НОВОСТИ

06.09. Три четверти года игры! давайте праздновать и лететь дальше
28.08. теперь у нас домен второго уровня
24.08. предупреждение малоактивным игрокам

Рейтинг: 18+


Вниз

Dragon Age: We are one

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dragon Age: We are one » Малый архив » Рубиновый браслет [4 Джустиниана, 9:35 ВД]


Рубиновый браслет [4 Джустиниана, 9:35 ВД]

Сообщений 1 страница 27 из 27

1

http://sf.uploads.ru/t/0Cino.jpg

Рубиновый браслет [4 Джустиниана, 9:35 ВД]

Время суток и погода: вечер.
Место: Вал Шевэн, Орлей.
Участники: Каллиан Табрис, Эдвиг Тревельян.

+1

2

Мадам де Севинье исполнялось семьдесят. И, несмотря на то, что она выглядела и чувствовала себя на все девяносто, она настояла на большом приеме в летнем семейном поместье рода Севинье, видимо опасаясь, что до следующего своего дня рождения она точно не доживет. Приглашены были все. Буквально - все. Дело в том, что Мадам, в виду ее развившейся старческой забывчивости, совсем потеряла контакты со своими родственниками и знакомыми, и порой либо забывала отвечать на их письма и приглашения, либо отвечала грубостью и сварливостью. Таким образом, ее близкий круг постепенно предпочел о ней позабыть, и не оставалось ничего лучшего чем пригласить очень дальних родственников и друзей из прошлой жизни. Как раз в одну из этих категорий и попала семья Тревельян, которая, несмотря на отсутствие постоянного контакта с Мадам де Свинье, в прошлом была очень ей благодарна.
Но, все-таки, благодарность Тревельянов была не безгранична. Эгмонт и Илиана посчитали, что у них есть куда более важные дела в столице, но все же пообещали старой карге, что их сын обязательно почтит ее юбилейное торжество своим присутствием. Эдвиг не сопротивлялся. Он желал новых знакомств и любовных интриг, а нахождение в казармах ни к тому, ни к другому особо не располагало. Из списка приглашенных он так же узнал, что несколько его кузенов, с которыми они обычно устраивали мальчишеский дебош, тоже будут присутствовать на празднестве, поэтому почти сразу согласился с решением Эгмонта.
Мадам де Севинье была женщиной обеспеченной, поэтому и подарок должен был ей под стать. Илиана настояла на том, что это обязательно должно быть что-то сверкающее, дорогое и массивное, чтобы другие гости старухи видели заботу Тревельянов издалека. Тейрна договорилась со своим знакомым ювелиром из Неварры изготовить уникальный браслет из привезенных из Пар Волена рубинов, и наставила Эдвига заехать в Камберленд по пути в Орлей дабы выкупить украшение и, кроме всего прочего, купить что-нибудь в подарок маме.

После морского путешествия через Недремлющее Море Эдвиг чувствовал себя весьма измотанным и уставшим, а ведь ему еще предстояло несколько дней пути до Вал Шевэн. Встреча с ювелиром была назначена в полдень, что было весьма неудобно, так как Оствикский торговый корабль причалил в порт Камберленда ранним утром, и Эдвиг был вынужден почти шесть часов гулять по шумным переулкам неваррской столицы. Он даже успел зайти в один из борделей, который славился своими развлечениями, но не нашел там никого кроме парочки эльфиек болезненного вида: все остальные, не болезненные, спали.
После встречи с ювелиром, Эдвиг положил браслет в коробку, обитую бархатом и золотом, и спрятал ее во внутренний карман свой куртку. Еще с утра он организовал себе карету с охраной и двумя лошадьми, поэтому сразу после посещения квартала мастеров, он спустился к площади у восточных ворот Камберленда дабы успеть присоединиться к каравану путешественников, отправляющихся в Вал Руайо по Имперскому тракту.
Всю поездку мужчина в основном дремал, и лишь изредка приоткрывал шторки внутри кабины, дабы убедиться в своем местоположении. Коробка с браслетом была на месте. Серьги для Илианы и кошель с монетами тоже.
К позднему вечеру пятого дня пути Эдвиг наконец-то прибыл в особняк своей пра-пра-пра-тетки и был спроважен до гостевой спальни, которая располагалась в дальнем восточном флигеле поместья. Несмотря на ожидание, что гость присоединиться к ужину, мужчина решил остаться у себя и хорошо выспаться перед грандиозным вечером обещанного торжества.

[icon]http://sg.uploads.ru/t/6LRUv.png[/icon]

Отредактировано Эдвиг Тревельян (2018-01-24 00:39:42)

+1

3

Вал Шевэн мог бы остаться вне внимания Табрис, если бы не сообщения, скорой птицей добравшееся до воровки - тут собирался весь цвет знати многих домов Орлея и Вольной Марки, нет - ты посмотри-ка! - даже нищие Ферелденцы, кое-как оправившиеся от Мора и заносчивые задницы из Неварры и Тевинтера обещались быть.
Сжигая письмо над очагом в трактире, рыжая была уверенна, что не одна она уже открыла пасть на этот лакомый кусочек. Осталось только выбрать способы проникнуть внутрь и цели.
А с целями помогли уже в Вал Шевэне - все теневые гильдии работают одинаково: прибыла на гастроли, изволь ответить кто такая, мзду отдать и заречься посягать на чужой хлеб. За одну только перспективу поживиться на пиршестве старухи, Табрис пришлось выложить половину награбленного по дороге до Вал Шэвена, хорошо, что её краткие гастроли обещали быть очень сытыми.
за щедрый взнос в воровской общак, местные поделились тем, что видели и слышали, несомненно, потом эти же местные постараются всё снять с воровки и потрясти ее, так что со званого ужина Табрис планировала сразу же бежать так, чтобы ни одна тварь в городе её здесь больше не видела, хотя за особняком и местностью вокруг будет наблюдать столько пар голодных глаз, что впору было молиться - было бы только кому.
Но Фенек нарабатывала имя, у нее процент стыл в Киркволле и, в общем-то, фарт требовал...

Сьезжалось народу столько, что у местных слуг не хватало рук и ног, чтобы всех обслужить и всё оббежать - разнорабочие, служки и прочая шушера была нанята заблаговременно, но всегда есть место непредвиденным обстоятельствам: так рыжая эльфийка Вала не смогла выйти, потому что была оглушена, раздета, брошена в замкнутом погребке в предместьях и связана (Каллиан даже не сильно переживала о том, что будет, если она не вернется отпереть замки на дверях). А вот рыжая эльфийка Лиан, в скромном платье и плаще, прибыла к воротам поместья еще поутру.
О, целый день натирать, убирать, прислуживать и терпеть окрики домоуправляющих, дворянства всяческого и прочей мрази было совершенно не тем, чего хотела Табрис от своей жизни - именно в такие моменты, пока она и еще троица эльфиек вычищали до блеска позолоту на статуях в саду, Каллиан прекрасно понимала почему никогда для нее честный труд не будет выходом - это унизительно. Хуже только отдаться в развеселый дом. Так что эльфийка терпела и старалась не поднимать глаза.

Места и дороги она запоминала хорошо, так что когда ей поручили сопровождать наезжающих гостей до сих комнат, Табрис покорно следовала, несла коробки и сумки, говорила комплименты, если вдруг знатная рожа изволила к ней обращаться. Но, в основном, за целый день, никто даже не почесался спросить ее имя.
И это было хорошо.
Под вечер у честной воровки болела спина, гудели руки и ноги, а нужно было еще пережить весь бал.
Отмычки, вшитые в тонкий поясок, чудились тяжелым бременем. Но, когда уже зажглись вечерние огни и ей и еще нескольким служанкам повелели позажигать свет в дальних флигелях, Табрис пошла, заодно, наблюдая за другими эльфийками, стуча в двери и извещая о том, что ужин могут подать и в покои господ.
Важно было сейчас многое приметить. Например - оставленные за дверью сапоги.
О, Каллиан их начистила, а потом поскреблась в дверь.
- Господин, ваша обувь готова. - Во всем крыле, на целый этаж, только за дверью этой комнаты кто-то из гостей еще остался. Было бы очень дурно, если бы этот человек продолжил быть в комнате, а потом решил выйти, когда Каллиан будет взламывать замки на соседних дверях.

Отредактировано Каллиан Табрис (2018-01-23 00:42:53)

+1

4

Вытащив сундук к центру комнаты ближе к камину, Эдвиг открыл крышку и зарылся в вещи в попытке найти простые легкие замшевые штаны и рубаху, в которые можно было бы переодеться после дороги. Одежду он, конечно, упаковывал не сам. Этим делом обычно занималась одна из служанок, пожилая эльфийка Лидия. Зачастую она игнорировала скудный список одежды, который просил упаковать Тревельян, и докладывала еще несколько комплектов одежды и обувь на любую погоду, несмотря на повсеместный тедасский летний сезон. Переложив груду шмоток из сундука на пол и на диван, мужчина наконец-то нашел то, что искал - на самом дне сундука. Сняв с себя куртку, он аккуратно выложил две коробки с ювелирными изделиями на чайный столик и бросил кошель с деньгами на кровать. Он уже принялся стягивать с себя рубашку, как в дверь невовремя постучались.
- Кто там? - крикнул Эдвиг, не расслышав бормотания за дверью. Наспех затянув тесьму на рубахе и заправив ее за пояс, он сгреб в охапку лежащую на полу одежду и попытался впихнуть все обратно в сундук. - Открыто.
Это, скорее всего, был кто-то из прислуги. Возможно они обходили всех гостей и интересовались, все ли их устраивает. И, как раз вовремя, потому что Эдвига кое что все-таки не устраивало.
В проеме двери появилась рыжеволосая приятная на вид эльфийка. Она держала в руках его сапоги, начищенные и блестящие, которые он оставил за собой по ту сторону двери. Мужчина кивнул на открытый шкаф возле двери, в котором была отведена полка для обуви. Не став особо рассматривать девушку, Эдвиг направился к небольшому столику возле окна, на которой были выставлены незатейливые закуски и два кувшина: с водой и вином. Взяв графин с вином и помахав им в воздухе, Тревельян обернулся к рыжеволосой.
- Принеси красного. Я в ответе на приглашение отчетливо написал, что не пью белого десертного. - Поставив графин обратно на хрустальную подставку, Эдвиг, не обращая внимания на прислугу, сел на диван и снова зарылся в сундук. - Надеюсь, это хоть моя комната? А то может ваши что-то напутали?
Под “вашими” он, конечно, подразумевал прислугу. Эльфов. Они обычно и были во всем виноваты.
- И сложи все вещи в шкаф.

[icon]http://sg.uploads.ru/t/6LRUv.png[/icon]

Отредактировано Эдвиг Тревельян (2018-01-24 00:39:15)

+1

5

- Ваша обувь готова. - Повторила, как щит выставив перед собой пару обуви "скромная" прислужница Лиан, проходя в комнату. Взгляд ее быстро метнулся от самого опасного объекта: высокого крепкого шема, по помещению, задержавшись лишь на миг на шкатулках на столике.
- Да, господин. - Тут же повернувшись к шкафу, Табрис послушно поставила обувь на полку, очень жалея, что у нее нет с собой какой-то колючки - такая радость, сунутая в носок, была бы очень кстати: все человеческие зажравшиеся дворяне одинаковы.

