НОВОСТИ

06.11. 23 месяца игры: цитаты и готовимся праздновать

07.11. Изменение правил приема игроков!

Рейтинг: 18+



Вниз

Dragon Age: We are one

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dragon Age: We are one » Малый архив » На расстоянии полёта [18 Жнивня, 9:41 ВД]


На расстоянии полёта [18 Жнивня, 9:41 ВД]

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

http://s4.uploads.ru/UAeBQ.jpg

На расстоянии полёта [18 Жнивня, 9:41 ВД]

Время суток и погода: недельный период светлого неба, ясной погоды и лёгкого ветерка, заставляющего кутаться в шарф
Место: на подхода к лесам Брессилиан
Участники: Махариэль, Лавеллан, ещё МахаСабре
Аннотация:
Невелико ещё влияние набирающей силы организации, зародившейся в Убежище, когда в небе образовалась огромная дыра. Недостаточно ещё людей, недостаточно поддержки. Но достаточно ног, готовых шагать сотни миль в любом направлении. Достаточно рук и ртов, чтобы нести весть: наш мир будет кому спасти.
Главное - не мешайте нам это делать.

Стрелы низко летают - к неожиданной встрече союзника (с) древняя эльфийская поговорка

Отредактировано Эллана Лавеллан (2018-03-25 19:29:50)

+2

2

Лина передвигалась быстро и бесшумно, цепким взглядом осматривая потревоженную землю — следы вели от самой границы их стоянки чуть в сторону, огибая самую опушку. Она была почти уверена, что преследуемые ею преступники вряд ли рискнут свернуть в глубину чащобы — глупо красть что-то у долийцев, а потом ожидать, что тебя не выследят в их собственной вотчине, коей и была разнообразная дикая местность. Рисковать, впрочем, Лина не могла — на кон были поставлены жизни двух детей их клана, которых умудрились похитить из-под самого носа их охотников. Стыдно, что ни говори, но оставлять погоню, не вернув детей, она не собиралась.
Даже если в итоге ей пришлось бы пересечь весь Ферелден, пытаясь нагнать воров.
Брать кого-то с собой Лина не стала — хитростью ли, силой ли, справляться ей придётся самой, потому как сам клан без защиты она оставить не могла, учитывая тот факт, что о месторасположении их стоянки стало известно чужакам.
Притормозив немного, она прислушалась — потревоженные звери возились в своих норах, а птицы беспокойно перепархивали с ветки на ветку. Вкупе со следами, Лина могла с большей долей уверенности предположить, что нагоняет подлецов, уведших детей от их стоянки. Тихая, холодная злоба затаилась у неё под сердцем — она точно знала, что не позволит никому из них уйти живым после того, что те сотворили. Дети были сокровищем среди её народа, появлялись на свет слишком редко — ещё реже, чем в прошлом. Такое преступление оставить безнаказанным не смог бы никто из долийцев.
Поправив колчан и притороченный к бедру дар’мису, Лина снова двинулась по следу, чутко прислушиваясь к окружающим её звукам, не упуская ни единой мелочи, которая могла бы ей пригодиться. Кожаный доспех с переплетением зелёного и коричневого позволял ей с лёгкостью слиться с лесным фоном, чем все их охотники активно пользовались.
Далеко Лина, впрочем, не ушла — снова притормозила, вглядываясь в окружающие её тонкие, молодые ещё деревца, а затем и снова замерла. Она чувствовала на себе чужой взгляд, но не могла с точностью определить, где спрятался его обладатель — в лесу на подобное были способны не многие. Среди её собственного клана скрыться от внимания Лины не мог практически никто. Но то, что наблюдал за ней, вероятно, эльф — было почти болезненно очевидно.
Она вобрала в грудь воздуха, а затем издала тонкий свист, имитирующий особую птичью трель — знак того, что поблизости есть дружественный долиец. Кланы почти никогда не пересекались друг с другом, так что увидеть эльфа — не «плоскоухого», взращённого в эльфинаже, — было почти чудом.
— Выходи, если ты друг, — тихо, необычно мягким тоном проговорила она, повременив с тем, чтобы тянуться к оружию: — Если нет — погибнешь от моей руки. Эти края заняты моим кланом и я не могу отпустить чужака с такой информацией.
Несмотря на дружественный звук её голоса, взгляд Лины продолжал неустанно сканировать окружающее пространство на предмет таинственного наблюдателя. Поза, в которой она застыла, тоже была далека от по-настоящему расслабленной — охотница была настороже, несмотря на вероятность более дружественной встречи, которую она также не спешила отметать. И всё же Лину одолевало нетерпение — каждая секунда, которую она тратила на незнакомца, могла стоить свободы двум детям их клана. Чтобы подавить желание начать переминаться с ноги на ногу подобно лишённому опыта новичку, Лина с силой сжала кулаки, позволяя коротким, немного неровным ногтям впиться в кожу своей ладони.

