Аранная, вернув свое внимание к командору.
- Не поможешь открыть? – промурлыкала ривейни на ухо Табрису, подставляя тому баночку. Внутри Изабеллы все пело от предвкушения, что сегодня она получит свое. Сегодня она околдует самого Героя Ферелдена.

Darrian Tabris:

-Демоны - это моя профессия, знаешь ли, - Дарриан тихо, легко смеется, - Натренировался, опыт позволяет.
Вообще-то, Табрис уже успел пожалеть о том, что вообще сделал, несколько раз - потому, что Араннай, кажется, совершенно не беспокоился о чем-то вроде морали, например. На самом деле, Страж даже опасался - да, он мог вести себя как угодно, но он все еще относился к столь очевидным вещам с предубеждением. А, если уж говорить совершенно откровенно, он просто смущался. Да-да, смущался. И очень, очень многих вещей. Паническая мысль о том, что он ввязался во что-то совершенно не соответствующее его статусу и положению, проскальзывает на задворках сознания, и, возможно, он и имел хоть немного шансов это все прекратить, если бы не ограниченность в действиях, ибо лодка - пространство весьма маленькое, к тому же, она уже начала опасно крениться по сторонам.
Дыхание застревает где-то в горле, он чувствует, как холодными пальцами по спине проходятся мурашки, и находит самый настоящий ступор.
Пожалуй, играть с настоящими демонами ему в этой жизни было куда проще - шанс умереть или спастись был... больше. Ох, не стоило ему в это ввязываться - но уже менять сто-либо было поздно. К тому же, он даже не знал, что именно его сейчас больше напрягало и заставляло откровенно нервничать: сама ситуация, то, что они в лодке или то, что их тут, в общем-то, трое? Вероятнее всего, эти факторы просто смешались, породив дикий и странный коктейль из нервозности, парализующего до самой глубины души смущения и где-то там, далеко-далеко за всем этим - заинтересованности. Ведь, в конце концов, иногда все, чего хочет жертва - это быть пойманной, верно?
На самом деле, странно было ощущать себя вот так - Табрис отчано краснел, пытаясь не пересечься ни с кем из своих спутников взглядом, но получалось это, откровенно говоря, паршиво. особенно с свете того, что сейчас он в действительности был между двух огней.
Остановка весьма очевидно накалялась.
Но ярче всего, отчетливее и страннее всего он ощущает укус уха - его словно током прошивает странное ощущение - он не знает, как охарактеризовать его, но оно приятное. Чертово эльфийское происхождение сейчас играет против него, и играет грязно. Табрис коротко выдыхает силясь взять себя в руки, силясь хоть немного успокоить собственный рассудок.
Когда же пиратка обращается к нему - он слушается, открывает несчастную баночку, возвращая ее женщине.
Нет, ему определенно не стоило ввязываться в опасные игры. Не стоило.
Особенно зная, что он проиграет.

Zevran Arainai:

Зевран забрал у Изабеллы масло и поставил его на скамью, чтобы тонкий, сладковатый запах антиванского масла легким флером разлился над лодкой. Огни все еще сверкали в черном небе у них над головами, но теперь грохот сменился тонкой музыкой, которая доносилась с побережья. Аранная дернул ухом, прислушиваясь. И улыбка сама растеклась по его лицу: музыка, цветочный аромат, черное небо и обнаженные тела рядом – да, именно такой должна была быть Сатиналья.
  Он пробежал пальцами по застежками Дарриана, заставляя его последнюю защиту из крепкой дубленой кожи ослабнуть. Короткий рукав сам собой скользнул вниз, обнажая плечо и спину очаровательно смущенного бесстрашного Стража. Зевран тут же прижался губами к проступившей лопатке, чтобы попробовать на вкус редкие рыжие веснушки на потемневшей в походах коже.
  Дарриан пах холодными южными степями, металлом и горьковатым дымом костра. Зевран с удовольствием впитывал этот запах, но этого было слишком мало. Руки, которые до этого мягко обвивали Табриса, вдруг резко рванули распахнутую куртку, заставляя ее, наконец, исчезнуть. Араннай довольно прижался всем телом к Дарриану и чуть отстранился.
  Молодой, крепкий, но стройный, как и все эльфы, Дарриан. С множеством мелких шрамов по всему телу, с этой жесткой складкой на лбу, с этими не по годам серьезными глазами под челкой налипших рыжих волос. Он был красив чисто южной красотой чопорной строгости, в душе что-то бередила исходящая от него внутренняя уверенность и честность. Но легендарный Страж не был бы в половину так соблазнителен, если бы не его отчаянно пламенеющие щеки и уши. И – святые подштанники Андрасте! – даже спина у него покраснела в том месте, где Зевран только что целовал его. Или это от того, что антиванец слишком жадно исследовал его кожу?
  Араннай ухмыльнулся, чувствуя, как давно разгоревшееся желание начинает ощутимо обжигать низ живота, и перевел взгляд. Рядом с девственно невинным даже спустя столько лет Даррианом лежала Изабелла. Темнокожая, жгучая, с глазами, сверкающими, как черные агаты. Само воплощение ночи, грациозная и опасная, прекрасно бесстыдная и восхитительно изобретательная. Спустя столько лет знакомства – только еще более непредсказуемая. Зевран улыбнулся ей заговорщицкой улыбкой и высвободил руку, чтобы еще раз провести по упругому животу, обласкать роскошную грудь.
  Масло! Араннай чуть не забыл про этот очаровательно невинный инструмент манипуляции. Он зачерпнул немного и провел ладонями по спине и груди Табриса. Вниз и вверх. И снова вниз. И с каждым разом его ладонь все наглее забиралась под пояс. А масло и ночной ветерок холодили разгоряченную кожу, так что даже стойкому южному воину наверняка скоро захочется прижаться теснее к ждущим его горячим телам. Только для того, чтобы открыть для себя, как они восхитительно скользят и невыносимо сладко трутся друг о друга.

Isabella:

Пара секунд, ловкие движения пальцами и Изабелла избавилась вовсе от корсета и прочих деталей своего костюма, представ перед мужчинами полностью обнаженной. Взгляд женщины скользил по смущающемуся лицу Дарриана, который то и дело застенчиво прикрывал свои огромные глаза. Даже в полутьме, при наличии одной свечи, заботливо установленной на носу гондолы, можно было распознать сотни оттенков красного на лице Стража. О, как это было мило. Изабелла улыбалась, убирая пряди рыжих волос с намокшего лба Героя.
Выгнувшись навстречу умелым рукам Зеврана, ривейни прижалась к огнегривому  эльфу, закинув на него ногу. Промурлыкав себе под нос один из мотивчиков, что часто пела ее команда, женщина обняла ладонями лицо Дарриана и провела пальцем по губам мужчины. Милый, славный Дарриан, что с годами стал лучшей версией себя. Как хорошее антиванское вино. Изабелла легко коснулась губ Табриса своими, словно пробуя его на вкус. И он ей понравился, отчего женщина целовала более настойчиво смущенного наповал эльфа. Изабелла улыбалась, продолжая свое занятие, чуть увеличивая напор, словно нарываясь, требуя или выпрашивая ответа от Дарриана. Чтобы руки его не пребывали в бездействии, ривейни по-хозяйски взяла ладонь Дарриана и положила на свою грудь, сжимая ее. Усмехнувшись, Изабелла отпустила руку Серого стража, позволив продолжать занятие самостоятельно, и женская рука скользнула по груди ферелденца, направляясь вниз. Где-то в районе живота рыжего эльфа ладонь ривейни встретилась с ладонью Аранная, отчего Изабелла посмотрела на Ворона, не отрываясь от губ Дарриана. Перекинувшись с ним взглядом, рука пиратки наконец добралась до штанов Стража и ослабила завязки.

+1

8

https://78.media.tumblr.com/1e27c8fe46ed7e8f43a7ed30d7f263dd/tumblr_p06zxv002l1w7mk4po1_400.gif

+2

9

— Пошли нам, Боже, ящик апельсинов, а если не жалко, то два. — Она посмотрела на потолок.

— Чревоугодие — это страшный грех. Он очерняет душу, но…

— Но цинга меня пугает больше, чем еще один грешок в мою копилку. Аминь. — женщина довольно ухмыльнулась.