Обернувшись, не успев даже рта открыть, рыжая тут же получила задание.
Как только человек отошел от окна, Каллиан, кипя гневом изнутри, но спокойная как тихая озерная вода, подошла в кувшину и осторожно его забрала.
- Сейчас принесу, господин. - До двери, естественно, путь был близким, но пришлось остановиться и посмотреть на сидящего в кресле, как подобает, когда слуга дает ответ.
- Размещением по комнатам распоряжался дворецкий мадам де Севинье. Эльфы не путают ничего, что говорят такие уважаемые люди. - "Только люди все путают".
Нужно было сдерживаться и не шипеть. И Табрис очень старалась. От этого у нее забивало дыхание аж.

И когда шем выдохнул следующий "приказ", эльфийка, не без удовольствия, поклонилась, почти пропев:
- Как изволите. Но сначала я сменю вино на то, что вам полагается. - вышла за дверь она тихо-тихо, одними губами исторгая самые страшные проклятия.
Одна из девушек-напарниц, что встретилась в холле, нагруженная чьими-то грязными плащами, понимающе усмехнулась.
- Где здесь достать красного вина? Гости просят... - Ответ был дан тут же и бегать далеко не пришлось.
Но эти минуты помогли совладать с собой и вернуться в комнату, отстраненной и спокойной.

- Ваше вино. - Раз уж дворянин имел привычку днем не запираться и рыться в своем сундуке, Табрис решила лишний раз не стучать.
Поставив кувшин на место, она подошла к сундуку, стараясь даже не смотреть на столик со шкатулками.
- Я могу сложить все вещи или вы что-то оставили для вечера и мне полагается вычистить это? - Получив ответ, Каллиан принялась аккуратно раскладывать вещи. Её очень раздражал этот человек. Более всего - раздражал тем, что он ее, по-сути, даже не замечает. Через час-два спроси кто у дворянина какой была служанка в его комнате, что он ответит? Рыжая?
Это было на руку воровке, но все равно - раздражало.
Мимоходом Табрис думала о гадости для этого господина и о том, что, кажется, воровать надо в эту ночь и, заодно, испортить праздник для всех этих дворян - еще сутки прислуживания она не выдержит - точно на кого-то сорвется.
- Еще что-то? - Отряхнув руки о передник, лишь потом сообразив насколько это может быть оскорбительным жестом, Фенек обернулась: - Вы довольны?
Умная мысль о том, что слуги не так спрашивают, осталась на потом.

+1

6

Эдвиг, привыкший к тому, что на случаев приемов хозяева обычно нанимают эльфов извне, не особо обращал внимание на то как разговаривала с ним рыжеволосая прислужница. Порой, им не хватало образования и манер, а зачастую они приезжали не только с Орлея, но и с других регионов, и иностранные языки давались им с трудностью. Проскакивающее неуважение было дело обычным, но почти всегда можно было определить тех, кто действительно грубил хозяевам и их гостям. В случае с этой же девушкой, Тревельян был уверен, что она лишь новенькая и, возможно, еще не научилась как правильно составлять свою речь в общении с аристократами и тому, что стучаться в запертую дверь нужно было каждый раз.
Стягивая с себя рубашку, Эдвиг на секунду замер, глядя на эльфийку сквозь вырез ворота, и кивнул на кувшин.
- Мне что, из горла вино пить? - он усмехнулся и бросил рубашку на кровать. - Налей и подай.
Пока девушка раскладывала одежду, Эдвиг умывался и переодевался в чистый комплект, который он успел для себя приготовить. В какой-то момент он с волнением вспомнил о драгоценностях и резко обернулся к столу, словно бы те успели исчезнуть. Но коробочки стояли там же, где были оставлены. Мужчина прочертил пальцем гравировку на шкатулке с браслетом и чуть приоткрыл ее, убеждаясь, что украшение все еще внутри.
- Вон та рубашка, куртка и штаны - их следует вычистить. - воин указал на груду одежды, возвышавшуюся на кровати. Подойдя к шкафу, он заглянул внутрь и все проинспектировал. Со стороны могло показаться, что он не доверял тому, как эльфийка сложила его вещи, а на деле он просто хотел убедиться где и что лежит. Облокотившись о шкаф, мужчина обернулся к миловидной девушке, наблюдая за тем как она собирает его вещи. Из-под скомканной рубашки показался кошелек, и Эдвиг по началу дернулся, чтобы его подобрать, но затем отпрянул, решив, что эльфийка уж точно его не возьмет.
- Передай хозяевам, что я слишком устал с дороги и что пропущу сегодняшний ужин. - он сделал паузу, обдумывая ситуацию, в которой девушка будет разговаривать с Мадам, и добавил, - И, передай, что я извиняюсь за свое отсутствие.
Обойдя кровать с другой стороны, мужчина забрался на матрас с ногами, сделал глоток вина и выжидательно посмотрел на прислугу. В этот раз его взгляд был более пристальным, изучающим ее одежду и лицо.
- Иди. Пусть меня не беспокоят до завтрака.

[icon]http://sg.uploads.ru/t/6LRUv.png[/icon]

+1

7

"Всё. Шемы. Одинаковы." - Это было единственное, что знала Табрис наверняка и люди не спешили ее переубеждать - несколько исключений лишь подтверждали правило, а в общей массе, кого видели люди, смотря на эльфов. На слуг... о, никого они не видели, только приложенные к дому, полю или хозяину одухотворенные вещи.
Слыша все шорохи человека, Каллиан могла, даже стоя к нему спиной, поправляя складки на куртке, сказать, что мужчина вот только что полез проверять не умыкнула ли чего эльфийка из шкатулочек на столе. И, возможно, еще где-то в глухих деревнях остались те, кто ворует настолько глупо, но Табрис даже стало смешно.

Она собирала означенные вещи и задержалась, следя за тем как движется молодой мужчина, как он сует свой благородный нос в шкаф, возможно даже - взглядом пересчитывает рубашки, возможно, переживает не срезана ли вышивка серебром и золотом с парадного костюма. Фенек не удивилась бы.
В такие моменты ей всегда хотелось спросить у людей: "если вы додумываетесь до такого, значит, вы о таком думаете. Предполагаете. Ставите себя на место других. Ставите себя на место вора. Планируете украсть. И чем вы лучше?"
И тут с кипы вещей тяжело так шлепнулся увесистый кошель. Табрис подняла взгляд на мужчину, который было сделал движение рукой.
"Какие же вы мелочные... дворяне".

Она промолчала, только очень медленно, смотря в чужие глаза, подобрала туго набитый мешочек и протянула мужчине, чтобы шлепнуть кошель в его ладонь и улыбнуться почти победно: - Может, вы карманы у штанов и куртки вывернете? А то вдруг что пропадет и на бедную эльфийку напраслину возведете? - Но разлегшийся молодой прожигатель жизни уже того не желал. Оставалось пожать узкими плечами.
- Я передам и не буду беспокоить. Только... разве вам не нужно принести будет ужин? Вы изволите только пить вино, а на одного вам кувшина не много будет? - Участливость участливостью, а следовало прикинуть - уснут ли сегодня, гарантировано рано соседи этого мужчины или отправятся лапать девок подневольных и дам благородных. Или, все же, потерпеть до завтра. Сколько всего еще надо было узнать у служанок. План, выстраиваемый наобум и очень быстро, перестраивался в голове рыжей каждый час.

В ответ дворянчик высокомерно промолчал.
"Ну и оставайся голодным" - Мстительно подумала эльфийка, с поклоном отправляясь за дверь. С поклоном и грудой чужой грязной одежды. Хорошо было то, что прачки были местными, не наемными.
Так Табрис и прикрепили за этим флигелем и, отработав до поздней ночи, проследив и запомнив в какие из комнат кто вваливался, рыжая, сама почти без сил, свалилась спать в кладовке-каморке, что отвели на четырех эльфиек - неслыханная щедрость.
"Я обнесу этих уродов или провалиться мне на месте". - Это были последние мысли, прежде чем усталый разум провалился в сон.

+1

8

Колкости в ответ на действия Эдвигу совсем не нравились, но он был слишком уставшим, чтоб напоминать эльфийке где она и где он, и почему он проверяет все ли в порядке с его вещами. Это были его вещи. Да даже если бы вместо нее была человеческая женщина или гномка, он бы поступил точно так же - волновался за дорогущий рубиновый браслет и золото, которое еще должно было купить ему билет обратно домой.
Мужчина молча забрал свой кошелек и больше не обращал на рыжую внимания. Разговаривать и вступать в полемику на тему того, почему он сделал то, что сделал и почему это его право, или почему люди думают, что эльфы воры, когда те ими оказываются, он не стал. Если эта ситуация будет продолжать беспокоить его завтра, то он обязательно поинтересуется у старшего состава прислуги насчет этой эльфийки и, может быть, даже попросит присылать ему кого-то другого: кого-то, кто бы не стал язвить и уличать его в осторожности.
Вино помогало. После второго бокала Эдвиг уже позабыл думать о случившемся, и лежал в кровати, рассматривая схему поместья и программу за завтрашний вечер. Налив себе третий бокал и сделав еще один глоток, мужчина неуловимо для самого себя погрузился в ватную мягкость сна.

Следующий день был ярким до впечатлений. Старая Мадам постаралась на славу, видимо, пытаясь вновь заявить о себе всему свету. Сама же она чувствовала себя не очень хорошо и предпочла остаться в своих комнатах до ужина, в то время как гости развлекались богатыми на деликатесы завтраками и обедами, пикниками, садовыми играми, выступлениями тренированных диких животных и ривенийских акробатов. Разумеется, все это было лишь началом, небольшой закуской перед настоящим шоу, назначенным на поздний вечер.
К четырем часа по полудню Эдвиг и его трое кузенов Бертрам, Роналд и Клод были уже весьма пьяны от сочетания молодого вина, жаркого летнего солнца и внимания привлекательных женщин, для которых этот прием был первым в жизни. Закусывать они, конечно же, как и многие молодые люди, забывали.
После фуршета, устроенного в “белой” гостиной перед началом выступления привезенной из Вал Руайо оперной дивы, мужчины успели немного протрезветь и даже переодеться в свежую более нарядную одежду. В конце концов, именно к вечеру в поместье собирались настоящие сливки общества, перед которыми стоило держать достойное лицо, а так как Тревельян был единственным представителем своего рода, то эта участь выпадала на его долю.
После обеда начались танцы. Эдвиг любил танцевать, но из-за своей работы в армии почти всегда пропускал местные марчанские приемы, поэтому этот вечер в Вал Шевэне был ему отдушиной. В толпе приглашенных было много новых лиц, а среди них - много красивых молодых девушек. Наверное, когда он видел некоторых из их в последний раз, им было по тринадцать лет, но сейчас они уже были достаточно взрослыми, чтобы сидеть за столом на равне со своими родителями, флиртовать с мужчинами и выразительными взглядами напрашиваться на танец. И вот тут Эдвиг не мог им в этом отказать. 

Ближе к полночи, когда звонкая выразительная музыка для парных танцев утихла, сменившись тихими мелодичными мотивами, исходящих из камерных кабинетов и гостиных, Тревельян вновь был пьян. Но в этот раз он совсем не думал трезветь, так как большинство гостей, которые еще не успели разбежаться по спальням, были примерно в таком же состоянии подпития.
Эдвиг сидел в полумраке гостиной, где женщина лет тридцать вслух читала нудные стихи под аккомпанемент экзотического струнного инструмента. На колене мужчины сидела еще более пьяная чем он мадам Мортен, которая хохотала над каждым его комментарием и без устали напоминала, что, несмотря на то, что она его старше, она все-таки является его очень дальней племянницей. Тревельян игнорировал что-то ищущие под его камзолом руки женщины и безотрывно рассматривал дочь мадам Мортен, сидящую на другой стороне комнаты. Ей было то ли семнадцать, то ли девятнадцать, у нее был звонкий смех и идеальная мягкая кожа. Стоило отдать должное, она тоже смотрела на него, Эдвиг замечал это каждый раз, когда пламя свечи отражалось в ее темных глазах.
В какой-то момент леди Мортен поднялась и вышла из комнаты, и Эдвиг, подождав несколько минут, извинился перед ее матушкой, пообещал скоро вернуться и последовал следом за девушкой.