+1

3

Их рассылали по всем уголкам. Подобно ручьям, отходящим от источника, растекались они по всем землям, неся благую весть и ища союзников. Но не все были в ладах между самими собой.
Гораздо лучше было бы, отправь её в поход одну. Гораздо лучше было бы, если несла бы она гордое знамя в гордом одиночестве, сверяясь с картой и звёздами на своём пути. Гораздо лучше, если бы не следовал за ней шаг в шаг этот юный ше... человек. Тоже разведчик. Лазутчик и агент, если так удобно.
На них обоих была форма - зелёная с бронзой и каштаном. На груди - знак меча и пламенного глаза.
Ещё там, в Убежище был заключён между ними договор: выходят за пределы влияния - и каждый идёт в свою сторону. Эллане не нравился этот человек. А ему не нравились уши Элланы. Как только они пересекли границы внутренних земель - разошлись, как и договорились. На обратной дороге постараются встретиться как ни в чём не бывало. А если нет - докладывать будут отдельно. Вряд ли кому-то будет до этого дело в такой суматохе.
Просто передвигаться всем сказали пытаться по двое. Слишком опасно на дорогах, благодаря мятежным магам и ополоумевшим храмовникам. Встречаться с ними не было никакого желания.
Такие как она, мелкая Лавеллан, были лишь полевыми разведчиками. Они ходили с картой и куском угля, отмечая, где требуется помощь, но не вмешивались в чужие дела. Потому как это не входило в их приказ. У каждого - свой маршрут и точки, у каждого - своя область поисков.
Ей достались леса. Потому что долийцам всегда достаются более-менее знакомые территории. А в лесу, к тому же, можно качественно скрыться.
И поохотиться.
Лавеллан совсем недавно оправилась от болезненных мыслей, проедающих её мозг будто кислота. Она впервые за очень долгое время путешествовала одна - и желала в полной мере насладиться этим путешествием.
На её светлых волосах уже красовался венок из полевых гвоздик и эльфийского корня. Она выслеживала зайца на ужин. Следила за ним с деревьев, мягко ступала по сочной траве, искусно пряталась в тенях, пока наконец не нагнала свою добычу.
Стрела в сердце. Быстрая, милосердная смерть. Его маленькая, но упитанная тушка была привязана за лапки к поясу сзади.
Но в лесу Лавеллан не была одна. В лесу вообще редко когда чувствуешь себя одиноким и потерянным, особенно если знаешь, что порой можно встретить в лесах. Но Эллана не боялась. Она знала, что леса Брессилиана - дом для долийского клана. Что его охотники могут рыскать неподалёку и даже возможно найдут её несмелые следы. Она оставила их специально, чтобы сказать: я не враг вам, и сделав своё дело - уйду, не причинив зла.

Там, среди молодых деревьев, кто-то был. Едва заметная сливающаяся тень, едва слышимый шелест сочных листьев. Охотник, возможно. Возможно даже эльф.
Возможно даже это и есть часть её, Лавеллан, миссии. Ведь ей нужно рассказать и донести весть. Возможно, кто-нибудь изъявит желание присоединиться к Инквизиции. Возможно...
Это определённо был долиец. Говорил про клан. Издавал такие звуки, какими у Элланы послужили следы.
В такие времена как те, что настали сейчас, встретить кого-то дружественного - сродни чудесам. Но порой и это случается.
- Andaran atish’an, - почти пропела Эллана, выходя из-за деревьев без капли сомнения.
Она поклонилась в знак глубокого уважения к местным землям и жителям. Так и стоило относиться к подобным встречам. Так и стоило относиться к братьям по крови и - мельком она заметила - валласлину на дружественном эльфийском лице. Когда утратятся такие приветствия - утратится и духовное родство их народа.
Эльфийка из местных, скорее всего. За те недолгие минуты наблюдения, Эллана успела отметить, с какой точностью и уверенностью та двигается по местности. Она знает эти земли. Потому что они - её дом и крепость, её владения. Чужие, какой сейчас и Лавеллан была, по не своим лесам передвигаются совсем не так.
- Прошу прощения, что вторглась на земли вашего клана. Я - друг. Моё имя - Эллана из клана Лавеллан. Я несу вести о возрождающейся Инквизиции и приглашаю разделить со мной ужин.