+1

10

http://s8.uploads.ru/t/2D4cf.jpg

I long for the trip don't need no grip I'm takin' one more ride

♪ 30 Seconds to Mаrs - Monolith

Они превратили ее жизнь в Ад. Хотя нет, она сама, добровольно провела два года своей жизни в такой атмосфере. Атмосфере недоверия, отмазок и прочей мерзотности. "Ежик плакал, но продолжал кушать кактус." В начале того пути становления их отношений это был прекрасный, добрый, заботливый человек. А она - наивной дурочкой, мечтавшей о чистой и искренней любви раз и навсегда. Но где-то там, сучка по имени Судьба, ехидно хихикала и перевернула все с ног на голову. Фриз такая же наивная дурочка, а Мужчина ее жизни - конченный мудак.
С чего все началось? Сложно вспомнить. Знаменательной датой стал день, когда после третьего дня задержки тест показал две полоски. И это после полугода отношений. Ей было страшно от осознания, что в свои двадцать три года она станет матерью. Но страшнее стало после Его истерики. После его слов, что ему "нахер не нужен этот ребенок", чтобы она проваливала со своим ублюдком и так далее. И она ушла. Собрала весь свой шмот и ушла. И, скрепя сердце, избавилась он незапланированного ребенка, переживая дичайшие истерики. А пару месяцев спустя Он вернулся, якобы все обдумав и решив что жить без нее не может. Якобы. А она, дура, снова повелась. Так прошло еще полгода. Как говорится? Один раз мудак - на всю жизнь мудак. Все началось с самого начала.

В конце концов, ей все надоело. Собрав все свои вещи, собрав всевозможные заначки ,бывшего, она закинула все это в машину и умчала прочь, предварительно закупившись провизией на Его кредитки. Пусть развлекается со своей шаболдой, а потом отвечает перед банками. Ей уже плевать.

***

Фриз, как ее называли друзья, давно мечтала бросить все и переехать в Канаду. И она на финишной прямой. Но предварительно решила устроить себе заезд по окружной по Штатам. Луизиана, Техас, Нью Мехико. Через Аризону в Калифорнию, чтобы затусить с парочкой одноклассников на пару дней. А потом, на пути уже к конечной цели, Фриз вспомнила, что где-то на границе Монтаны и Саскачевана жили ее старые приятели.

***
♪ 30 Seconds to Mars - Great Wide Open

Ночь напоследок обняло прохладой, проникающей сквозь открытой окно авто, уступая место утреннему солнцу, поднимающемуся над горизонтом и чьи лучи проникали сквозь закрытые веки девушки, сладко сопящей на заднем сидении авто. Не в силах бороться с сонливостью, Фриз остановилась неизвестно где часа в два ночи и без сил упала спать.
Спина затекла и еле гнулась, кажется, даже позвонки трещали, возвращаясь на свое место, пока фриз поднималась на ноги и сетовала на неудобную позу пока спала. Да и вообще, порой она думала зачем начала все это путешествие свое. Хотело резко развернуться и вернуться домой. А еще хотелось стереть весь этот пиздец, что происходил в ее жизни до. Но ладно. Вернется она и что? Все эти мысли вереницей пронеслись в ее голову, пока девушка поедала сэндвич, сидя на капоте и наслаждаясь восходящим солнцем, освещающего окрестности. Спонтанная остановка случилась в лесу, среди высоких деревьев которого просыпались птицы, нарушая девственную тишину своим щебетом. Фриз щурилась, прикрывая глаза рукой от мелькающих сквозь кроны деревьев солнечных лучиков, наблюдала за этой безмятежностью и улыбалась. Просто, невинно. Как в детстве. Возможно, этого ей не хватает.
"А может оставить всю эту городскую лабуду в и поселиться где-нибудь в маленьком фермерском поселке?" Впрочем, строить далеко идущие планы не стоит, пока не устаканились дела на сейчас.

- Бля, - кофе вылилось на джинсы, оставив после себя пятно в стиле абстракционизма. - Утро добрым не бывает, - поставив стаканчик в специальный поддон, девушка завела машину. - Дотяни до заправки, дорогая, просто дотяни. - Ключ повернулся в зажигании, автомобиль бодро зарычал и тронулся с места, увозя свою хозяйку за горизонт.