Несмотря на то, что Эдвигу казалось, что он успел запомнить план особняка, в данный момент он понятия не имел, где они находились. В коридоре горело лишь несколько свечей, скрадывая две сжавшиеся в алькове фигуры полумраком. Откуда-то издалека доносились приглушенное пение с клавишными и мужской хохот.
- Я думала вам больше нравится моя матушка… - успела говорить глупости сквозь поцелуи леди Мортен. Эдвиг вновь накрыл ее рот своими губами, жадно пробуя на вкус ее дыхание и горечь вина. Он больше не хотел слушать о ее матушке, да и о других родственниках, но девица продолжала чувствовать себя немного сковано. Возможно, она просто никогда не попадала в подобные ситуации. Возможно, в ее мире эти поцелуи никуда дальше еще не заходили.
- Нет, нет, милая… как ты могла такое подумать. - бормотал Тревельян, безуспешно пытаясь вспомнить ее имя. Прижав девушку к стене, он приподнял тяжелые слои юбок и заскользил своей ладонью вверх по горячему женскому бедру. Леди Мортен тихо взвизгнула, не отрываясь от поцелуя, и напряженно сжала ноги. Эдвиг с сожалением отметил, что ему придется потратить какое-то время на раскрепощение невинной девушки, и, возможно, он был не прав в том, что решил отвергнуть предложение ее матери. - Не бойся.
- Как же не бояться, мессир… - зашептала леди Мортен, когда мужчина разомкнул очередной поцелуй. - Что, если матушка узнает? Я же помолвлена.
Все еще придерживая юбки, Тревельян усмехнулся и опустился на колени, чем еще больше напугал девицу. - Создатель, что вы делаете!
[icon]http://sg.uploads.ru/t/6LRUv.png[/icon]

Отредактировано Эдвиг Тревельян (2018-01-25 03:06:06)

+1

9

"Больше никогда!" - таким был краткий и цензурный вывод Табрис к вечеру дня-торжества. Самым ироничным было то, что безграничную усталость чувствовали слуги и, пожалуй, сама престарелая Мадам, которой этот праздник, уж точно - последний крупный праздник; но как старая монна стоически превозмогала и делала вид, что ей весело на вечернем банкете, так и Каллиан, поняв, что дальше медлить нельзя, двинулась искать сокровищницу этого милого рассадника шика и блеска.
Сокровищницу она нашла и порадовалась заблаговременно приспособленным на бедра, прикрытые складками скромного платья служанки и передника, тесемки-ремешки с закрепленными на них мешочками для драгоценностей и отмычек: шла воровка по-крупному, решив золото не брать, только гарнитуры украшений и только самые красивые из камней. Всё равно много и незаметно не унести.

Подобраться к хранилищу, что было не далеко от господских покоев, было нелегко, но у Фенек уже было какое-никакое, а понимание распорядка ходов стражников и сейчас почти все столпились на первом этаже, где кутеж и веселье перешли в упадническую стадию: "упал задницей на мягкое сидение и тискать бы кого-то за мягкие места". Табрис была совершенно не против, чтобы все-все гости, хозяева, охрана и слуги замка перепились и пере... перевалялись. Ей бы легче было.

Замок, как старая святая сестра, не поддавался до последнего. А за ним второй. И третья потайная конструкция, если не отключить которую, дребезжали бы тревожные колокольчики где-то в караулке. Но! Каллиан всё сняла, всё обезвредила и чувствовала себя удовлетворенной и разгоряченной одновременно, толкая массивную дверь и проникая в комнату без окон, но с зеркалами, что была похожа на дамский будуар, но по размерам сравнима с малой столовой.
Воровка плотно прикрыла двери и, следя, чтобы не было никаких ловушек, принялась за методичный осмотр - так и было - почти все подарки уже были снесены в хранилище. Каллиан даже заприметила шкатулочку, что была в комнате того наглого дворянина. Открыла ее - красивый рубиновый браслет отправился куда ему полагалось - в лапы рыжей лисы. И с потайной "кармашек".
За полчаса Фенек набила все прикрепленные мешочки и попробовала пройтись - не звенело, но походка теперь несколько напоминала походку портовой дамы - иначе ремни на бедрах, закрепившие всю конструкцию припрятанных драгоценностей, терли и побрякушки звенели.
Пора было уходить.

Но, обыскав все помещение, эльфийка не нашла второй резной шкатулочки. А жаль. Если к браслету еще шло что-то с рубинами, она бы не отказалась прихватить.
Выходить было страшнее.
Лишь когда в коридоре стало тихо, Табрис вынырнула и, убедившись, что рядом никого, замкнула дверь на первый замок, чтобы не сразу догадались, что тут были воры, а потом поспешила отправиться прочь, выбрав для этого ход через первый этаж и крыло слуг.
Но всё, конечно же, было не так просто.
Внизу, в укромном уголке, кто-то развесело проводил время.
Каллиан не знала как полагается вышколенным слугам реагировать на это, а потому держалась в тени. И девица, закусившая губу и откинувшаяся головой назад, судорожно сжимающая пальцы на складках своих юбок и плече мужчины, явно ее не могла заметить - переживала сложную бурю ощущений, а мужчина... пожалуй, спиной смотреть ещё не научились.
Фенек клыкасто улыбалась, притаившись за углом и не отказала себе в извращенном удовольствии несколько минут понаблюдать за этим безобразием - хотя бы потому, что девица выдохнула, едва не сорвавшись на всхлип, знакомую фамилию.

"Мало того, что ты со слугами, как с собаками, так еще и чужих девок портишь?! Хорош!" - Каллиан почти радостно восхитилась, а потом тихо отстранилась и пошла прочь от этого уголка, где тоже происходило если не воровство, то грабеж чужих наивных грёз. Впрочем, девице могло и понравиться, если её любовник начинал так ласково.
Но теперь у Каллиан было желание сделать пакость ближнему. И, заодно, поискать недостающие части гарнитура.
Она прилежно забрала в одном из залов разнос с грязной и битой посудой, отнесла его на кухню, чтобы мелькнуть, а потом направилась во флигель. Сначала - в каморку слуг, где отцепила все сокровища от себя, скатала с обивку-тряпку лежака и этот сверток, пробравшись по саду, протолкнула через кованную изгородь - та была слишком высокой, чтобы ее можно было быстро перелезть, зато спрятать сразу же в тени куста чего-то цветущего мелкими белыми цветочками, можно было даже архидемона.

Конечно же, если бы Каллиан сейчас полезла через забор, история на этом закончилась бы, но...
Но злопамятность и жадность - это два порока, на которых стояла и прыгать будет Каллиан Табрис! Она вернулась в гостевой флигель и, оставив при себе пару отмычек, легко вскрыла плевый замок на дверях, закрыла за собой дверь и, не зажигая свет, постояв, дожидаясь, пока глаза привыкнут к свету, принялась шарить по комнате, выискивая где Тревельян припрятал свои сокровища. Если, конечно, они у него остались.
С неудовольствием решив, что если ничего не найдет, то просто отомстит, Табрис зыркнула в сторону полного кувшина с вином, что дожидался своего "хозяина". Пристроить такую радость над дверью ничего не стоило.
Но сначала...
Да! Нашла!
С ликованием, эльфийка открыла шкатулочку, цапнув драгоценности.
И в этот момент по коридору раздались шаги.
Первый миг Фенек просто замерла, определяя, куда идет человек, а, поняв, что он идет в эту сторону, метнулась беззвучно в угол у двери, уже понимая, что надежда есть только на то, что Тревельян слишком пьян, чтобы понять, что у него открыто и кто-то рылся (неаккуратно) в вещах.

Отредактировано Каллиан Табрис (2018-01-28 23:06:04)

+1

10

Леди Мортен, которая, казалось бы, уже приняла свою участь, расслабилась и даже начала получать удовольствие от происходящего, вдруг вновь сжалась и уперлась своими ладонями в голову Эдвига, исчезнувшего у нее под юбками.
- Постойте! Мы не одни! - зашептала она, - Я, кажется, что-то видела… остановитесь, я вам приказываю! - уже вслух запричитала девушка, отталкивая от себя мужчину.
- Вам, наверное, показалось. - донесся пьяный ответ Эдвига из-под платья, который настырно продолжал пытаться разобраться с лентами на шелковых панталонах.
- Создатель… это был знак Создателя. Матушка была права, он всегда за мной присматривает, чтоб я не наделала глупых дел.
- Глупофти. - вторил ей Тревельян, закусив зубами шелковую материю белья и потянув его вниз.
- Нет-нет-нет! - запротестовала леди Мортен уже громче и ринулась в сторону. Поняв, что Эдвиг пытается ее удержать, женщина не растерялась, достала из обитой бисером сумочки веер и наотмашь ударила своего визави по лицу, явно не рассчитав силу своего удара. - Ох! Простите, я совсем… не хотела.
Марчанин, стоявший на коленях без какой-либо опоры, даже не мог предположить, что его начнут бить, поэтому не удержался и упал на бок.
- Мессир! Мессир Тревельян, вы в порядке?
- Идите на хрен, леди Мортен! - зло ответил ей Эдвиг, продолжая лежать на полу и потирая свою щеку. - Желаю вам приятных снов и жду не дождусь вновь с вами увидеться.
Девушка, смекнув, что ей будет лучше все-таки уйти, оправила юбку, еще раз с сожалением посмотрела на лежавшего недо-любовника и поторопилась вверх по коридору в сторону музыки.

По пути к себе в комнату, Эдвиг выпил еще по парочке бокалов вина с Бертрамом, который беззаботно трещал о том, как ему сегодня повезло аж с двумя женщинами и эльфом. В одно и то же время! Бертрам слыл еще тем бабником, поэтому обычно к началу приемов у него уже было организовано развлечение на ночь. Обычно Тревельяну нравилось слушать его истории, хотя бы потому, что он понимал, что в некоторых похождениях он бы предпочел никогда не участвовать, но именно сейчас рассказ кузена его только раздражал. Отмахнувшись от Бертрама, Эдвиг подцепил кувшин вина и направился в сторону гостевого флигеля.