+1

4

Лина склонила голову набок, слегка нахмурившись — она не подозревала показавшуюся эльфийку в причастности к похищению детей. Долийцы крайне редко опускались до разбоя, ещё реже — до работорговли. Их учили ценить свою и чужую свободу, посему подобное, по её мнению, могли совершить только люди. И «плоскоухие» их эльфинажа, потерявшие своё наследие, свои корни. Озадачило Лину другое — присутствие одинокого эльфа, отмеченного валласлином, вдали от своего клана. Лавеллан… чтож, она не была знатоком других кланов, но кочевали те явно не на территории Ферелдена.
— Andaran atish’an, lethallan, — с этими словами, Лина сделала несколько шагов навстречу Эллане, обхватила обеими ладонями её плечи, слегка сжав, а затем отступила: — Ты забралась далеко от своего дома. Следуй по моим следам и ты найдёшь наш лагерь — там тебе окажут достойный приём и помогут припасами, если ты держишь долгий путь.
Выражение её лица значительно смягчилось, а на губах играла лёгкая, мягкая улыбка — Лина была рада дружелюбному лицу в эти беспокойные времена и не хотела отталкивать молодую охотницу необоснованной подозрительностью. Приняв помощь от другого клана, когда Сабре нуждались в галлах, она осознала, насколько немногочислен их народ, насколько легко потерять всех своих сородичей, цепляясь исключительно за свою гордость, не ожидая помощи со стороны. Посему Лина готова была оказать тёплый приём любому дружественному долийцу, в особенности если тот нуждался в поддержке. Не говоря уж о том, что она сама не понаслышке знала, каково это — бродить по лесам, полном порождений тьмы, в одиночестве, полагаясь только на свои навыки, чтобы выжить.
— О! Я не представилась, — слегка смутившись из-за своей поспешности, Лина потёрла кончик носа: — Моё имя Лина, Сабре — мой клан. Я бы предложила тебя проводить, Эллана, но в данный момент нахожусь в процессе охоты, увы.
Выражение её лица помрачнело — до того широко раскрытые глаза хищно сощурились, а губы сжались в тонкую, недовольную линию.
— Целью моей служит не зверь и не тварь, к сожалению. Кто-то сумел подобраться близко к границам нашего лагеря. Они увели пару детей, неосторожно ушедших вглубь леса чересчур далеко. Наши охотники не заметили, пока не стало слишком поздно.
В словах Лины отчётливо звучал стыд за собственную некомпетентность и острое сожаление о том, что пострадали именно младшие — ни один из них не мог за себя постоять, что делало их идеальной целью — беззащитной и уязвимой. Они обязаны были охранять их тщательнее. В следующий раз она, впрочем, подобной ошибки не совершит.
— Никто из преступников не уйдёт от меня живым. Я вижу, что ты талантливый охотник, Эллана. Если тебя прельстит подобная добыча — я предлагаю присоединиться ко мне. Вернув детей, я смогу проводить тебя к стоянке лично.
Несмотря на то, что в выражении лица Лины всё ещё преобладала настороженность и беспокойство, та снова выдавила из себя улыбку — оптимизм не был её сильной стороной, когда дело касалось гибели. Страх за малышей мешал ей сосредоточиться. И тем не менее, понимая, что те будут полезнее для похитителей живыми, она старалась себя подбадривать. Помощь конкретно этой охоте могла оказаться совсем не лишней — Лина не была уверена в том, что сможет в одиночку разобраться со всеми и, одновременно, гарантировать то, что дети не пострадают. Ещё пара внимательных глаз и талантливых рук были как раз кстати.