***
♪ Oh the Bliss

За следующие три часа пути Фриз успела выучить весь репертуар Тейлор Свифт, который был на флешке в машине. И, честно говоря, ее начало уже подташнивать. Вырубив музыку, девушка включила радиоприемник. На многих частотах ловился лишь белый шум, но на одной попались нотки какого-то религиозного мотива. Многозначительно посмотрев на динамики, Фриз прибавила звук и, ритмчино постукивая ладонями по рулю, продолжила лицезреть меняющийся пейзаж, начав даже невольно подпевать. Под эти мотивчики время пути до ближайшего населенного пути пронеслось незаметно и вот на горизонте замаячили водонапорные башни, дома и машины.
- Слава богу, люди, - Фриз откинулась на спинку водительского кресла, потянувшись, не отпуская руль. Можно наконец будет размять ягодицы. А то от вечного сидения они затекли, кажется, конкретно.

Пыль под колесами авто взмыла вверх, когда девушка припарковалась около заправочной станции. Выйдя наружу, она сладко потянулась и, кажется, где-то снова хрустнули позвонки. Все таки надо где-то переспать на нормальной кровати, а то с ночевками в машине можно инвалидом стать. Надев темные очки, чтобы столь доброе на теплоту солнце не слепило, порылась в бардачке и достала оттуда сигарету. Курить вблизи заправки та еще заявка на премию Дарвина, поэтому, закрыв машину, она отошла, закурила и неспешно направилась к бару, в окнах которого кто-то мелькал, но на улицу не выходил. Что удивительно, на улице никого вообще не было. Может тут практикуют сиесту? Быстро докурив и выбросив бычок, Фриз зашла в помещение, где на некоторое время ослепла от контраста освещения.
- День добрый, - сняв очки, она потерла глаза, чтобы те быстрее привыкли к легкому полумраку. Внутри за стойкой стояла девушка, протиравшая стаканы и молча наблюдавшая за гостьей. Равно как и парочка парней, сидящих за столиком. - я, наверное, не вовремя, но мне машину заправить надо. Она там, около заправки. Олдсмобиль красный. - В этот момент мужчины как-то резко подскочили и вышли на улицу.
- Какая тачка!
- Спасибо, - ее благодарность улетела в их спины, когда они уже направлялись заправлять ее верного коня и просто рассмотреть вблизи классику американского автопрома. - А кому мне платить? - она обратилась уже к, видимо, хозяйке заведения, с лица которой ушла маска настороженности.
- Мне. Я ребятам отдам. Я Мэри Мэй. Что нибудь желаете?
- Лимонад... Хотя... Безалкогольное есть? - Мэри Мэй улыбнулась ей. - Фриз. Меня зовут Фриз.Точнее, друзья так называют, - девушка поспешила уточнить, заметив удивленно вздернутую бровь Мэри Мэй. - Долгая история.
- Рассказывай. Это идеальное место для того, чтобы выложить всю подноготную, облегчить душу и скрыться на горизонте, - женщина поставила перед Фриз холодную открытую бутылку, открыла такую же себе и тепло улыбнулась, явно давая понять, что все, что скажут в этой обители во время “синдрома попутчика” останется тут раз и навсегда.
***
Едва Фриз вытерла глаза, на которых выступили слезы после ее рассказов про одну из веселых ночей проведенных в Вегасе, как дружный женский хохот нарушил взволнованный вид еще одного парня, тяжело дышавшего как после марафона. Он быстрым шагом подошел к серьезной Мэри Мэй и что-то прошептал ей на ухо. Та, отставив бутылку, посмотрела на Фриз.
- Тебе лучше уходить.
Взгляд барменши был настолько серьезен и даже суров, что девушка молча вытащила из кармана и положила на стойку сто долларов, забрала свое недопитое пиво и направилась к машине. На улице внезапно появилось около десятка людей, беспокойно снующих из сторону в сторону и поглядывающих на дорогу, противоположную той, откуда Фриз приехала.
Только она села в авто и, не успев закрыть дверь, к ней подошла Мэри Мэй и протянула непочатую коробку пива.
- Держи. Езжай сейчас обратно и на федеральной трассе сворачивай налево. Лучше в объезд, поверь мне.
Может по возрасту Фрея и новая знакомая не отличались, но что-то в ней было такое взрослое, мудрое, от чего ее хотелось слушаться.
- Хорошо. Спасибо, - Фриз посмотрела на Мэри, улыбнулась, забрала презент, сложив его в ноги соседнего кресла, завела машину. Пока она разворачивала машину, люди на улице уже разбежались кто куда, а хозяйка “Крыльев любви” все время, пока шла к себе, оборачивалась и, видимо, ждала, когда авто Фриз скроется с горизонта.
Фрея же, как то нервно вцепившись в руль, поглядывала то на дорогу, то в зеркало заднего вида. Ей тоже как то нехорошо стало, беспокойно. По радио снова начали распевать церковные мотивы. Девушка быстрым движением выключила колонки. Сердце бешено колотилось, словно ощущая, что что-то должно случиться. но чтобы это “что-то” не случиться, надо скорее вернуться на трассу. Скорее.