В гостевом флигеле было почти спокойно, и только из крайней комнаты доносился приглушенный мужской смех, женские визги и ритмичные звонкие удары, словно бы там свиней пороли. Достав из кармана ключ, Эдвиг попытался открыть дверь в свою комнату. Ключ все никак не попадал в отверстие, но Тревельян к своей радости обнаружил, что дверь была отперта. У него даже мысли не возникло, что в последний раз он оставлял комнату закрытой.
Не глядя захлопнув за собой дверь, Эдвиг прошел в комнату и, уперевшись рукой в постамент кровати, принялся лениво стаскивать с себя сапоги. Успев стянуть с себя только один, мужчина вдруг почувствовал, словно бы на него кто-то смотрит. Он оглянулся через плечо и замер. Неужели он не заметил, как эльфийка зашла за ним следом?
Его взгляд упал на шкаф, в котором одежда, которую девушка так услужливо ему сложила, теперь была в беспорядке так, словно бы кто-то в ней рылся.
- Что такое, Лиан? - Тревельян ухмыльнулся, направляясь обратно к двери и в этот раз запирая ее на ключ изнутри. - Так же тебя зовут, да? Ты как раз вовремя. Не поможешь ли ты мне сложить одежду в шкафу? Снова.
Мужчина чуть покачивался, но сама ситуация его в миг отрезвила. Спрятав ключ в карман, он облокотился о косяк двери и пытливо посмотрел на Лиан. Он уже успел проанализировать случившееся, но очень надеялся, потехи ради, что у эльфийки найдется алиби и она снова обвинит его в том, что он подозревал о ней худшее.
- Пришла меня проведать, а?
[icon]http://sg.uploads.ru/t/6LRUv.png[/icon]

Отредактировано Эдвиг Тревельян (2018-01-29 01:55:13)

+1

11

Каллиан надеялась, что Тревельян будет пьянее, чем он оказался, ведь сначала в комнату вошел аромат дорогих вин и разного пойла, а потом уже, чуть юзом, молодой мужчина. Всё при нем было - и косая сажень в плечах, и хорошие волосы и сундуки вот... с побрякушками. Видимо, не одну сегодня девицу ублажил и попробовал - вот бы и спать лег, прямо как есть, не раздеваясь.
А Каллиан, как положено презренной эльфийке, тихонечко, мышкой, проскользнула бы прочь. И всем было бы хорошо.
А утром богатейчику было бы плохо, но вино в кувшине у окна - похмелился бы, а что игрушку-побрякушку-украшеньице украли, так ведь следить за своими вещами надо.

Эльфийка внимательно следила за мужчиной, но и не думала нападать сзади - до последнего подозревала, что ей повезет.
Но... не подфартило.
Вмиг задеревеневшая спина мужчины сказала обо всем, а потом он обернулся и его взгляд должен был встретиться с по-волчьему или по-кошачьи отблескивающими в темноте глазами эльфийки.
Едва Тревельян шагнул к двери, Табрис прянула от нее, раздраженно наблюдая, кривя губы, как до мужчины все доходит и он запер дверь.
"Скотина." - Ох, как мысленно приласкала богатея эльфийка.

- Конечно. Проведать, убедиться, что всё хорошо. Вы шли очень неровным шагом. Неужели вы не слышали как я иду за вами? Зачем вы заперли дверь? - Надеясь (но так, скорее, для успокоения души своей воровской, что использовала и мирный вариант), Каллиан скорчила жалобливую гримаску.
- Вы ведь не думаете, что это я тут такой беспорядок учинила? Я так старалась и прибиралась вчера... - Побрякушки и отмычки были в кармане платья и Лиан бы хотела, вместе с ними, как-то улепетнуть отсюда. - Она сделала еще шажок вдоль стенки и попыталась вспомнить успеет ли до окна. Успеть-то в два прыжка успеет, но вот чтобы его открыть или высадить понадобится время и появится ненужный шум.
- Вы злитесь на меня? - Почти мурлыкая. Возможно, этого знатного засранца можно умаслить?

+1

12

Эдвиг не верил единому слову эльфийки. Если уж она и правда зашла следом за ним, то, по этикету, она должна была обязана как-то себя объявить и, конечно же, постучать в дверь. Едва ли этикет людей настолько сильно отличался даже от самых базовых правил поведения эльфов. Да даже дикий аввар в шкуре бы как-то обозначил свое присутствие в комнате, если, конечно, не планировал бесшумно бить дубинкой по затылку.
- Не слышал… в ушах звенит с тех пор как закончился балл. - Тревельян улыбнулся и вздохнул, расправляя свои плечи. Ему совершенно не хотелось выглядеть в глазах девушки угрозой, не сейчас. Он давал ей шанс объясниться и, может быть, вернуть краденное. Но то, наверное, было напрасно. - Это очень мило с твоей стороны - беспокоиться обо мне. А я-то думал ты на меня злишься после того как ты подумала, будто бы я решил, что ты можешь быть воровкой.
Движение Лиан в сторону не осталось незаметным для Эдвига, и он тут же посмотрел в сторону окна, которое, к его облегчению, было закрыто на щеколду. В отличии от зимнего поместья, в этом особняке были лишь одинарные рамы, и чтобы выбраться из комнаты было достаточно лишь открыть одно окно или же с легкостью выломать стекло. Взгляд Тревельяна упал на чайный столик, на котором все так же лежала шкатулка с серьгами для его матушки. Все с ней было в порядке, да вот только кто-то, открыв ее впопыхах, забыл закрыть шкатулку на замочек, крючок от которого теперь смотрел вверх.
Эдвиг недовольно сдвинул брови, чувствуя как злость и отвращение начинают одолевать его чувства. Он ни раз не попадал в ситуацию, когда какой-нибудь воришка подбирал что-то из его комнаты или кармана, и после каждого подобного вмешательства он чувствовал себя отвратительно, словно бы кто-то названный вмешался в его личную жизнь, трогал его личные вещи, заглядывал туда, куда бы ему не стоило. Попытки найти воров зачастую оканчивались безрезультатно, поэтому столкнуться с воришкой один на один и практически во время свершения кражи было большой удачей, и мужчина не собирался ее разменивать. Даже если Лиан была не при чем и действительно оказалась в комнате по какой-то иной причине, Эдвиг знал, что через нее хозяева смогут выйти на настоящих воров и даже не особо обратят внимания на то, что Тревельян уличил их прислугу в краже. В мире людей эльфам жилось не сладко, их права постоянно ущемлялись, и марчанин мог без проблем этим воспользоваться.
Решив на поднимать шума и для начала разобраться во всем самим, Эдвиг с воинской точностью поймал ладонью горло эльфийки и сжал свои пальцы на ее гортани. Он не душил, но проверял насколько хрупка женская шея под силой его мужской хватки. Сжав горло чуть больше, он приблизился к Лиан вплотную, не давая ей пути к отступлению, и нервно дернул губами, пытаясь улыбнуться.
- Немного злюсь. Кажется, кто-то пробрался в мою комнату, пока меня здесь не было. Перебрал все мои вещи и залез в шкатулку на столе. Не знаешь, кто?
Эдвиг на мгновение ослабил хватку, но затем только сильнее сжал пальцами покрасневшую под его пятерней шею Лиан. Убивать или как-то калечить воришку он совсем не собирался, но отомстить и устроить самосуд вполне мог, благо смесь выпитого алкоголя и фрустрация горячили кровь, призывая к насилию.
Потянув женщину на себя, Эдвиг, все так же удерживая ее пятерней, толкнул ее к кровати, вынуждая сесть, а затем и лечь. Забравшись следом, мужчина стал торопливо задирать ее передник и юбки, пытаясь найти хоть что-то, спрятанное от чужих глаз. При этом его взгляд внимательно следил за лицом Лиан и ее руками, на случай если она попытается его как-то остановить.

[icon]http://sg.uploads.ru/t/6LRUv.png[/icon]

Отредактировано Эдвиг Тревельян (2018-01-30 09:53:41)

+1

13

"Доиграешься." - Чутье, как всегда, оказалось право. Но что уж теперь.
Взгляды в полумраке комнаты отслеживались - светлые белки глаз Тревельяна прекрасно были видны эльфийке. Он заметил, узнал.
И воспользовался правом сильного и оскорбленного, как, наверное, думалось дворянчику.
Вскинув голову, не сопротивляясь и не дергаясь сильно, чувствуя крепкие тиски чужих пальцев, Каллиан, тем не менее, не хотела показывать где ее пределы терпения, прочности и слабости - она сдавалась чужим рукам полностью и сразу.

От мужчины несло выпивкой, а вот смотрел он почти трезвыми и очень злыми глазами.
- Кажется, тому, кто пробрался в комнату и залез в шкатулку... не поздоровится. - Говорить было трудно, но можно. Каллиан хватала воздух, и еще раз, когда получилось, а потом раздраженно и непроизвольно дернула ладонью, будто пытаясь оцарапать чужую грудь, оттолкнуть от себя мужчину.

Как хорошо, что на банкет не пускали с оружием. Здесь и сейчас, даже сейчас, Каллиан была уверенна, что сможет убить Тревельяна - достаточно отмычкой пробить его сонную артерию или же всадить ее в глаз дворянину. Но это шум и грязь. И мокрое дело. Фенек так не поступала. Она ненавидит всех ровно и предпочитает, чтобы люди убивали сами себя - с нее хватило. Нагеройствовалась. Она просто воровка.
До сегодня - очень удачливая воровка.

Эльфийка семенила-отступала, то вскидывая взгляд в глаза мужчине, то опуская веки - нельзя злить еще сильнее этого человека.
Но когда под ноги ударил борт кровати и пришлось сесть, а потом лечь; когда мужчина бесцеремонно дернул ткань ее одежд вверх, хотя Табрис прекрасно знала зачем, в первый момент она испугалась как девочка. А потом хрипло выдохнула, выгибаясь в спине, чтобы почувствовать как выпадают в ладонь из потайного кармана побрякушки.
- Пожалуйста. Не бейте меня. Я только подразнить вас хотела. Вы мне понравились, а просто так внимания вы бы не обратили... я... видела как вы сегодня с какой-то дамой... куда мне. - Вранье с привкусом дыма подгорающего лисьего хвоста.

Но Табрис завела ладонь с побрякушками, которые даже не рассмотрела - кажется, то были рубины, за голову, едва улыбаясь, как дурной и шальной улыбкой и раскрыла ладонь, показывая краденное.
- Забирайте их. Мы... можем договориться. - Каллиан не уверенна: она многое знает о человеческих зверствах, она многое видела, но сейчас положение неудобное, чтобы тихо обратить свою слабость в преимущество.
Проклятые принципы, которых так мало, что даже один заставляет споткнуться.
Кто бы подумал такое о Фенек: "Не убей лишнего".

Она не хотела убивать, а потому дышала взволнованно и всматривалась в чужие глаза, ища там что-то, кроме злости. На всем можно сыграть, если принципов мало. Если не все из них мешают жить.