+1

5

Все они - братья и сёстры про крови. Единый народ, разделённый лишь расстоянием. Негласное правило помогать своим заложено в каждом долийце ещё с рождения. Ибо всегда приходит время помощь не только оказать, но и принимать.
Сабре была права: Эллана забралась очень далеко от родных краёв, от дома. Но её ни на день не покидали желания встретить кого-нибудь с таким знакомым и даже родным лицом.
У этой эльфийки был её валласлин. Митал за них обеих уже скрепила узы давным давно. Сделав сёстрами по крови ещё задолго до этой встречи.
Эллана с радостью бы отправилась в их лагерь, как Лина и предложила. Моментом она задумалась о послании, которое возжелала передать их Хранителю. Но лишь на момент. Не время возможно для этого ещё.
Она не нашла правильных слов, чтобы передать Истиметориэль те вести. Лавеллан должна была вернуться с хорошим словом, рассказом и концом истории. Она не должна была вернуться одна. Поэтому Эллана решила и вовсе не возвращаться.
И пока... Она не знает, что сказать. Особенно в своё оправдание.
Маханон бы мог. Она - нет.

Пока Лина рассказывала о произошедшей у них трагедии, Эллана думала.
Сперва о том, что если бы такое произошло в её клане, на поиски отправили бы десяток лучших охотников. Лучших, безжалостных, у которых не дрогнет рука и сердце уничтожить любого, кто посягнул на их святыни и кровь. Они действовали бы быстро, разя в самое сердце. От них не спрятаться и не убежать.
- Зачем ты отправилась одна? - как бы невзначай спросит Лавеллан. - Я не могу закрыть глаза на вашу беду. Если пути привели меня сюда, возможно, моя помощь будет кстати. В своём клане я была охотником и следопытом, а мой отец - первым охотником клана. Я... Помогу тебе выследить их. Моя рука не дрогнет покарать обидчиков, а мои стрелы будут быстры и безжалостны к ним.
Так говорили их охотники друг другу, когда отправлялись вместе выслеживать опасность. Она надеялась, что Лина поверит ей, и доверится.
Она выглядела опытной. Несмотря на отсутствие шрамов на лице у руках, по тому, как она держится в одиночестве в лесу, уже можно сказать: это её территория. Знают ли обидчики, кому перешли дорогу, и что их за это ждёт.
- Два лука лучше, чем один, - кивнула головой Эллана. Она не могла передать словами, как была рада встретить так далеко от дома того, кто напоминал ей о доме.

О доме вспоминать не хотелось. Вернее... О доме.
Но Лина глядела на неё не так. Она не доверяла, но это нормально. Она не кричала о кровавом проклятье, глядя Лавеллан в глаза. Она не шипела, когда Эллана повернулась к ней спиной, чтобы плотнее связать лапы зайца к ужину.
Эллана впервые за всю свою жизни встретила кого-то из иных кланов. Ей хотелось предстать кем-то иным. Показать себя в другом свете. Лучше, чем она есть. Светлее, чем она есть.
От Сабре веяло солнцем так, как от Элланы в давнюю пору. И ей хотелось плясать и петь. Идти за falon.
И за своим искуплением.

+1

6

Лина слегка качнула головой и жестом предложила следовать за собой — детали их охоты она могла прояснить и по пути, учитывая всю спешку и нежелание отпускать похитителей далеко от их вотчины. Она вернулась к следам, отчётливым для знающего взгляда: надломленная веточка на ягодном кусте; неаккуратная полоса соскоблившейся коры у основания дерева — от чьей-то жесткой подошвы; потревоженный мох на поверхности поваленного, начавшего гнить дерева; клок светлых волос с впившейся в него колючкой — явно неаккуратно выпутанный самим ребёнком. Когда казалось, что оставалось полагаться только на чтение листьев под ногами — на глаза охотнице попадалась очередная зацепка. Следы были чёткими, их никто не пытался замести.

И это заставляло Лину подозревать подвох во всей сложившейся ситуации. Либо в похищении было двойное дно и их действительно пытались увести подальше от стоянки клана намеренно, либо это было делом рук дилетантов, совершенно случайно наткнувшихся на детей в лесу и решивших подзаработать шальных деньжат.