+1

11

[...] От размышлений на тему “как, каким образом и куда унести подальше свою жопу из этого проклятого места” Фриз отвлек громкий “БАБАХ!” в полусотне метров от нее.
- Чего, блять?! - она резко подорвалась с насиженного бревна, где провела, наверно, минут пятнадцать, уставившись в одну точку. Чуть не прополов землю носом и матерясь, девушка преодолела расстояние до источника взрыва в считанные мгновения.
- Что за…? - от удивления ее глаза округлились. Ну конечно. Тот громкий бабах был частью всего светопредставления в виде огромного пожарища на месте уже бывшего зернохранилища. А учитывая, что на дворе часа два ночи, то их, наверно, можно было увидеть аж с другой части блядского округа. - Тревор, че ты… - виновник торжества, взрослый, сорокалетний, поехавший крышей мужик счастливо бегал, кружился, танцевал, показывал средние пальцы мирозданию и на классическом английском матерном обещал показать эдемщикам все нюансы поз Камасутры.- Тревор, ну что за нахер? [...]

http://s5.uploads.ru/t/0qGN4.jpg

+1

12

Far Cry 5. AU

http://s7.uploads.ru/t/PG1Yg.png

Говорят, что три столетия назад это была великая страна. Первое место в мировой торговле, выдающиеся люди во всех сферах деятельности. Одно табу со стороны правительства и соперничающим с ним другими государствами вводили санкции. Хотя, возможно она такой и являлась ранее. Кредиты, долги, убийства среди белого дня, круговорот наркотиков, высокая смертность. Достигли пика своего величия и сами же себя погубили.
О, про гибель Соединенных Штатов ходит множество слухов и теорий, который обрастают все новыми подробностями, уже становясь нелепыми до одурения. Кто-то говорит про природный катаклизм, кто-то про очередной метеорит, третьи про атомные боеголовки. С последним соглашаются многие - старожилы и юные умы, изучающие историю.
Старожилы. Интересные люди. Дети генной инженерии. Их забирали из приютов, из больниц, где от них отказывались пятнадцатилетние мамаши, и просто недоношенные. Забирали в правительственные лаборатории для экспериментов. Ученые искали возможность продлить жизнь человека и не нашли ничего лучше, чем изучать секреты генома человека.
Говорят, что-то пошло не так в определенный момент. Те дети, которые выжили на первых этапах эксперимента доросли до переходного возраста, а потом что-то пошло не так. После серии нападений на работников центра, в результате которых подопытные обескровливали своих жертв, их всех посадили под замок, обосновывая это “безопасностью самих пациентов”. На деле же - правительство решило использовать их как оружие.

Кодовое название - “Вампиры”.


Любой власть имущий отдаст любые деньги, чтобы иметь у себя отряд сверхсильных, беснующихся борцов, готовых разорвать любого стоящего на пути лишь бы утолить безумный голод. И тех детей отдали военным на подготовку. Ведь любая сила, даже сверхъестественная, нуждается в подготовке и дисциплине.
И этих детей отправили бы в бой, если бы не коллапс. В один момент по всей стране прогремели взрывы, окрашивая небеса в оранжевые тона и поднимая вверх столбы пыли. Правительство пало, цивилизация оказалась едва ли не на краю гибели. Дети Эксперимента вырвались из клеток, сметая все и всех на своем пути. Вкус свободы и крови попадавшихся им под руку буквально сносил голову, и они едва не уничтожили остатки выживших на пустынных равнинах страны.