+1

14

То как Лиан только поддакивала его словам, только сильнее злило Эдвига. Он успел поймать себя на мысли, что если бы только воришка призналась во всем сразу, то он бы даже передумал поднимать руку. А может быть и нет. Алкоголь смешивал мысли в непрерывном потоке гнева, и мужчине уже было сложно смотреть на ситуацию трезво. Вернее, он не мог помнить как бы он смотрел на такую ситуацию, не будь он под влиянием вина.
В ладони Лиан холодным огнем сверкнуло знакомое украшение - серьги для мамы. Девушка незаметно успела вытащить его откуда-то из-под платья. Сжав пальцы вокруг серег, Эдвиг медленно сдвинул их в сторону и положил возле подушки, так, чтобы он мог за ними наблюдать без необходимости вставать и перекладывать их на стол. Он беспокоился, что если ослабит хватку, то воришка тут же вырвется и успеет убежать или, что еще хуже, стукнет его по голове графином с вином. Вновь забравшись рукой под подол, Тревельян решил проверить, не спрятано ли там что-то еще, но, похоже, девушка только начала свой обход по спальням господ и не успела прибрать к рукам ничего стоящего кроме серег.
Или… неужели она и правда решила только его обворовать? “Подразнить”? “Понравился”? Эдвиг морщился от слов Лиан, так как не верил тому, что она говорила. Вот уж чем от эльфийки не веяло, так это симпатией в его сторону. И хотя ее внезапная раскованность тут же отозвалась теплом в его паху, мужчина все еще колебался и уговаривал себя, что эта эльфийка не только воришка, но и врунишка. Да и, наверное, за свою жизнь она не одного такого “барина” соблазнила дабы выбраться из щекотливой ситуации. Ведь все было при ней. И милое личико, и худые длинные ноги, и красивые яркие губы. Красивее чем у холодной леди Мортен, чей слащавый птичий голос напоминал ему о его бывшей пассии, которую он теперь видеть не мог.
- Не уверен, как мы сможем договориться. - Эдвиг пытался смягчить свой тон, но злость колко проскальзывала сквозь его отточенные слова.
Грубый материал льняной юбки сменился более тонким и деликатным прикосновением хлопка нижней юбки. Воин сглотнул и выдохнул. Чем выше по колену поднималась ладонь мужчины, тем ощутимее становился жар на кончиках его пальцев. Сдвинув нижнюю юбку вверх, он жестко обхватил худое бедро девушки и дернул ее к себе.
- Хотя… - он мрачно усмехнулся, пожевывая свои губы и расфокусировано глядя в лицо Лиан, - Молчание за молчание меня устроит.
Переложив ладонь, что он держал у шеи эльфийки сначала ей на челюсть, он надавил подушечкой большого пальца ей на губы, любуюсь как под давлением к ним приливает кровь. Затем он опустил руку ей на грудь, чуть выше солнечного сплетения, и с силой прижал обратно к кровати.
- Что у тебя еще там, под платьем? - прошептал Эдвиг, словно бы их кто-то мог подслушать. - Покажи.
Чувство безнаказанности на грани с риском быть ужаленным спрятанным лезвием или, еще интереснее, быть отшвырнутым магическим заклинанием, только подогревали мужской интерес. Если Лиан попыталась бы прибегнуть к одному из способов защиты, насколько насильным бы он не был, Тревельян был готов дать подобающий отпор. В конце концов, в комнате было много предметов для того, чтобы утихомирить дикую чертовку, если то ей придет в голову. По ней плакать не будут.
 
[icon]http://sg.uploads.ru/t/6LRUv.png[/icon]

+1

15

Серьги быстро перекочевали прочь из узкой ладошки Каллиан - она только выдохнула с искренним сожалением, а потом чуть нахмурилась: мужчина не отпускал, шаря по её платью одной ладонью. Ёрзая, Табрис умудрилась задвинуть складку пояска с отмычками себе под спину, так что лапища попранного защитника своей собственности только зря прошлась по шуршащей ткани раз, другой.
"Да ему же нравится!" - Догадка оцарапала всё нутро эльфийки, заставив взглянуть на Тревельяна куда более осознанным взглядом. Не то, чтобы таких ситуаций не случалось в жизни воровки, но... не так много, как о том бается во всяких похабных книжках.

Но, всё же, Тревельян рычал. И намекал, что полюбовно разойтись не удастся. Калиан запрокинула назад голову и жалобно выдохнула, надеясь, что её маска маленькой глупой эльфийки еще сработает: конечно, если бы изначально она не относилась к этому дворянчику так... холодно, это было бы удачнее. Будет ей наука.
Рука мужчины уже прошлась по тонким тканям нижней юбки: панталон эльфийки не носят, только простые тканевые обвязки, прикрывающие причинные места - чай, не дворяне, так что дальше была лишь голая кожа теплых бедер.
Сьехав вниз по кровати, от рывка Тревельяна, Табрис невольно, свободной рукой ухватилась за его широкое запястье, неотрывно смотря огромными глазами в пьяные глаза мужчины.

"Точно?!" - Прижатый палец к губам получил горячий выдох разозленной воровки. Она шарила взглядом по чертам лица дворянина куда ловче, чем перед этим обыскала его комнату. Смотрела, что меняется в выражении лица, когда Тревельян ведет ладонью, сжимает под тканью простого платья с шнуровкой спереди, как и положено простолюдинам, её грудь, вдавливает эльфийку в постель, чтобы не рыпалась.
- Чтобы что-то показать, мне нужно чуть больше свободы. - Хрипло выдохнув, стараясь сменить рычание на грассирующее мурлыканье, воровка повела ногой, упираясь пяткой в постель, чтобы заведенная ткань платья сьехала вверх, открывая узкую, но упругую голень, бледное окружье колена, полосу напряженного бедра.
Чем выше платье, тем плотнее складки, тем сложнее найти в них что-то острое.
Каллиан тронула концы шнуровки, вытягивая их, распутывая узелок-бантик.

- Я буду молчать, мессир. - Она сейчас очень честная. - Если вы не попросите сами, чтобы я... - Лукавая улыбка лицедейки, забившей свою ненависть, пока та не помогает выжить, куда поглубже. Но продолжения фразе нет, только улыбка воровки становится шире.
Мужчины ведь засыпают после значительных усилий? Это хорошо. И если её не будут бить - очень хорошо. Пусть только ослабит чуть тиски рук, пусть только увлечется дворянчик.

Отредактировано Каллиан Табрис (2018-02-06 12:38:06)

+1

16

Согласилась. Неужели согласилась? Эдвиг удивленно дернул бровью, все еще пытаясь припомнить их прошлые разговоры, уличить воровку во вранье, найти основания, чтобы не доверять ей полностью. С другой стороны, куда она от него убежит? Замутненный вином рассудок начал расслабляться, поддаваться на провокации со стороны той, что все еще контролирует ситуацию больше, чем он сам.
Теплая кожа под пальцами манила попробовать больше, сдвинуть ладонь выше по бедру и выпутать девичьи ноги из подвязанного исподнего, сделанного из немного грубой ткани. Это было ново, необычно. Эдвиг никогда не был с женщиной из низкого сословия, настолько низкого, что о ее судьбе едва ли кто-то переживал. Одежда Лиан была слишком простой, даже прислуги в доме Тревельян носили что-то из более дорогой ткани, но под слоями хлопка и льна находилось молодое женское тело, которое едва ли отличалось от тел особ аристократического происхождения. Единственными физическими отличиями были лишь рост, более узкие бедра и небольшая грудь. И, если честно, подобный склад Эдвиг предпочитал любому тяжелому декольте, утянутому в бархат.
Пальцы мужчины непроизвольно сжались на бедре, когда Лиан дотронулась до его запястья, но рассеянный взгляд тут же перефокусировался на обнаженную бледную коленку, и Эдвиг чуть отпрянул, позволяя Лиан немного расслабиться.
Все еще прижимая эльфийку своим весом к матрасу, мужчина сел, выпрямившись, и послушно проследил за тонкими женскими пальчиками, распутывающими корсаж платья и обещающие больше нагой кожи.
- Молчи. - Тревельян потянул за рукав своего пиджака, снимая его, чувствуя как жар начинает липнуть к его груди и лицу. Еще не хватало, чтоб их кто-то услышал. Кто-то вроде Бертрама, который бы разболтал всем на свете с кем провел ночь его кузен из Оствика. И Эдвиг не сомневался, что какими-то таинственными путями, тому обязательно удасться выведать кто был его визави.
Улыбки и ужимки Лиан уже не казались враждебными, и Тревельян позволил себе немного расслабится. Сбросив пиджак на пол, он ухватился за ворот своей рубахи и так же стянул ее прочь. Медленно оголяющаяся женщина, распластанная прямо перед ним и кокетливо демонстрирующая бледность внутренней стороны бедра, заставляла его желать большего. Увидеть больше. Почувствовать больше. Жар, словно лихорадка, зачиненная алкоголем, расползался по всему телу и оседал в паху, и в какой-то момент Эдвиг решил, что эльфийка двигается слишком уж медленно. В иной день ему бы понравилось следить за ее неспешными дразнящими движениями, но сейчас ему уже не терпелось увидеть ее нагой, а еще лучше - с разведенными бедрами, ожидающей от него первого шага.
Мужчина дернул за ленту снизу, помогая Лиан распустить корсаж, и поддел пальцами несколько застежек, сдерживающих верхнюю часть одежды. Забравшись одной ладонью под  сорочку, Эдвиг нетерпеливо сжал пальцами небольшую, как он и надеялся, и упругую грудь эльфийки. У него совершенно не было желание целовать ее губы, но похоть заставляла вжаться во что-нибудь своими губами и языком, почувствовать запах и вкус чужой кожи. Наклонившись вперед, Тревельян подхватил ногу Лиан, закидывая ее себе на поясницу, и прикусил раскрасневшуюся от хватки его пальцев кожу шеи, оставляя небольшой засос. Воришка пахла чем-то чистым, словно бы мылом, но отсутствие дорогого парфюма позволяло оценить настоящий запах ее волос и тела. Эдвиг вжался в женское тело своим, отираясь членом под тканью брюк о бедро в поисках большего соприкосновения.

[icon]http://sg.uploads.ru/t/6LRUv.png[/icon]

Отредактировано Эдвиг Тревельян (2018-02-06 13:44:13)

+1

17

Дворянчик почти полностью сменил гнев на милость, стоило только показать себя как послушную, пусть и продажную девицу, только вместо серебрушки-другой Каллиан доставалась ее свобода. А свою свободу воровка оценивала куда выше, чем горсть серебра. Гораздо выше.
Послушно кивнув, наблюдая как умело, продолжая держать ее, Тревельян быстро и умело снимал свое парадное убранство, эльфийка приметила для себя, что всё будет гораздо сложнее: молодой дворянин не путался руками в рукавах и его движения еще были точными, пусть и размашистыми, неэкономными.
Пропустив между пальцев ленты шнуровки, демонстративно оттягивая ладонь, когда ткань сначала тянулась, очерчивая округлости и каждый изгиб фигуры, а потом, когда концы лент вылетели из петель, опадала, раскрываясь в стороны, открывая тонкое нижнее платье, Каллиан думала про себя, но вот Тревельян торопился.

Лишившийся и рубашки дворянчик уже сам помогал раздеваться служанке. О, это было смешно. будь Табрис, и правда, служанкой, она бы обратила это в жестокую шутку: у кого еще в горничных побывал сам... кто он там? лорд? банн? эрл? А, да какая разница. Это было смешно и улыбка, одна из редких искренних, изогнула приоткрытые губы воровки.
Беззвучно приоткрывая рот на выдохе, оказываясь прижата бедром к мужской пояснице, свободная руками, которым больше нет нужды играться со шнуровкой, рыжая ощутила на себе всю тяжесть и напряжение вжимающегося в нее, целующего в шею мужчины: он был настойчив, легко можно было ощутить и обрисовать мысленно всё... перспективы.

Даже темные волосы Тревельяна пахли вином и чем-то крепким. Парфюм? О, любят же эти дворяне. Табрис совершенно однозначно подалась вперед, напрягая бедра, прижимаясь и вновь чуть отдаляясь, покачивая задницей, чувствуя, что сама уже совершенно не прочь сыграть в эту игру в порочную добродетель.
Она не закрывала глаз, тихо и нарочно выдыхая на ухо склонившемуся: "Я помогу" - горячее дыхание эльфийки обжигало чужую мягкую кожу мочки уха. Каллиан, за руками которой увлеченный ощущениями мужчина, должно быть, совершенно перестал следить, стаскивала верхнее платье, быстро пропуская меж пальцев поясок, пока подушечку указательного не уколола острая спица-отмычка.
Её-то рыжая и выдернула, пряча меж пальцев и обнимая мужчину за шею, вновь отираясь, заставляя чувствовать как тонкие ленты ткани обвязок становятся теплее, а запах её тела усиливается. Будто разгоряченная и обезумевшая девка из "Цветущей розы", Каллиан огладила молодого дворянчика по спине, а после забрала волосы на его засылке в горсть и приставила к сонной артерии, чуть уколов, обозначая границы намерений, спицу.
- А теперь ты будешь хорошим мальчиком и тоже не будешь кричать и мы разойдемся... полюбовно. - Удовлетворенно выдохнула, дернув за волосы, заставляя смотреть на себя, воровка.