В любом случае, Лина не собиралась оставлять лагерь беззащитным.

— Клан не может позволить выделить на их поиски больше охотников, — вполголоса объяснила она, продолжая рыскать пристальным взглядом по их окружению: — Мы потеряли и Хранительницу, и её Первую, оставшись без защиты магии. Потеряли галл, количество которых до сих пор не можем восстановить полностью, что значительно понизило скорость нашего передвижения. Есть шанс, что похищение — просто диверсия, попытка разделить наших охотников и вырезать клан полностью, начав с самого лагеря. Этого я позволить не могу.

Лина поджала губы — выбор был горьким, на самом деле. Многие из её собратьев были в ужасе от перспективы, жаждали мести и крови. Хагрену пришлось их успокаивать, а Лина, как одна из лучших охотников клана, отправилась одна, пообещав, что без детей не вернётся. Это должно было хоть немного их успокоить.

Она не боялась — не за себя, по крайней мере. Но встреча с Элланой действительно была на руку — сложно было говорить о полном доверии, хотя Лина чувствовала… некое родство с незнакомой до этого долийкой. Странно, но привыкшая к своему узкому кругу друзей, она была не против компании Элланы, даже если бы на кону не стояли чужие жизни. Жизни их будущего — молодых её клана.

На короткое мгновение Лина перевела внимательный взгляд на светлую макушку своей спутницы и медленно выдохнула. У неё были вопросы — о том, почему та покинула свой клан и какие дела могли привести её в Ферелден. В их родной Бресилиан. Но времени для этого не было. Не было сейчас — Лина решила приберечь своё любопытство на потом.

Впереди послышалась ругань — грубые, слегка поддатые голоса мужчин доносились до чутких эльфийских ушей. Не было слышно бряцанья брони, но спешить с выводами Лина не стала. Это вполне могли быть браконьеры. Даже без хорошего вооружения они могли доставить много неприятностей обоим охотницам.

Эту мысль подтвердила ловушка — простой медвежий капкан, ржавый и явно видавший лучшие времена. Но он был ловко замаскирован листьями, притаившись у ствола молодого деревца. Лина его не тронула, молча кивнув своей спутнице, чтобы та не наступила ненароком, хотя сама она подозревала, что молодая с виду девчушка к подобным приключениям более чем привычна — в её движениях чувствовалась знакомая уверенность, присущая каждому опытному охотнику.

— Лагерь, — едва слышно, почти одними губами проронила она, скрывшись в тени кустов, откуда открывался прекрасный вид на разбитый похитителями лагерь. Их было четверо, но людьми из них являлись только двое — большие, с заросшими бородой лицами, они казались Лине чем-то вроде медведей. С тем отличием, что самих косолапых ей было жаль куда больше.

Остальные двое — эльфы, один — лучник, второй — ковыряющийся кинжалами в ногтях непойми-кто. «Плоскоухие». Одеты были также бедно, но более-менее опрятно — в самодельную броню из шкур животных. На стороже стоял один человек, лениво положивший основную руку на рукоять топора, больше подходящего для дровосека. Но не он встревожил Лину больше, а сидящий у него в ногах пёс — матёрый пёс, настороженно всматривающийся в лесное окружение подозрительно сообразительными для животного глазами.

Мабари. Это было… плохо. Любое другое животное Лина могла попытаться уговорить, однако с этой породой она ещё ни разу не встречалась.

Слегка сместившись, убеждаясь в том, что они находятся с подветренной стороны от лагеря — животное не сможет учуять их сразу. Но само по себе, оно представляло куда большую проблему, чем все остальные разбойники, вместе взятые. Её взгляд метнулся к связанным, тихо рыдающим детям, жмущимся друг к дружке неподалёку от разведённого костра. Если они хотят их освободить, им придётся рискнуть столкнуться с мабари.