***

Фриз была одной из тех. Одной из несчастных душ, которой не дали почить в далеком детстве. Судя по документам, ее мать погибла в автокатастрофе, а отец исчез с горизонта. Странное ощущение. И жива, дышишь, ходишь по земле. Но с другой стороны - другая, изгой для общества. Дети Эксперимента имели отличительную черту - клеймо на шее с порядковыми номерами. Но и это было неплохо. Никто не лез, не донимал. Вновь образованное государств не навязывало тебе свои законы и налоги. Хотя, существовало правило - не убивать людей. Ты можешь питаться сколько угодно, были даже особо одаренные и мажоры, которым было по кайфу почувствовать на своей шее острые зубы, протыкающие нежную кожу. В некоторых сообществах Детей этим баловались, предварительно накачав желающих наркотой. Для вампиров - еда, для других - двойной кайф. Странные пристрастия.

***

Музыка долбила по ушам, светомузыка  могла вызвать приступ эпилепсии даже у здорового человека. Фриз отбросила от себя стонущего человека, которому было абсолютно по барабану что с ним сейчас сделают. Наркотики сделали свое дело и парень проснется часов через шесть с тяжелым похмельем и запекшейся кровью на месте укуса. Если до него не доберутся другие Дети. Хотя в клубах подобного рода тщательно блюли правило и, едва девушка вышла из vip-комнаты, вход в нее закрыл “шкаф” два на два с хмурым взглядом. Работка не для каждого, ведь даже среди наследников Эксперимента хватало отбитых, готовых жрать кого ни попадя, несмотря на Чистки, проводимые, когда все выходило из-под контроля. Но, несмотря на них, количество Детей почему-то не изменялось, а даже, кажется, увеличивалось. Возможно, с каждым днем вскрывалось все больше центров из-под завалов. А может, как-то умудрялись размножаться.
В голове стоял дурман. Отмахиваясь от что-то кричащих девушек и парней, Фриз выбралась на улицу. Мокрый после дождя асфальт, неон повсюду, звуки полицейской машины где-то вдалеке. Новый Вегас не спал и приглашал заблудшие души отбросить все принципы прочь и грешить этой ночью и каждой. Что было весьма забавно, учитывая, что столичные города на западе были, так скажем, теократичными. Религия, все дела. В Вегасе иногда мелькали листовки с этой религиозной тематикой, но город имел репутацию “острова грехопадения” - огороженный морем бывший полуостров Калифорнии, имеющий свою армию и раз от раза отстаивающий свое право на существование в стычках с теократами. Раз в год Эдемщики, так они себя называли, сначала приходили с мирными намерениями, лепетали про Пути Господни и призывали отказаться от грешного пути. Получив отказ с тоннами непечатных выражений в напутствие, они уходили, пообещав вернуться и вернуть в Вегас Бога.
Все бы ничего и Фриз забила бы на это все, продолжая свой образ жизни напиваясь алкоголем, обнимаясь с парочкой-другой людей, ищущих кайфа и лицезрением неоновых вывесок, сидя на крышах небоскребов. Если бы не еле ощутимое чувство пиздеца. И ощущения причастности к тому, что происходило там, на материке, из-за листа из личного дела, которое Фриз нашла после освобождения, где в графе отец написано “Джозеф Сид”. Имя человека, который начал все  это и который должен быть мертв уже как три столетия.

0

13

мне тут парик пришел

https://sun9-4.userapi.com/c824600/v824600330/16b9ff/FMlnYR3XSqM.jpg
https://sun9-6.userapi.com/c824203/v824203000/170c75/6fjO1Ed49_Q.jpg

Отредактировано Изабела (2018-06-23 17:18:23)

+3

14

самые горячие кибердевочки во всем детроите

http://s7.uploads.ru/t/RvEDl.jpg

0


Вы здесь » Dragon Age: We are one » Тайные знаки » Здесь вам не тут