Отредактировано Каллиан Табрис (2018-02-06 14:44:21)

+1

18

А ведь Эдвиг ожидал, что это могло случиться, но в момент, когда холодный метал коснулся его разгоряченной кожи, растерялся от произошедшего. С чего он решил, что опасность миновала? Он замер, все еще прижимаясь губами к шее Лиан, и выдал судорожной вздох. Было сложно понять, что именно приставляет к его гортани эльфийки, но это что-то было достаточно острым, чтоб лишить его жизни в мгновение. Позиция, в которой он находился, была неудобной, и у воришки были очевидные преимущества в том, что она собралась делать.
Когда девушка дернула его за волосы, он тут же повиновался и медленно приподнялся, чувствуя как колкий предмет все еще давит ему в шею. Подняв ладони на уровне плеч, он показал Лиан, что ей не стоит опасаться и что он готов подчиниться ее желанию. Сердце пропустило удар, и Эдвиг запоздало подумал, что эльфийке ничего не стоило его убить, забрать серьги и выпрыгнуть в окно. Ее никогда не отыщут и никогда не накажут, а вот матушка будет переживать из-за смерти сына. И за украденные сережки.
- Хорошо… хорошо… - мужчина поморщился, когда острие только сильнее надавило на натянутую от напряжению кожу шеи. Из-за неосторожного движения, которое он сам спровоцировал, проверяя хватку Лиан, лезвие прошло чуть глубже, и Эдвиг почувствовал как собравшаяся капля крови скатилась к его ключице. - Твоя взяла. Я тоже умею быть тихим.
Сердце безустанно стучалось о клетку ребер, словно пытаясь выпрыгнуть из груди, но уже не от похоти, а от адреналина, сковавшего тело в страхе за собственную жизнь. Тревельян не знал, что ожидать от Лиан в данный момент, поэтому решил дать ей возможность делать то, что она хотела. Он тянул время, чтобы узнать о своем враге чуть больше.
Девушка поднялась за ним следом и дотянулась до его рубашки, что лежала на краю кровати. Ее действия не нуждались в словах, и Эдвиг с готовностью опустил свои руки и сложил ладони, вытягивая их навстречу Лиан. Тут были возможны два варианта событий: первый, в котором она решила связать его запястья, и второй, в котором она решила его придушить и обставить все так, что дорогой гость умер от передозировки алкогольных напитков и от неоднозначных сексуальных извращений. Ему, конечно же, симпатизировал первый вариант со связанными руками. Отбиваться так было бы сложнее, но зато была надежда на то, чтобы остаться живым.
Кажется, девушке тоже нравился вариант со связыванием. Да вот только проблема состояла в том, что одной рукой связывать было неудобно, а завязывать узел из длинных рукавов рубашки было дело хитрым и небыстрым. Давление острия на шею то увеличивалось, то ослаблялось, и Эдвиг, наблюдая за торопливыми движениями эльфийки, примечал в какие моменты ему было бы удобнее отстраниться.
Одно запястье было связано, но второе все еще было достаточно свободным, и, кажется, воришка планировала привязать мужчину к крепкому заголовью кровати. Тревельян послушно перемялся с колена на колена, придвигаясь ближе к подушкам, и вновь почувствовал как рука Лиан чуть дрогнула, и лезвие уже не впивалось с той же силой, что она пыталась поддерживать.
Сейчас, или никогда. Мысль о том, что эльфийка все еще держит его под контролем улетучилась за секунду, и Эдвиг с силой дернул свои запястья к себе и локтем ударил руку эльфийки, удерживающую колкий предмет. Царапина резкой болью отозвалась вдоль шеи, но по ощущениям это был лишь поверхностный порез. Выдернув левую руку из хлипко затянутой петли рукава, мужчина поймал кулак Лиан, сжимающий оружие, и крепко сжал, чувствуя как хрустят суставы женских пальцев, впивающиеся в холодный метал.
Воин был больше и сильнее, ему почти не стоило лишней силы ударить Лиан по лицу и перевернуть ее на живот, вновь подминая под себя. Вновь почувствовав, что контролирует ситуацию, Эдвиг только больше разозлился. Его компромисс встретили насилием, и теперь он не мог сдерживаться, чтобы не ответить тем же.
Правой рукой, что все еще была обмотана рубахой, он дернул за юбки эльфийки, стягивая их прочь до ее колен. Где-то там в складках ткани было спрятано еще больше отмычек, но он был не намерен сейчас с этим разбираться. Под его пальцами одежда из дешевой материи расходилась на нитки, и вскоре на Лиан не осталось ничего кроме нижнего полупрозрачного платья и жилетки с корсажем. Вцепившись пятерней в рыжие волосы, Эдвиг дернул голову Лиан на себя и наклонился вперед, дотрагиваясь губами до ее оголенного эльфийского ушка.
- И разойдемся мы полюбовно. - со злостью выплюнул слова марчанин, - Подними бедра.
В этот раз он не расслаблялся и следил за каждым движением своей добычи, что не мешало ему желать скорой близости. Рисковая ситуация, в которую он только что попал, только сильнее подогревала жар похоти, и теперь он не был намерен ждать дольше. Звякнув бляхой пояса, Эдвиг дернул за завязки на ширинке своих брюк, и стянул их ниже к бедрам.

[icon]http://sg.uploads.ru/t/6LRUv.png[/icon]

Отредактировано Эдвиг Тревельян (2018-02-07 03:03:14)

+1

19

Все шло так удачно: наблюдать за сменяющимся выражением лица дворянчика было само удовольствие, правда. Видимо, это и сыграло злую шутку с воровкой. Она заигралась: чего только стоило приказать подвинуться к стенке, а потом ударить мужчину его же затылком о стену, ласково (почти) обеспечивая себе тело в беспамятстве.
Нет - хотелось большего. Правда - хотелось и сильно, а по-нормальному, полюбовно, сведя все на игрища, уже было поздно поворачивать.
Каллиан тихо и хрипло командывала, соскользнув ногой с чужого тела, в темноте цепляя свободной рукой рубашку мужчины:
- Руки. И не ори. Я быстрее.
Руки он подал.

Было сложно и страшно. Так Табрис еще никогда не поступала. Но получалось!
А потом все пошло не так - вместо того, чтобы сдвинуться и тихо-мирно быть привязанным, Тревельян дернулся, будто мало было ему уже одного кровавого пятна на шее и...
Каллиан не успела даже вскрикнуть: ее руку крепко сжали и тут же прилетело по лицу оплеухой, такой, что в ушах зазвенело, а половина лица будто онемела.
Рыжая потеряла концентрацию, чувство времени на миг и уже распластана под дворянином, который разрывает ее одежду.
Брыкнувшись, получив внушительный тычок по ребрам, Каллиан глухо застонала в матрац, а когда Тревельян зашипел ей на ухо, вздрогнула, выгнутая, потянувшись за движением руки мужчины, ухватившего ее за волосы.

Он был сверху, во всех смыслах, но это не значило, что рыжая хочет сдаться.
Она прогнулась в спине, а в голове билась мысль, что можно выскользнуть и ринуться к двери, но это шум и скандал и, несомненно, потом колодки и отрубленные руки, потому что все бросятся проверять свои драгоценности.
Следовало молчать и терпеть.
То, что еще пару минут назад было, действительно, почти полюбовным удовлетворением похоти, теперь...

Сглатывая горячую слюну, воровка уперлась пальцами ног и коленками в постель, приподнимаясь в бедрах, в самой унизительной, как сейчас казалось, из поз.
Мужчина тяжело дышал, Каллиан слышала как шуршит ткань, взвякивает метал. Она чувствовала как сама мелко трясется и невольно напрягает бедра, пытаясь свести ноги и закрыться, хотя и пылала дурным возбуждением - тело не остывает так просто от ужаса разума. Каллиан закрыла глаза, сжимая кулаки, готовясь, вернее - напряженная, по-глупому, будто маленькая, вместо того, чтобы расслабиться.
Частью души воровка еще надеялась, что шем пожалеет ее, остановится.

Отредактировано Каллиан Табрис (2018-02-07 03:43:59)

+1

20

Лиан слушалась. Видимо звонкая пощечина по лицу успела ее отрезвить, и девушка на время перестала ужиматься и пытаться думать о побеге. Эдвиг удовлетворенно улыбался.
Кожа на ладони саднила жаром, и можно было только догадываться как болезненно вышла оплеуха прочерченная нетрезвой рукой бывалого воина. Он надеялся, что боль осадит эльфийку и заставит ее передумать о возможном сопротивлении. В конце концов, Тревельян никогда не был склонен к пыткам и продолжительным мучительным унижениям других, и смотрел на случившееся как на своего рода увлекательную игру с моралью: побежденные уходят с пустыми руками и неприятными воспоминаниями. Ведь это ее научит, да?
Неся власть в своих руках, Эдвиг хоть и жаждал скорого контакта, но все-таки не торопился по-быстрому самоудовлетвориться. Как любой мужчина он хотел нравится женщине и доставить ей хоть какое-то удовольствие, хотя прекрасно осознавал, что в случае насилия он вряд ли добьется обоюдных чувств. Это было скорее фундаментальным чувством, заложенным в гены еще предками, ведь он был победителем, лучшим, и тот факт, что женщина его “выбрала”, уже обязывал к удовлетворению не только своих собственных, но и ее потребностей. Подсознательное играло дурную шутку в ситуации, где все могло быть проще.
Поднятые женские бедра возымели нужный эффект, и Эдвиг опустил свою руку на член, медленно сжимая его пальцами и сдвигая тонкую кожу вдоль ствола. Он был уже тверд и не нуждался в дополнительных ласках, но мужчина сжимал себя лишь для того, чтобы расслабиться, дабы подкатывающие приливы жара в паху не заставили его спешить.
Положив саднящую ладонь на округлые ягодицы, Тревельян сдвинул сорочку Лиан к пояснице и опустил бесстыдный взгляд между ее ног. Вид рыжеватых курчавых волосков вдоль полных половых губ заставил его улыбнуться и вспомнить, как он не мог поверить своей рыжеволосой подруге, что у нее все везде рыжее. И даже “там”. Он потом, конечно же, проверил, но тот секс был гораздо менее запоминающимся чем этот обещал стать.
Продолжая массировать член, Эдвиг придвинулся ближе, упираясь головкой в бледное бедро Лиан, а указательным и средним пальцами другой руки проник между ее половых губ, расстирая жар и влагу между подушечками пальцев. Ком предвкушения подкатил к глотке, и мужчина хрипло сглотнул и выдохнул.
- Вот так… я - хороший мальчик. А ты - хорошая девочка. - усмехнувшись и облизав пересохшие губы, Эдвиг нажал пальцами на мокрую расщелину у основания губ и медленно проник ими внутрь. Лиан оказалась уже достаточно влажной и расслабленной, и ее влагалище почти сразу впустило первые фаланги внутрь. - Подвигай бедрами навстречу и сожми покрепче, - подсказал Тревельян, проталкиваясь пальцами все глубже, пока они не были полностью скованы упругими внутренними мышцами.
Ощущение контроля мутнило рассудок, и только щиплющая рана на шее напоминала о том, что даже в такой ситуации нельзя было терять концентрацию.
Пальцы скользили все проще, сопротивление почти исчезло, и Эдвиг медленно их вынул. Перегнувшись через поднятые бедра Лиан, мужчина вновь схватил ее за волосы, поднимая голову, и сунул влажные пальцы ей под нос.
- Уже течешь как сука. - он низко рассмеялся и выпустил ее волосы. Кажется, алкогольное опьянение накатывающими волнами вновь стало ударять ему в голову. Когда он отпрянул, комната заметно накренилась, и воин чуть пошатнулся.
Выпутавшись из штанов и оттолкнув их пяткой на пол, Эдвиг притянул Лиан за бедра к себе и уперся членом между ее ног. Чувствуя как сжимается и поднимается в предвкушении мошонка, Тревельян размеренно потерся головкой о влажные от пота и смазки половые губы и медленно толкнулся бедрами навстречу женщине.