+1

7

Это была его вина. Не уследил, не доглядел, не заметил подобравшуюся к клану опасность, пока не стало слишком поздно. И может статься, что за эту его ошибку им придётся заплатить слишком высокую цену. Самым дорогим, что у них только осталось – детскими жизнями. Такому нет и не может быть оправдания. Пускай даже до сих пор ныло порванное на днях берескарном плечо, а от количества вливаемых в себя настоек, он спал больше, чем половина светового дня, чтоб оставшееся время с переменным успехом бороться с приступами слабости и сонливости. Однако теперь не было времени ни для разъедающего чувства вины, ни для бездействия. Едва обнаружилась пропажа детей, как весь клан загудел, как растревоженный улей моровых ос.
Его сестра первой вызвалась отправиться в погоню за нечестивцами, и хотя многие из охотников порывались отправиться вместе с ней, старейшина и Лина убедили, что остальным лучше остаться в лагере, готовясь к очередному отбытию из ставших опасными мест.
Терон же вернулся в свой аравель и молча принялся собираться в погоню, разложив перед собой кожаные доспехи и своё оружие. Его место было не здесь, не позади. А там, куда без колебаний отправилась их лучшая охотница.
— Ты куда? – следом за ним в аравель скользнул Фенарель. И нахмурился, заметив, как Терон натягивает поверх бинтов, щедро намотанных вокруг плеча и груди, свою ещё помятую после прошлой стычки броню. – Старейшина велел всем оставаться в лагере.
— Значит, ты плохо меня знаешь, — отозвался Махариэль, даже не обернувшись в сторону друга. Слишком занят был, затягивая крепче ремни на предплечьях и пристраивая на поясе перевязь с метательными ножами.
— Послушай, если ты переживаешь за Лину, то...
— Не начинай, — он всё же бросил короткий, предупреждающий взгляд через плечо. И загнал оба своих  клинка в ножны, прежде чем привычно пристроить их за спиной. Терон и в лучшее время не любил все эти разговоры по душам, а уж сейчас попытка его остановить, пользуясь его очевидным волнением, казалась тонким уколом стилета в уязвимый тыл.
— Тогда я пойду с тобой.
— Не пойдёшь. Иначе мне придётся тебя вырубить, — он вздохнул, оборачиваясь к другу и, в два шага преодолев расстояние между ними, крепко сжал его плечо. – Мы вернём детей, lethallin. А ты нужен здесь, на случай, если эти ублюдки вдруг решат вернуться за кем-то из нас. Нельзя исключать такую возможность, тут старейшина прав.
Себя Махариэль тоже считал по-своему правым, оттого проскользнув мимо Фенареля, он накинул на голову тёмно-зелёный капюшон и незаметно для других сородичей нырнул в гущу леса, не потревожив при этом ни единого куста около их стоянки.
Терон следовал за Линой по лесу, бесшумно, незаметно, словно её родная тень, не упуская из вида её тонкую проворную фигуру, мелькавшую то тут, то там среди стволов деревьев. Пару раз ему попадались на пути чьи-то беспечно или специально оставленные следы, но Махариэль не уделил им внимания, лишь для себя отметив, что в лесах вблизи затесался ещё один чужак. Ещё одна потенциальная проблема. Однако кто это — вскоре перестало быть тайной. Когда Терон решил, что Лина заметила его присутствие, на её зов вышла незнакомая светловолосая эльфийка. Не городская – вот и всё, что его интересовало в тот момент. Кто она и зачем пришла в эти земли можно узнать потом. Когда наступит время для разговоров.
Удивительно, но вместо того, что гнать вперёд сутками, подальше от разгневанных долийцев, похитители решили встать лагерем в лесу, даже не дождавшись сумерек. Терон обогнул видневшуюся впереди стоянку и подобрался к неприятелю с противоположной стороны, затаившись в надёжном укрытии из еловых лап и внимательно осматривая будущих противников. К счастью, магов среди них не оказалось, зато в качестве серьёзной поддержки был боевой пёс мабари, который мог в любой момент обнародовать присутствие рядом долийцев, лишив их преимущества внезапной атаки. Но для таких случаев, у Махариэля как раз была заготовлена приманка – пузырёк с особой пахучей смесью, которую он незаметно подложил под корень одного из деревьев в стороне. И когда ветер изменил своё движение, животное, почуяв неладное, насторожено обернулось в нужную сторону, ровно настолько, чтоб долийцу из своего укрытия было удобно метнуть маленький нож, вонзившийся по рукоятку в бок мабари. Раздался истошный собачий визг, всполошились застигнутые врасплох похитители, а следом посыпались на поляну меткие стрелы долийских охотниц. Терон же с самого момента броска не стоял на месте. Он незаметно появился позади связанных детей, зажав каждому рот ладонью, и тихо, но уверенно шепнул:
—  Ar'an shala se*, — после чего разрезал их путы, ловя маленьких заплаканных ребят в объятия. Пользуясь всеобщей суматохой, они отступили назад в лес, где Терон подсадил каждого ребёнка на плечи, помогая забраться на дерево, и велел не спускаться, пока их не позовут. Дети леса, юркие и шустрые, как белки, едва успели скрыться в густой кроне, как за спиной Махариэля нарисовался один из похитителей, занося для удара свой меч. Времени выхватить свои клинки у эльфа уже не оставалось.