[icon]http://sg.uploads.ru/t/6LRUv.png[/icon]

Отредактировано Эдвиг Тревельян (2018-02-08 08:05:14)

+1

21

Лицо болело, но это была малая боль всего спектра, к которому Каллиан готовилась. Когда-то, давным давно, в другой жизни, одна взбешенная рыжая не успела спасти одну наивную рыжую девочку. Мир скалился кривым зеркалом - Табрис никто даже не подумает спасать, потому что она одна у себя, своя собственная и, попавшись на псарне, лиса может быть только задрана, если не успеет сбежать, если не успеет забрать с собой побольше глупых лающих тварей.
Ткань сорочки задралась вверх - воровка почувствовала и мазнувшую по коже прохладу, и липкий жар чужой ладони. И не только ладони: тяжело дышащий, склонившийся, и, несомненно, мерзко ухмыляющийся человечишко упирался своим членом, пристраиваясь.
"Быстрее, сволочь!" - Сцепив зубы, Табрис была почти готова рычать: гортань драло напряжением. Вдоль позвонков, будь там шерсть - вздыбилась бы. Каллиан, от кончиков острых ушей, до ногтей на ногах, была напряженным злым комом ненависти. И ненависти к себе - тоже.
Она не должна была попадаться!
Она могла не попасться, не заиграться, не потерять контроль!
Она могла отступить от траханного принципа и убить!
Но теперь она сама будет...

Каллиан едва не подавилась вздохом, не понимая, что происходит. Вернее - ощущая прекрасно - до пробирающих по коже мурашек и спазматического сжатия мышц, но не укладывая в голове: зачем насильнику (читай - человеку) вообще так делать. Эльфийка обернулась, как могла, кидая взгляд через плечо - в ржаво-рыжих глазах, взблескивающих почти по-кошачьему в сумерках комнаты, освещенной лишь одним дальним светильником со свечей за стеклом, в огромных донельзя глазах читалось удивление.
В такие игры шемы еще не играли с ней.

Губы человека двигались, он что-то говорил - Табрис не могла сразу концентрироваться на этом: она была между дикими ощущениями недоверия к происходящему и... удовольствием.
Когда разум пасует - просыпаются инстинкты. Древнее магии, они - сама магия и есть, наверное.
Сжимались тонкие, подобные хищной хватке, пальцы на покрывале, сминая его. Эльфийка подавалась назад, откидывая и голову, потому что так будто бы было легче. Менее невыносимо, когда человек, будто надрезав ей все сухожилия и раскрыв нервы, оголив, сняв кожу даже, лишь двигал пальцами, терзая абсолютно собственнически.

Вместо вдоха горячего воздуха, нагревающегося, кажется, от ее тела, Каллиан едва не поймала ртом уже издевательски подставленные пальцы. Голову пришлось задрать сильнее - дворянин тянул за рыжие патлы так, что самой хотелось их отрезать, оторвать. Тянул и отпускал.
Эльфийка тихо зашипела, откидывая от лица липнущие ко лбу тяжелые пряди, встряхнула головой.
Отрезвление было кратким: она на коленях, распластанная, побежденная.
...Но прежде чем едва почуявчая, что тяжесть чужой хватки ослабла, Фенек дернулась, человек потянул её на себя, медленно входя.

- С-с-сволочь. - Тихо... как "договаривались", зашипела эльфийка, вновь уцепившись пальцами в ткань, пытаясь выдохнуть. Вдохнуть и приноровиться, чувствуя как вновь сжала мышцы, как сама подалась бедрами, сама жадно выдохнула.
Сколько у нее не было мужчины? Лучше не считать. И не считать потом, что то, что происходило сейчас - острое, но удовольствие. Обойдется шем - пусть не надеется, что услышит что-то хорошее...
Вот только Каллиан шипит.
И плавится - и этим соврать не способна.
"Дура рыжая".

+1

22

Беспокойство за то, что их кто-нибудь услышит, улетучилось почти мгновенно. Эдвиг сорвался на тихий стон при очередном толчке навстречу худым женским бедрам. Очередная волна жара, лизнувшего пламенем его пах, чуть не вынудила его кончить. Так быстро, словно бы он делал это в первый раз. Он замер, переживая громкий стук в висках, который едва ли не утянул его в воронку скорого оргазма.
Не было ничего слаще ощущения, что тебе было все позволено. Что все, что ты пожелаешь, было выложено перед твоим носом на блюдечке, с откровенно поднятыми бедрами и затаившимся выжиданием. Эдвиг наслаждался самой ситуацией больше, чем близостью с женщиной, которая едва ли мечтала заняться с ним сексом. Секс, разумеется, был тоже очень приятным занятием, но в виду подпития, мужчина не так остро чувствовал физические прикосновения, и горел скорее от осознания действия.
Тревельян вышел из Лиан и отстранился, облокачиваясь о гору подушек, которые аристократы так любили сооружать в изголовье кровати. Его пьяный взгляд лениво скользил по вспотевшей и порозовевшей от шлепков чужих бедер коже ягодиц эльфийки, опускался ниже, между ее ногами, а затем перемещался на красное от прилитой крови лицо рыжеволосой воришки. Ему нравилось наблюдать за покорностью и, в какой-то мере, сломленностью. 
Заложив правую руку за матрас под подушками, Эдвиг вытащил украшенные витиеватым кованным узором ножны кинжала и обнажил лезвие из темной стали. Приподнявшись, он дотянулся свободной рукой до запястья Лиан и грубо дернул ее к себе, заставляя ту перевернуться и встретиться с ним взглядом. Сейчас ему хотелось заставить ее прелестные сочные губы делать что-то непристойное, настолько они были хороши. Он брезговал поцелуем, но не брезговал ощущением жара ее рта на своем члене.
Подтянув девушку ближе, устроив между своими ногами, Эдвиг взглядом указал, что ей предстоит делать. Беспокоясь за то, что дикая эльфийка вполне могла укусить или еще как-то навредить Тревельяну в подобной позе, тот позаботился приставить к ее шее кинжал.
- Знаешь, как я люблю? Сначала медленно… - воин покрутил оружие в своей руке, любуясь как тусклый свет свечей отбрасывает зайчиков на лицо Лиан. - С языком. Чем глубже, тем лучше. Не стесняйся, покажи все, что ты умеешь.
Мужчина не сомневался, что эльфийка умела. Он не был уверен, сколько ей лет, но по ее повадкам и поведению, можно было догадаться, что она была бывалой. Видела и пробовала. Порой именно простолюдинки были куда более сведущими в вопросах чувственности чем жеманные аристократки схожего возраста.
[icon]http://sg.uploads.ru/t/6LRUv.png[/icon]

Отредактировано Эдвиг Тревельян (2018-02-11 01:23:23)

+1

23

Человек, едва только разложивший и овладевший эльфийкой, почти тут же перестал. Отстранился. Каллиан ничего не понимала - она вздрагивала мелко и дурным, почти безумным взглядом смотрела вперед. Встряхнув головой, пытаясь отогнать наваждение и понять, что же пошло не так, во всех смыслах, воровка повернула голову, мрачно наблюдая как Тревельян, на роже которого читалось нескрываемое удовольствие, вытаскивает из-за спины кинжал.
В этот момент душа рыжей ушла в пятки и воровка сиганула в сторону, но была моментально перехвачена за руку, оказалась на спине.
Каллиан была готова пожертвовать своей рукой, подставив ее под первый удар кинжала, а потому не взмахивала свободной конечностью. Она готова была пожертвовать целостностью и ног: Табрис просто не хотела умирать! Тем более - так... так мерзко и низко. Так, как умерли её соплеменницы в замке денеримского ублюдка.
Древний ужас становился перед глазами Каллиан в миг. Этот кошмар никогда не отпустит.

Каллиан видела чужие глаза и не сразу могла вернуться в настоящее - цепенея, пережив в голове всю картину собственной возможной смерти. Во всех вариантах. Но всё было не так - сперва отрезвил новый рывок, куда более мягкий, потом - запах горячего тела, вполне унизительное положение собственного и взгляд Тревельяна: он так же веселился, но в глазах человека не было удовольствия и желания смерти. Если выросшая на дне и живущая на дне того проклятого мира Табрис в чем-то и разбиралась, так это во взглядах тех, кто желал ее смерти. Пьяный дворянчик желал другого.

И тугие тиски колец змеи, передавившие будто бы шею эльфийки, отпустили. Исчезли.
- Кинжал помешает мне двигаться. - Хрипло выдохнула воровка. Возбуждение, которое было, всё ушло от вида этой стали, от холодного блеска и прикосновение стали плашмя к коже ее шеи.
Наверное, пора было молиться хоть кому-то.
У Каллиан не было даже божества для таких случаев.

Эльфийка облизала свои губы и подвинулась вперед.
Всё началось еще раньше...
Эльфинажные детишки растут быстро.

"Ты... постой, что ты делаешь?" - "Сорис, не будь идиотом, ты видел всё сам. Если за это Шайе отвалили серебрушку, то чем я хуже. Но я должна понимать как будет хорошо." - "Калли, ты что! Так нельзя! Это... низко!" - "Не хуже воровства, просто обслуживать грязных шемов мне и не захочется". - "А?"
Тогда Сорис больно вцепился ей в волосы и невнятно мычал до самого конца. Но эльфийка все равно, даже глядя в его красное осоловевшее лицо после, сплевывая, не понимала, что же именно юноше было такого приятного.
Потом, конечно же ей объяснял уже совсем не кузен, оставшийся в далеком городе детства.

Губы коснулись горячего липкого тела и, закрывшие собственные зубы, были сейчас напряженными, чуткими, но куда более ощутим был каждый изгиб и тяжесть члена, когда тот, обводя против солнца, пришлось лизнуть языком. Раз, другой, толкнувшись дальше, глубже, задевая кончиком уздечку, нажимая губами, сжимая кольцо рта сильнее, то послабляя. Удовольствие ли?
Пока кончик носа не утыкается в темные и жесткие курчавые волоски, Каллиан двигается медленно - недолгими покачиваниями вперед и едва потягивая и языком, и губами, назад. Пока напряженное тело не вдавило слишком глубоко, так, что приходится пережидать спазм, расслабляясь. Каллиан только теперь открыла глаза и подняла взгляд на поймавшего её человека, играющегося с кинжалом у её горла. Ему нравится?
А если сильнее? Если прижать языком пульсирующую вену, чувствуя как бьется чужая жизнь, как набухает головка.
В этот момент очень хотелось расслабить губы, убрать их, прикрывающих зубы и резко, как голодная тварь, хлопнуть пастью. Но Каллиан только сжала пальцы на чужом бедре и продолжила, ускоряясь.