* Мы спасём вас.

+2

8

Он - тот, второй - появился внезапно. Так, как полагает появляться долийскому охотнику. Лина на него не нападала. Даже не реагировала сперва. Значит, сделала Эллана вывод, он был своим. Некоторое время наблюдения дало понять: не просто своим. Этот прыткий, быстроногий эльф успел за несколько минут сделать всё то, к чему Лавеллан морально готовилась бы пару часов. Он одним махом обезвредил мабари, которого Лина возвела в ранг главной их угрозы, а вторым махом - незаметно освободил детей.
Засевшей на дереве эльфийке открывалась вся поляна как на ладони, и она этим пользовалась. И когда пятка последнего скрылась в густой листве, Эллана сделала первый выстрел. Он не был предупредительным, он был на поражение. Разрезав воздух, стрела вгрызлась в грудь широкоплечего мужчины у костра. Его из строя хотелось вывести первым: ближе всех казался к детям, и ближе всех - к безмолвному спасителю. Второй выстрел был контрольным. В уже бездыханное тело.
Смазав наконечник следующей стрелы концентратом экстракта из корня смерти, Лавеллан выстрелила в пса.
Мабари - грозные противники, любимцы ферелденских воинов. Безжалостные к врагам своих хозяев, даже раненые, побитые псы способны пересилить себя и перегрызть глотку противнику. Эллана уже была очень хорошо осведомлена об этой породе.
Правда, ей сказали так:"Они сожрут твоё лицо или откусят зад, если потеряешь их из виду". Поэтому рисковать не хотелось.
Лавеллан сменила положение. Перескочив на другую ветку, она следила за двумя плоскоухими, подмечая каждое их движение.
Эльф остаётся эльфом, взращён ли он долийским кланом или людьми. Эльф всегда остр на ум, ловок и... глазаст.
Они заметили Эллану и знали, откуда идёт обстрел. Да она и не пряталась особо. Трое долийцев против четырёх с половиной похитителей детей? Плёвое дело. Если бы их было восемь - можно было бы волноваться.
Эллана вспомнила, как однажды наблюдала за игрой в шахматы кого-то из Убежища. Она не поняла правил, но уловила суть: пешки были стеной на преграде перед королём, и их необходимо было убрать.
Пешки - дети, в данном случае. Пешками можно было прикрыться и выторговать защиту. Но пешек у них больше не было.
... как и у Элланы на этот короткий мыслительный процесс.
Она не стреляла в эльфов до этого дня. Неважно, плоскоухие они или долийцы из иных кланов, но настроенные враждебно. Они всегда находили компромисс и расставались если не друзьями, то хотя бы на нейтральной ноте. Эллана привыкла, что может найти путь к разуму своих собратьев, внемлить голосу их совести и ума.
Вот только это был явно не тот случай.
Занесённую для удара руку плоскоухого пронзила стрела. Прямо в правое плечо. Навылет. Смазанный ядом наконечник.
От крика могло заложить уши. Но она не собиралась его добивать.
Лавеллан подумала, что у каждого в их маленьком отряде спасения есть что спросить хотя бы у одного из этих...
- Dahn’direlan, - фыркнула Лавеллан, спускаясь с дерева. - Nuva Ghi’lan’na’in then asa shud ove arsyl o’tarasyl, i dirash na in masa dur su an’banal.

Отредактировано Эллана Лавеллан (2018-03-25 19:17:58)

+1


Вы здесь » Dragon Age: We are one » Малый архив » На расстоянии полёта [18 Жнивня, 9:41 ВД]