+1

24

Кончик кинжала скользнул по шее Лиан ниже, к ее ключице, и лег лезвием на тонкую кость, позволяя девушке двигаться так, как ей вздумается, но холодом напоминания о договоренности. Эдвиг цыкнул, глядя в дикие глаза своей партнерши.
- Не волнуйся. Уйдешь целой если не будешь кусаться и царапаться.
Наблюдая за тем как эльфийка опускается перед ним, Тревельян поерзал, устраиваясь поудобнее, и в предвкушении затаил дыхание. Тепло чужого дыхание заставило его вздрогнуть и чуть напрячься, все еще опасаясь, что дальше что-то может пойти не по плану, но Лиан послушно исполняла то, что требовалась. Дыхание сменилось теплым прикосновением губ и языка, и мужчина едва сдержался, чтобы не толкнуть бедрами навстречу влажному жару женского рта. Кончик языка очень умело выявлял чувствительные места мужского члена и придавал дополнительную стимуляцию к движению напряженных губ. Эдвиг удовлетворенно выдохнул и сильнее сжал кинжал в своей руке, чтобы не потерять контроль за оружием. Его разум упрямо концентрировался на ощущениях в паху, на прикосновениях и запахе женщины, и Эдвиг боялся, что мог бы случайно ранить любовницу по своему недосмотру.
Возможно, Лиан об этом не знала, но он не был убийцей. Он был убийцей лишь на поле боя по приказу своих командиров, или в случае, когда его жизни угрожала смертельная опасность, но в жизни он едва ли смог убить воришку, которой приглянулись рубиновые серьги. Если, конечно, она бы не попыталась разделаться с ним первой. Теперь, когда игра зашла дальше, чем они оба планировали, Эдвиг уже даже не знал, чем же может закончиться их ночное свидание. Лиан могла бы захотеть мести, но тогда Тревельян был бы вынужден защищаться уже не шантажом и угрозой расправы, а молчаливым уколом ножа под хрупкое эльфийское ребро. Но, он обещал ей “полюбовно”, он и надеялся, что в реальности это действительно произойдет “полюбовно”.
Головка члена уперлась в небо, затем скользнула все дальше в сжатую глотку. Эдвиг хрипло застонал и схватился пальцами за рыжие волосы Лиан, пытаясь заставить ее посмотреть на него. Ему хотелось видеть как собственный член исчезает в припухлых раскрасневшихся губах и как слезы от подступившего спазма подступают к хитрым глазам. Она с готовностью смотрела на него, не стесняясь и не отворачиваясь, и от этого контакта взглядов Тревельяну только больше приходилось сопротивляться естественному желанию скорее довести себя до изнеможения.
Девушка насаживалась все глубже, и вскоре ее губы почти дотрагивались до основания члена. Эдвиг, удивленный мастерством своей визави, довольно улыбнулся ей и покачал головой, мол, “так и знал, что шлюха”. Дав возможность Лиан контролировать процесс, мужчина вскоре присоединился и сам. Удерживая голову эльфийки за волосы, он заставил ее замереть, и сам толкнулся бедрами навстречу ее рту. Его движения сменялись от медленных и поверхностных до резких и глубоких. Ему сносило голову от того, что, каждый раз, когда его головка непредсказуемо для партнерши проскальзывала слишком далеко, гортань сжималась вокруг ствола, а влажный язык только сильнее прижимался к чувствительной коже. Неописуемо.
Каждая фрикция подгоняла кровь, заставляла мышцы мужчины сжиматься и неметь после очередного движения бедер. Он уже чувствовал как волна удовольствия вновь постепенно нарастает, набирает объем, становится более ощутимой, но никак не мог решить, нежели он хочет продолжить или насладиться моментом прямо сейчас. Решив, что ему больше нравится идея кончить Лиан в рот, Эдвиг при очередном глубоком толчке позволил собравшемуся кому энергии уволочь себя в воронку опустошающего и сладкого чувства, патокой охватывающее все тело. Он напрягся, сжал зубы и хрипло замычал, позволяя разрядке прокатиться с ног до головы. Едва не выронив кинжал из своей руки, Эдвиг помотал головой, поспешно приходя в чувство, и, толкнувшись в рот Лиан еще пару раз, отстранил девушку от себя.

[icon]http://sg.uploads.ru/t/6LRUv.png[/icon]

Отредактировано Эдвиг Тревельян (2018-02-11 10:20:07)

+1

25

Лезвие кинжала, плашмя устроенного у кости ключицы эльфийки, пугало не зря: в момент, когда дворянчик не выдержал и ухватил ее за волосы покрепче, грубо толкаясь, он чиркнул всё же по коже ниже кости, заставляя вздрогнуть и тут же вздрогнуть еще раз, уже из-за фрикций человека, который, с видом властителя мира, держал её за рыжие волосы и имел как ему на душу ляжет.
Кровь быстрой струйкой скатывалась по влажной коже к ложбинке меж груди, марая нижнюю сорочку и одеяла, но хватка на кинжале стала слабее. Возможно, Тревельян увидел то, что натворил, потому что сама сказать Каллиан не могла; и никто бы ее не услышал - человек с одурело-остекленевшими глазами вколачивался так вдохновенно, что остановить его мог только камень, пущенный прямо с требушета. Размером с бронто, оставляющий лишь мокрое пятно от этого гада.
В уголках глаз выступали слезы. Не потому что Табрис собиралась тут реветь как маленькая, а потому, что шем-сволочь толкнулся в нее опять и опять, в разрядке и эльфийке пришлось глотать, едва не задыхаясь.
В этот момент Тревельян её и отпустил. Шумно заглатывая, глатывая, пытаясь собственной слюной перебить этот привкус во рту, на гортани, выдохнуть, пережить, воровка невольно ухватилась за свое горло. Ниже - прикрыла кровоточащий порез дрожащими пальцами и мрачно посмотрела на ублюдка с окровавленным кинжалом в руке.
Он был доволен? С него хватит?
Хотелось пить, но больше - выбраться отсюда, соскоблить с себя омерзительно-сильный, будто вьевшийся под кожу, запах мужского тела и вымыться начисто.
Утирая припухшие, дергающие не болью, но иголочками напряжения губы, измазанные в липкой дряни, эльфийка, не стесняясь, отерла руку о одеяло, а потом попятилась на постели.
- Отпусти меня. - Это был глупый момент, но Каллиан почти хотелось закричать и умолять о спасении. Только некого. Как и всегда.

+1

26

Отклонившись на подушки, Эдвиг устало вздохнул и опустил руку, в которой все так же сдерживал кинжал. Пронзившее тело удовлетворение отступило, и теперь мужчина чувствовал как вместе с замедляющимся пульсом в висках закрываются его глаза под тяжестью век. Холодок неприятно пробежался по разгоряченной коже, заставляя марчанина потянуть на себя угол одеяла дабы укрыться.
Это все? Это все. У него больше не было ни сил, ни желания что-то делать с Лиан, как-то доказывать свою позицию и свой взгляд на случившееся. Сначала он подумывал все же сдать ее хозяевам, ибо был уверен, что он был не последней ее жертвой, но сейчас ему хотелось лишь заснуть.
- Уходи. - спокойно кивнул Эдвиг, сдвигаясь ближе к ночному столику возле кровати и наливая себе в фужер воды, заботливо выставленной в кувшине кем-то из прислуги. Возможно, даже самой Лиан.
Пока эльфийка собиралась, мужчина безучастно рассматривал старинную гравюру на ручнике кинжала. Похоть прошла, и теперь он чувствовал себя некомфортно от того, что случилось. Это чувство было сродни к отвращению, но ни к женщине, а скорее к себе и к тому, что его нужда пересилила его способность мыслить адекватно. Сейчас ему казалось, что он был выше этого.
Когда Лиан уже оделась и собралась было уходить, Тревельян поднялся с кровати вслед за ней, чтобы проводить ее до двери, которая все так же была заперта. Повернув ключ, он выпустил Лиан в коридор, даже не позаботившись для начала выглянуть и убедиться, что там никого нет.
Закрыв за эльфийкой дверь, Эдвиг вернулся в кровать и почти сразу же уснул, так и не удосужившись проверить на месте ли серьги, за которыми он так скрупулезно следил весь вечер.

[icon]http://sg.uploads.ru/t/6LRUv.png[/icon]

Отредактировано Эдвиг Тревельян (2018-02-14 02:04:26)

+1

27

Довольный шем устало развалился на подушках. И Лиан его понимала, отчасти. Большинством своего сердца она этого человека, конечно же, не только не понимала, но и вожделела убить, но мы не всегда получаем то, что хотим. И не всегда желаемое равно разумному.
"Спасибо" не сорвалось с губ эльфийки: она кивнула и сползла с постели, стала на ноги, быстро и сноровисто начиная поправлять одежду, стараясь не морщиться от дергающей болью коже на подрезанной коже у шеи. Платью конец, если не отстирать кровь моментально. Этого рыжая делать не будет, да и платье ее заботит ровно до тех пор, пока воровка не доберется до своей норы на чердаке одного из домов Вал Шевена.
Платье было мятым безвозвратно. Но не разорванным и относительно целым, а порез можно было даже использовать себе на пользу, придумав жалобливую сказку, если кто спросит. Повезло, что человек всего раз ударил ее по лицу и то не до синяков. действительно, повезло.

Настороженно смотря как мужчина отпирает двери, эльфийка наспех закончила переплетать косу. За дверью полумрак и шепотки-шорохи по коридору от других дверей - кто же спит спокойно в ночь бала. Но Каллиан знала, что это ненадолго - возможно, старая хозяйка поместья и не зайдет в сокровищницу до утра, если повезет, но вот воровке следовало быть намного дальше от этой земли.
Выйдя за дверь, настороженно оглянувшись, но дворянин более не сказал ни слова и быстро закрыл дверь, Табрис выдохнула и, встряхнувшись, как зверь, сбрасывающий капли ливня с шерсти, поспешила на выход из гостевого дома. Стража на крыльце играла в кости - проскользнуть мимо было делом мгновения. Тень стены приняла воровку, как родную дочь.
Ломило в спине немного, чуть дергало мышцы бедер, но эта полюбовная сделка с дворянчиком, и правда, была хороша и очень щадящим было наказание, а потому на подушке Тревельяна осталось две рубиновые сережки, а вот браслет и котомка с остальным добром уже оказалась в лапах Фенек. Эльфийка перелезла через забор и нашла свой схрон.
И когда уже она добралась до нужного чердака, через добрый час пути, крадучись в тенях от дерева к дереву, в особняке за городом поднялся крик - кто-то испортил грандиозный праздник! Грандиозно испортил!

Через несколько суток, сидя на ящике в трюме грузового корабля, шедшего в Киркволл, Табрис довольно улыбалась, вспоминая синие и дикие глаза человека. Интересно, дошло ли до него, кем была эльфийка-жертва его похоти? О, многое бы отдала Каллиан за этот момент - посмотреть в лицо дворянчику и зло рассмеяться. А потом отомстить. Обязательно - отомстить.

+1


Вы здесь » Dragon Age: We are one » Малый архив » Рубиновый браслет [4 Джустиниана, 9:35 ВД]